A Year and a Day/Год и Один День

       26 июня       Гермиона была на грани срыва.       Она подала заявки в десять исследовательских групп по своему направлению. Письма были возвращены нераспечатанными, с очевидным намеком на отказ, за исключением одного, в котором говорилось, что из-за ее репутации и плохих рекомендаций в данной области они не могут рассматривать ее на эту должность. Еще один укол в и без того воспаленную рану. Итак, она подала заявления еще в сорок других мест, не по своей специальности. Письма также были возвращены либо нераспечатанными, либо шли с отказом, в котором говорилось, что она недостаточно квалифицирована или не имеет соответствующего образования, а некоторые письма вообще были просто полностью проигнорированы.       Женщина сидела за кухонным столом на площади Гриммо, прикрыв лицо руками. Прошло почти пять дней, а у нее на руках не было ничего, абсолютно ничего. Даже во «Флориш и Блоттс» не захотели звать ее на собеседование из-за ее «слишком высокой квалификации». Там ей, по крайней мере, мягко намекнули, что, хотя они с удовольствием поработали бы с ней, но поскольку у нее явно не было опыта для «черной работы», они продолжат искать других кандидатов. Ее перспективы выглядели абсолютно ужасающими, и все больше и больше ее мысли возвращались к Нарциссе Малфой и этой чертовой сделке.       Чем больше она прокручивала тот разговор в голове, тем труднее было сопротивляться. Целый год она могла заниматься исследованиями, не беспокоясь о финансировании или личных счетах. Целый год на то, чтобы наконец взяться за те проекты, к которым она давно хотела приступить. Не говоря уже о том, что у нее была бы собственная компания, производящая ее зачарованные предметы. Гермиона знала, что с ее стороны было слабостью даже рассматривать такую возможность, но чем больше отказов она получала, тем сильнее сжималось ее сердце, когда она понимала, что найти нормальную работу просто… не получится, и все больше, и больше волшебница думала об этой сделке.       Гермиона посмотрела на три письма с отказом и одно нераспечатанное заявление и тяжело вздохнула. Пора было признать: она потерпела поражение. Ее не хотели нанимать по выбранной ею профессии, более простые вакансии были отклонены из-за ее слишком высокой квалификации, а в других научных учреждениях, за пределами ее области, ей не было места из-за отсутствия образования или опыта. Женщина задавалась вопросом, как, черт возьми, она дошла до такого, когда начиналось все так успешно.       Сидя на ужасном деревянном стуле, в ужасно сыром доме, где пахло плесенью, независимо от того, как часто там проветривалось, с таким же ужасным домашним эльфом, она смотрела на море отказов и не понимала…       Как она здесь оказалась?       У нее не было ответа на этот вопрос, его действительно не было. Она чувствовала, что наконец-то достигла самого дна, после многих лет давления и отказов она ударилась о дно на полной скорости и это было неприятно. Совсем.       Волшебница тяжело вздохнула, услышав ворчание Кричера, выходящего из своей каморки, и с трудом сглотнула, ненавидя себя за то, о чем собиралась просить.       — Кричер…       — Нет! Мерзкая грязнокровка! Уходи! — проворчал он.       Гермиона сидела с довольно несчастным выражением лица, подперев подбородок рукой, она снова взглянула на стол и отбросила в сторону ближайшее письмо с отказом, которое начиналось с «Дорогая мисс Грейнджер».       — Ты мне тоже не нравишься, но не мог бы ты…       — Нет! Ты здесь не хозяйка! Ты — грязнокровка! Мерзкая! Ужасная! — прошипел Кричер, и она застонала.       — Пожалуйста, найди Нарциссу Малфой и попроси ее прийти, — она выпалила это на одном дыхании, и ее щеки покраснели. Наступила оглушающая тишина, которая тянулась достаточно долго, пока Гермиона не повернула голову и не перевела взгляд на сварливого, язвительного эльфа.       Он пристально смотрел на нее, его темные глаза блестели.       — Ты… хочешь, чтобы я привел госпожу Цисси? — протянул он, и Гермиона кивнула.       — Пожалуйста, если можно, — она едва успела это сказать, как эльф с треском исчез, заставляя ее вздохнуть и потереть лицо.       Ей казалось, что она делает что-то не так, что она каким-то образом предает себя, даже только попросив о встрече с Нарциссой Малфой. Она ненавидела это чувство, но смотреть на гору нераспечатанных и отказных писем было невыносимо. Просто это все было уже слишком, слишком много отказов, слишком много черных пятен на ее карьере, и она чертовски устала бороться со всем этим. Перспектива получить финансирование для своих исследований, иметь возможность подняться над несправедливыми барьерами, воздвигнутыми вокруг нее, была слишком заманчивой, чтобы игнорировать ее.       Раздался еще один треск магии, Гермиона обернулась и увидела элегантную Нарциссу Малфой и Кричера, смотрящего на нее, как на звезду в небе.       — Кричер привел госпожу Цисси, Кричер привел госпожу! — он выглядел таким счастливым, и Гермиона слегка улыбнулась ему. Она была удивлена, что эльф выполнил ее просьбу, но, с другой стороны, он чуть не сошел с ума, когда Нарцисса появилась в первый раз.       — Спасибо тебе, Кричер, — поблагодарила Гермиона.       В ответ он бросил на нее острый взгляд, но, к удивлению, прикусил свой язык. Гермиона перевела глаза на Нарциссу.       — Мадам Малфой, пожалуйста, присаживайтесь, — она указала на стул в конце стола, ведьма кивнула и настороженно и медленно прошла к указанному месту. Она так сильно вцепилась руками в сумочку, что костяшки ее пальцев побелели. Гермиона сглотнула, в горле у нее пересохло, а желудок скрутило в узел. Она сцепила руки и продолжила: — Я бы хотела взглянуть на контракты, которые вы, вероятно, составили по поводу этого… предложения, — она произнесла это медленно, чувствуя себя мерзко и на грани отчаяния.       Воцарилось напряженное молчание, с покрасневшим лицом Гермиона перевела взгляд на Нарциссу, которая выглядела теперь действительно удивленной.       — Контракты… — ведьма замолчала, и Гермиона коротко кивнула. У нее скрутило живот, и она возненавидела это чувство. Она ненавидела каждую секунду этого момента, но губы Нарциссы слегка дрогнули, и в глазах, казалось, вспыхнула надежда, женщина быстро открыла свою сумочку и вытащила два свитка. — Вот. Два соответствующих контракта, — она положила свитки на стол рядом с Гермионой. — Это «Дополнение А», которое касается компенсации, которую вы получите, — Нарцисса подняла тот, что был справа, а Гермиона с опаской посмотрела на второй. Она не знала, что это было и чего ей стоило ожидать. Словно поймав ее взгляд, Нарцисса подняла другой свиток. — Это брачный контракт. Пока просто стандартный образец, который даст вам представление о том, чего в принципе стоит ожидать, но ваш официальный брачный контракт должен быть согласован с Драко, чтобы вы оба могли прийти к консенсусу по всем вопросам. Я решила, что вам полезно будет узнать заранее, что обычно входит в такие контракты, как этот, — Нарцисса отложила его, а затем сложила руки на коленях.       Гермиона уставилась на свитки и позвала эльфа:       — Кричер, — к ее удивлению, он сразу появился без возмущений. — Не мог бы ты, пожалуйста, позвать для меня Перси Уизли? — его лицо исказилось в гримасе, как будто он хотел возразить, но тут Нарцисса прочистила горло, привлекая их внимание.       — Разве он не является главой Отдела Магических Перевозок? — она казалась немного встревоженной, и Гермиона кивнула.       — Он единственный человек, которому я доверяю, когда дело доходит до контрактов. Он не занимается этим профессионально, но никогда не подводил меня и не сплетничает о моих делах.       Возможно, у Перси и были шаткие отношения с семьей, которые с годами все же стали лучше, но Гермиона знала, что он будет внимателен к деталям и совершенно точно не воспользуются ею. Вероятно, она могла бы и сама ознакомиться с контрактом, но Перси доверяла больше.       Гермиона взглянула на Нарциссу, которая, испытав чрезмерное облегчение после ее объяснения, повернулась к Кричеру.       — Не мог бы ты, пожалуйста, привести мистера Уизли?       В ответ на вежливую просьбу Кричер буквально засветился от радости. Он отвесил ей размашистый поклон, почти касаясь пола носом и ушами.       — Конечно, госпожа Цисси. С удовольствием! — эльф тут же исчез, и сердце Гермионы заколотилось где-то в горле, а желудок неприятно скрутило. Воцарилось тяжелое молчание, но она не чувствовала необходимости его нарушать.       Мгновение спустя Кричер появился с довольно раскрасневшимся Перси, который выглядел недовольным и растерянным.       — Куда ты меня притащил, мерзкое животное? — рявкнул он и огляделся. Заметив Гермиону, Перси вздохнул с облегчением. — Черт возьми, Гермиона, можно было обойтись совой, — он повернулся обратно к Кричеру. — А ты мог бы сказать, что Гермиона хочет поговорить со мной, а не просто хватать меня без разрешения, — на что Кричер задрал нос, бормоча что-то о предателях крови, и захромал обратно в свою маленькую лачугу. — Чем я могу быть полезен тебе? — Гермиона заметила, как взгляд Перси скользнул по Нарциссе, и мужчина застыл от удивления. — И мадам Малфой?       — Мадам Малфой сделала мне деловое предложение. Это — контракт, — Гермиона взяла «Приложение А» и протянула ему. — Если ты не возражаешь, я бы хотела попросить тебя взглянуть на него, мне просто нужно убедиться, что там нет никаких скрытых оговорок и что все так, как говорит миссис Малфой, — при этих словах Перси слегка нахмурился, но затем быстро улыбнулся Гермионе.       — Конечно, Гермиона. Никаких проблем, — он взял свиток и, подойдя к столу, развернул его. — Могу я делать заметки, мадам Малфой? Просто на случай, если возникнут какие-либо подразделы или проблемы, требующие дальнейшего рассмотрения, — он посмотрел на Нарциссу, и элегантная ведьма кивнула головой, крепко сжимая в руках сумочку.       Гермиона едва могла это вынести, она встала и начала расхаживать по комнате, пока Перси просматривал контракт. Он что-то бормотал себе под нос с пером в руке, но по мере того, как продвигался вниз по свитку, ничего не отмечал. Гермиона наблюдала, как его брови поднимаются все выше и выше. Наконец он дочитал до конца, уставился на контракт и несколько раз моргнул. У Гермионы свело желудок, а сердце, казалось, вот-вот готово было выскочить из груди.       — Ну? — от нетерпения вырвалось у нее, и Перси слегка вздрогнул и выпрямился.       — Хотя я не знаю, что указано в основном контракте, этот… — он замолчал, прежде чем прямо посмотреть на Гермиону, — из всех контрактов, которые ты мне приносила и которые мы обсуждали, это единственный, который я бы посоветовал тебе принять не раздумывая, было бы просто безумием отказаться.       Это удивило ее, и Гермиона сглотнула.       — Итак, создание фабрики, финансирование…       — Компания полностью оформлена на твое имя, и ты делишься только десятью процентами в опционах на акциях и проценте на остатках. Да. Я никогда не читал более выгодного контракта. Здесь нет ничего об эксклюзивности или отказе от авторских прав на твои исследования, заклинания или чары. Не видя основного контракта, я не нашел никаких скрытых пунктов, в которых говорилось бы, что ты отказываешься от всего в пользу «Малфой Индастриз» и ее дочерних компаний. Здесь нет ничего, — он постучал пальцем по свитку, — что может натолкнуть на мысль, что тобой каким-то образом попробуют воспользоваться с помощью основного контракта. Даже сама компания, по сути, будет создана под твоим руководством. «Малфой Индастриз» возьмет на себя все первоначальные риски, а ты получишь львиную долю выгод, — Перси слегка покачал головой. — За ними остается только десять процентов акций и неизменный процент на остаток, но это сущие гроши. Они даже не просят постоянного кресла в совете директоров! — он выглядел взволнованным, и Гермиона почувствовала, как в ее груди зарождается маленькая надежда. Если Перси сказал, что контракт отличный… значит, так оно и есть. — Могу я спросить, о чем идет речь в основном контракте? — он перевел взгляд с одной волшебницы на другую, и щеки Гермионы залил румянец, когда она взглянула на Нарциссу. — Дополнение не ссылается ни на что другое, кроме основного контракта, и мне любопытно…       — Он носит личный характер, — Нарцисса уклонилась от ответа, а Гермиона будто проглотила язык.       — О браке, — наконец прохрипела она, и Перси потрясенно взглянул на нее. — На год и один день. Если я соглашусь, то получу это, — она указала на контракт, чувствуя легкое головокружение, и Перси моргнул, глядя на нее, а затем придвинулся ближе и схватил за руки, притягивая ее в объятия.       — Я знаю, что ты испытываешь трудности, Гермиона. Я знаю, как тебе было плохо, — он сказал это тихим шепотом, и она кивнула. — И я не собираюсь указывать тебе, что делать, но я настаиваю на том, что сказал ранее, было бы полным безумием отказываться от этого. Небольшой риск и очень большое вознаграждение, — прошептал он.       Перси крепко сжал ее в объятиях, перед тем как отпустить. Он одарил ее легкой улыбкой, на которую она ответила, пусть и слегка неуверенно.       — Могу я попросить вас сохранить это между нами? — нерешительно спросила Нарцисса, и Перси быстро кивнул.       — Безусловно, — он прижал руку к груди. — Все, что касается Гермионы и контрактов, которые она подписывает, я всегда буду хранить в строжайшей тайне, мадам Малфой. Вам было бы легче проникнуть в Гринготтс, чем мне выдать информацию о ее законных действиях, — он склонил голову, и Гермиона увидела, как женщина заметно расслабилась. — Если это все, то я должен вернуться к своим обязанностям.       Гермиона кивнула, Перси вытащил свою палочку и аппарировал.       Она чуть не споткнулась о стол, когда ее ноги подкосились под тяжестью принятого решения, и с глухим шумом опустилась на стул. Гермиона снова уставилась на контракты и с трудом сглотнула. Внутри у нее все смешалось, но, переводя взгляд со свитков на груду отказов, она поняла, что Перси был прав.       — Хорошо, — ее голос дрогнул, и она посмотрела на Нарциссу. — Я сделаю это.