Маленькая вселенная для больших чувств

Раннее утро. На шоссе по которому едет Такер кроме фар его машины ничего больше не освещает дорогу. Проезжая знак «Южный парк», набирает номер Стэна, заранее зная, что ответит он сразу. Пара гудков и он оказывается прав. — Блять, 4 утра, чувак, — конечно же недовольный голос. — Что опять? — Кенни, — одно имя объясняющее всё. Гудок и вызов завершён. Спустя пару минут Крейгу приходит смс с адресом. Это оказывается убогий клуб, больше походящий на притон. *** И каждую ночь Кенни касаются чужие руки, губы. И чтобы не было так отвратительно, закрывает глаза, представляя другого человека. Возвращаясь домой, первым делом идёт в душ: пытается смыть с себя эту грязь. Трёт кожу мочалкой до красных пятен. Но это не помогает. Эта грязь въелась давно под кожу. Потому что он и есть эта «грязь». Он отвратителен и жалок. И сегодня ночью всё повторится снова, ведь ему пообещали заплатить в несколько раз больше: за кое-что намного отвратительнее и больнее. Для Кенни чем больнее, тем больше денег. Перед уходом прощается с Карен. Это его своеобразный ритуал: поцеловать в щёку, попрощаться, уйти. Но сегодня она спросила одну вещь, на которую невозможно не солгать. — А где ты сегодня будешь работать? — вопрошает малышка, даже не зная, на что он идёт ради этих денег. Секундное молчание. Кен перебирает в голове варианты подработок, на которые его вообще могут взять. — В том супермаркете, около школы. Мне разрешили поработать пару смен. — Враньё за враньём, но иначе никак, верно? Кенни натянуто улыбается, — А это значит, что завтра я куплю твоё любимое мороженое. Карен радостно улыбается в ответ, льнется к нему, обхватывая маленькими ручками, и шепчет тому спасибо. Именно поэтому парень работает по принципу «Чем больнее, тем больше денег».

***

Подъехав на адрес, первое, что примечает Крейг, это большую неоновую вывеску на здании клуба: NC-17. Название говорит само за себя, когда парень заходит внутрь. Видимо, тут собираются все отбросы Южного парка. Толпа пьяных и накачавшимся чем-то тел заполнили это место. Кто-то неумело дрыгается под музыку, кто-то обтирается об другого, а кто-то в сторонке как раз таки объебывается дурью. И вдруг он слышит знакомую песню.

***

Всё началось на вечеринке у Токена. Крейг не любитель таких мероприятий, но здесь хотя бы была бесплатная выпивка, ради которой он и пришёл. Допив содержимое бутылки, парень направляется на поиски новой порции алкоголя. Протиснувшись сквозь кучу пьяных тел, дрыгающих в такт музыке, он наконец-то добрался до кухни где по идее должна быть выпивка, которой в итоге там не оказалось. —Уебки, — процедил сквозь зубы Крейг. Без бухла он это точно не выдержит, поэтому надеется найти на втором этаже хоть что-то. Пройдя напролом через ещё одну кучку долбоебов, он все-таки поднимается по лестнице, и заходит в первую попавшуюся комнату. В ней темно, нихуя не видать. Крейг нащупывает выключатель, и спустя секунду комната наполняется светом. — Нахуя? — доносится с кровати голос парня, видимо, уже нажравшегося в говно. Такер подходит ближе к кровати на которой развалился Кенни Маккормик. Если честно, то он его не особо жаловал. Слишком уж много этот парень себе позволял, а ещё был законченным извращенцем, отпускающим похотливые шуточки при каждом удобном случае. — Пиво есть? — отвечает вопросом на вопрос. Кенни привстает на локтях, потирая лицо руками, будто пытается прийти в себя. Закончив ритуал отрезвления, он достает из-под кровати бутылку пива. — Что ты мне дашь взамен на это? — парень ухмыляется. Конечно, как же без его ебанутых шуток. — По ебалу, — серьёзно отвечает Крейг. Он не собирается терпеть его хуйню. Маккормик зубами открывает бутылку, выплёвывая крышку в Такера. — Какой ты грубый, — Кенни залпом выпивает пиво, немного проливая на себя. — Я бы может и поделился с тобой, будь ты хоть чуточку вежливее. Парень на кровати снова лыбится. Кажется придумал очередную похотливую шутку-хуютку. — Хотя, знаешь, у меня немного осталось, — Кенни указывает пальцем на свою шею, слегка влажной из-за пива, которое он пролил на себя. Возможно, Крейг был слишком пьян. Возможно, похотливые шуточки-хуюточки на него подействовали. А возможно, он просто поддался моменту. — Пошёл нахуй, — Такер притягивает Маккормика за ворот футболки, губами присасываясь к горчащей шее. И Кенни не сопротивляется, а наоборот, кажется его это даже возбуждает. Ему нравится, как он старательно слизывает с него остатки жидкости. Нравится, как он проводит языком вверх по шее и доходит губ. Нравится, как он грубо впивается в них.