A Year and a Day/Год и Один День

       23 июля       — Поттер выложился по полной, — протянул Малфой, и Гермиона закатила глаза, когда они осторожно двинулись по паркету бального зала.       — Эта статья была опубликована неделю назад, пора бы уже перестать ныть, тем более, что она работает в нашу пользу, — выкрикнула Нарцисса, пока они вальсировали по залу. — Похоже, твоя единственная проблема заключается в том, что сказал Гарри Поттер.       — Он сказал, что мы можем стать лучшими друзьями, мама.       На его довольно взволнованный тон Гермиона фыркнула, сдерживая ухмылку.       — Это не смешно, Грейнджер, — недовольно проворчал он, и Гермиона расхохоталась, остановившись на полушаге. Она знала, в какую игру играет Гарри, и это было чертовски весело. Драко выпустил ее руки, когда она схватилась за живот, изо всех сил стараясь не плакать от смеха. — Это не смешно.       Гермиона истерически захихикала, выпрямляясь и вытирая глаза.       — Еще как.       Малфой скривил лицо.       — Он обманом заманил меня в Косой…       — Мы были там все вместе, Малфой, — Гермиона усмехнулась, глядя на него.       — …Переулок, где нас двоих сфотографировали…       — Всех нас.       — …чтобы поесть гребаное мороженое! — он раскинул руки, и Гермиона снова залилась смехом.       Гарри поделился с ней своей идеей о том, что по его мнению, лучший способ отомстить Малфою — это поставить его в максимально неудобное положение. Она знала, что у Гарри были скрытые мотивы, когда получила от него письмо, в котором он спрашивал, не хотят ли они со Скорпиусом и Малфоем присоединиться к ним с Альбусом на прогулке по Косому Переулку. Гермиона попросила Малфоя пойти только потому, что хотела посмотреть, что из этого выйдет. Гарри мог быть тем еще мелким засранцем, когда на него находило вдохновение, и она любила в нем эту черту, особенно когда это поднимало ей настроение в ситуации, которая даже отдаленно не была изначально смешной.       В какой-то момент Скорпиус с Альбусом потащили их к Флориану Фортескью, результатом чего стала фотография, на которой Малфой и Гарри поедают мороженое рядом друг с другом. Улыбка Гарри, когда он заметил фотографа, была весьма красноречива, и Гермиона искренне мечтала вставить этот снимок вместе со статьей в рамку.       

ГАРРИ ПОТТЕР, СПАСИТЕЛЬ ВОЛШЕБНОГО МИРА, БЫЛ ЗАМЕЧЕН ЗА ПОЕДАНИЕМ МОРОЖЕНОГО С ДРАКО МАЛФОЕМ, БЫВШИМ ПОЖИРАТЕЛЕМ СМЕРТИ! ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛИ ДЛЯ СТАРЫХ ВРАГОВ ПРОШЛОЕ ОСТАЛОСЬ В ПРОШЛОМ?

             Гермионе, мягко говоря, не очень нравилась Рита Скитер, но она смеялась до слез, читая эту статью. Скорпиус тоже подтрунивал над своим отцом, а губы Нарциссы дернулись при виде заголовка, но женщина сдержала ухмылку и заявила, что статья сослужит хорошую службу для имиджа Малфоя. Драко эти доводы не впечатлили.       — Ты закончила? — в его голосе прозвучали нотки раздражения, хихикнув, Гермиона вытерла глаза и кивнула.       — Это было забавно, папа! — Скорпиус выкрикнул это со своего места у камина, где играл с взрывающейся карточной колодой. Он оглянулся на них с широкой улыбкой на лице. — Если ты подружишься с папой Ала, тогда мы сможем чаще навещать его! — он выглядел таким довольным своей идеей, а лицо Малфоя стало почти ледяным, когда он протянул руку Гермионе.       Она вложила свою ладонь в его, и Драко вновь притянул ее к себе. Его тело было напряжено, но она была скована не меньше. Гермиона открыла было рот, чтобы спросить его, нет ли какого-нибудь способа избежать этого танца на празднике, потому что это затея, очевидно, вела в никуда.       — Ни слова больше, Грейнджер, — процедил он сквозь зубы, его челюсть дернулась, и Гермиона резко закрыла рот, прищурив глаза.       — Вы двое сейчас еще более зажатые, — пожурила Нарцисса, отчего Малфой выругался себе под нос. — Подумайте о чем-нибудь приятном, — это заявление было произнесено с благими намерениями, но Гермиона едва могла думать о чем-то хорошем, когда Малфой кипел ближе, чем в футе от нее.       — О чем, например, мама?        Гермиона оступилась, и Драко выругался.       — О названии. Гермиона, дорогая, тебе нужно выбрать название для своей компании.       Волшебница вздохнула.       — А мы не можем взять что-нибудь простое, например, «Чары Грейнджер»? — она повернулась к Нарциссе, но Малфой развернул ее обратно к себе.       — О да, давайте назовем компанию моей жены «Чары Грейнджер», словно даем объявление всему миру о нашем предстоящем разводе, — тон Малфоя был язвительным и саркастичным, отчего Гермиона нахмурилась.       — Отвали, Малфой, — она напряглась, когда он снова собрался сделать поворот, и его рука переместилась чуть ниже.       — Все еще скованные! — выкрикнула Нарцисса, и Гермиона подавила стон.       — А как насчет чего-нибудь с моим именем в названии? — выкрикнула ей Гермиона, и Малфой язвительно рассмеялся.       — Это не сработает. Использование имен в качестве названий компаний нецелесообразно.       Гермиона закатила глаза, сбилась с шага и выругалась.       — Давай посмотрим, насколько хорошо получится у тебя.       Драко негромко хмыкнул.       — Очевидно, что в названии должно быть что-то связанное с зубрилами.       — Ты ведешь себя как задница, — она сопротивлялась желанию вырвать свою руку из его и послать Малфоя к черту.       — Сейчас вы еще больше напряжены, чем когда мы только начинали, — выкрикнула Нарцисса, и Малфой снова выругался.       — Хорошо подмечено, мама. Грейнджер продолжает держаться так, словно находится под заклятием, связывающем все ее тело.       Гермиона удержалась от язвительного ответа, когда с другого конца послышался смех Скорпиуса. Она была рада, что кому-то эта ситуация казалась забавной. Прошло две недели, а они с Малфоем были далеки от того, чтобы чувствовать себя комфортно рядом друг с другом.       — Может быть, если бы ты перестал вести себя, как осел, я бы не была такой зажатой, — она сердито посмотрела на него, в ответ мужчина закатил глаза.       — Ты ведешь себя, как зануда, — он пробормотал это так, чтобы услышала только она, и ей пришлось сдержать себя, чтобы не наступить ему на ногу в отместку.       — А если назвать ее «Гермес»? — вклинился в их перепалку Скорпиус, и Гермиона чуть не споткнулась, когда сбилась с шага, оглядываясь на него.       — «Гермес»? — она не сводила глаз с мальчика, пока Малфой тянул ее в очередной поворот.       — Да. Герм-иона, Герм-ес. Слова похожи. Это сработает? — он смотрел на нее с такой гордостью за свою находку, что Гермиона не сразу нашлась, что ответить.       Она прокрутила это слово у себя в голове, и не нашла аргументов против.       — Мне нравится, — на ее ответ Скорпиус подбросил кулак в воздух, тихо восклицая. — Может быть, «Чары и заклинания Гермеса», — Гермиона взглянула на Нарциссу, и женщина задумалась.       — Нет, не указывай «чары и заклинания», — протянул Малфой. — Это слишком банально, — он произнес это с изрядной долей отвращения, и Гермиона задалась вопросом, не сказал ли он это, просто в пику ей.       — Ты можешь придумать что-то получше?       Драко взглянул на нее, коротко пробежавшись взглядом по ее лицу, прежде чем отвести взгляд.       — «Практичная магия Гермес» сойдет.       Когда он произнес это, Гермиона возненавидела то, как сильно ей на самом деле понравилось это название. Она и правда всегда придерживалась более практичного подхода ко всему, что создавала. Все, что она придумывала, было создано для того, чтобы сделать вещи более практичными и облегчить жизнь волшебников.       — Мне нравится, — сказала Нарцисса, в этот момент рука Малфоя снова опустилась чуть ниже, и Гермиона напряглась. — Вы все еще напряжены.       Малфой резко остановился и отпустил ее.       — Ты можешь хотя бы притвориться, что не презираешь меня и едва выносишь мои прикосновения? — он перешел на шепот, оглядываясь на Скорпиуса.       Гермиона почувствовала себя немного не в своей тарелке.       — Проблема не во мне.       Малфой усмехнулся:       — Правда? Так почему же каждый раз, когда я двигаю рукой хоть на полдюйма ниже, ты выглядишь так, будто готова проклясть меня? — он выжидающе посмотрел на нее.       Гермиона стиснула зубы, не потому, что ненавидела его в этот момент, а потому, что он был прав. Малфой не дергался и не напрягался каждый раз, когда она дотрагивалась до него, но каждый раз, когда он делал лишнее движение, она дергалась. Было трудно признать это, но он был прав. Проблема по большей части была в ней.       Гермиона хмуро посмотрела на него, она никогда бы не признала, что он прав, только не в этом вопросе, но это не означало, что она имела право продолжать в том же духе. Девушка закрыла глаза и потерла лоб. Он был ее мужем, мужчиной, к которому, по мнению большей части волшебного мира, благодаря их собственным стараниям, она должна была питать глубокую привязанность. Ей необходимо было преодолеть себя и заставить это работать должным образом, она должна была пересилить свои прежние рефлексы и начать работать над своей реакцией на его близость. Малфой попросил ее перестать ждать от него ударов, и она должна была постараться сделать так, чтобы их союз выглядел правдоподобным, а это означало — позволить ему сейчас касаться себя так, чтобы в будущем она не дергалась от каждого его движения.       С трудом сглотнув, Гермиона обратилась к свекрови.       — Нарцисса, ты можешь включить Ла Кумпарсита? — брови Нарциссы медленно и вопросительно потянулись вверх, Гермиона утвердительно кивнула ей и перевела взгляд на Малфоя. — Я надеюсь, ты умеешь танцевать танго, — ее сердце бешено заколотилось в груди, когда прежняя мелодия смолкла и заиграли знакомые ритмы традиционного танго.       — Теперь ты решила распустить руки? — съязвил он, и Гермиона сердито посмотрела на него. Ей было нелегко и без его саркастических замечаний.       — Мне нужно привыкнуть к твоим прикосновениям, и если ты сможешь предложить лучший способ, то, пожалуйста, дай мне знать, — она скинула неподходящую обувь и отбросила ее подальше. — Мы будем танцевать или как?       Последовала короткая пауза, прежде чем не ожидавший подобного поворота Драко протянул ей руку, и Гермиона, не позволяя себе ни секунды раздумий, вложила свою ладонь в его. Он притянул ее ближе, гораздо ближе, чем во время их предыдущего танца, но девушка заставила свое тело держаться расслабленно, когда его вторая рука скользнула по ее пояснице, притягивая ее еще ближе. Она закинула другую руку ему на плечо, почти обвивая ладонью его шею. Гермиона старалась не обращать внимания на то, как сильно колотилось ее сердце и какими твердыми ощущались его плечи под ее пальцами, и изо всех сил старалась не обращать внимания на то, какой горячей была его ладонь на ее спине.       — Раз, два, три, четыре. Раз, два, три, четыре, — Нарцисса начала отбивать ритм, и Гермиона подняла глаза на Драко, встречая его взгляд. Он смотрел на нее с вызовом, приподняв бровь, словно не верил, что она решится на это. Она прищурилась, и когда Драко начал движение, делая первый шаг, Гермиона последовала за ним, встав на цыпочки. Она не мешкала, и поэтому, когда он сделал еще один шаг, она отстранилась и повела бедрами именно так, как учили ее на уроках танцев, на которые ее отправили родители. Если Малфой и был удивлен переменой в ней, то по выражению его лица этого не было заметно. Он сделал мах ногой, резко поворачивая их, и Гермиона снова качнула бедрами.       Его ладонь скользнула вниз по ее спине, когда он шагнул вперед, а его нога оказалась между ее ног, он прижался к ней так близко, что расстояния между ними не осталось вовсе. Гермиона прищурилась, он очень старался заставить ее расколоться, но она приняла решение и теперь не собиралась отступать. Не зря же она была гриффиндоркой. Гермиона слегка повернула ногу, и Драко последовал ее примеру, переведя их на другой шаг.       Это было похоже на своеобразную битву. Драко пытался заставить ее оступиться, а Гермиона не собиралась сдаваться. Было странно и непривычно находиться так близко к нему, но она не была трусихой. Поэтому, когда он перешел на поступательные шаги, она в свою очередь не отставала и исполнила свою партию идеально. Когда Драко потянул ее за собой на поворот, она безукоризненно последовала за ним. Когда он подтолкнул ее в прогиб назад, она исполнила это движение с такой грацией, которой поаплодировал бы ее учитель танцев. Когда он перешел в барридос, она выполнила его безупречно, ее рука скользнула по его плечу, в то время как его ладонь удерживала ее за талию. Когда Драко сделал мах под ее коленом , она и глазом не моргнула, задрала его ногу своей, прежде чем выполнить болео.       Гермиона была уверена, что ее учитель танцев гордился бы тем, как она выполняла сакады, планео, повороты и волкады, она безукоризненно владела своими ногами, делала очо и болео, где это было уместно и на какое-то мгновение забыла, что это Малфой вел ее в танце, и мысленно вернулась в лето, когда ей было шестнадцать, она будто вдохнула запах лака от паркета, на котором танцевала со своим юным партнером. Гермиона уже и забыла каково это, ностальгия захлестнула ее и от осознания того, что те счастливые времена никогда не вернутся, у нее слегка защемило в груди. Никогда.       Музыка прекратилась, и они остановились. Гермиона взглянула на Драко, когда они отошли друг от друга, но выражение его лица было нечитаемым.       — Блестяще! — Нарцисса захлопала в ладоши. — Просто блестяще. Теперь попробуйте вальс, но чередуйте его с танго.       Музыка сменилась, и Гермиона, слегка прищурившись, посмотрела на мужчину перед собой и протянула ему руку первая на этот раз. Казалось, он подавил усмешку, и они снова начали движение. Вальс теперь давался легче, Гермиона полностью отдалась движениям и музыке, стараясь держаться грациозно. Музыка снова сменилась, и Нарцисса начала отбивать темп, Малфой притянул ее к себе, и они погрузились в ритмы танго.       — Три оборота и возвращаемся к вальсу! — выкрикнула Нарцисса, и Гермиона попыталась не дергаться, когда Драко неожиданно увлек ее в гачос, его рука скользнула вниз, обхватывая ее бедро, когда она выполнила охос. Его тело, прижатое к ее, было твердым на ощупь и слишком притягательным, слишком, слишком приятно это ощущалось. Ее лицо вспыхнуло, и она изо всех сил постаралась подавить панику, когда он притянул ее к себе, его горячее дыхание коснулось ее шеи, он повторил движение и следом они снова закружились в вальсе. — Превосходно! — голос Нарциссы прозвучал взволнованно, когда музыка смолкла и Малфой отпустил ее. Гермиона прижала руку к своей груди, рвано втягивая воздух, в то время как ее сердце колотилось с бешеной скоростью. — Я правда думаю, что вам стоит танцевать именно это на свадьбе, — Гермиона едва могла расслышать ее слова из-за стука своего сердца.       Танцевать с Малфоем было приятно, даже очень. Она резко вдохнула, осознав это и ее глаза расширились.       Танцевать с Малфоем было чертовски приятно.       И это могло стать большой проблемой.