Один

            Нечаев ставит на стол бутылку водки. Садится, наливает стакан. А может, и не стакан, а рюмку. Хотя осколки больше похожи на стакан...       Сергей трясет головой, будто желая вытряхнуть остатки вчерашнего сумбура. Не выйдет. Плотно засела в голове путаница воспоминаний, мыслей и чувств. Интересно, в холодильнике есть минералка?..             - А ты как думаешь, Дима?! Твой агент ловит вертолёты, и я с ним за компанию!.. Интересно, когда именно Храз произнес эту фразу?..       Возмущенный голос Храза снова звучит в голове. Может, это из-за того, что с утра он еще ни разу не звучал вживую?.. Перчатка предательски молчала, несмотря ни на какие уговоры, даже нейросенсоры ни разу не показались.             Что я такого мог вчера наговорить, что не услышал ни одного комментария по поводу нашего "бодрого" утра?..       В холодильнике пусто. Ах да, Нечаев, кажется, еще вчера доел последнюю банку фасоли... Что ж, видимо, поможет сейчас только вода. Майор открывает кран и с жадностью глотает ледяную воду. Мысли становятся четче, из неясных образов начинает складываться картинка вчерашнего вечера.             Стол, стакан, бутылка водки, болтовня Храза...                    Перед глазами все плывет, шутки Храза, старые анекдоты, громкий смех...             - Засыпай, Серёж. Завтра нам пиздец...                    Сигнал перчатки, глаза открываются с трудом, голос Сеченова проходит как сквозь вату...             - Так, так, так, глазки закрываем, не шевелимся, - голос Храза такой... заботливый?..             Рука нашаривает стакан, водка жжет пересохшее горло, разговор Храза и Сеченова, помутнение в голове...                    Крик, бурлящие эмоции, злые слова, сжатые кулаки...             - Тебе-то хорошо было отсиживаться в кабинете! Ты хоть понимаешь, каково мне было там, в аду?! Каково мне было, когда я был там один?!             Собственный голос кажется чужим и надломленным. Все мысли спешно покидают голову, оставляя лишь обиды, боль и злость.             - Я один убивал этих чёртовых роботов, один рубил этот проклятый плющ! А ты сидел в Москве и в ус не дул! А теперь хочешь относиться ко мне по-старому? Делать вид, что не ты виноват в том, что я прошел через этот ад?! Особенно после того, что я узнал про Катю?!             Сброс вызова, хлопок дверью, десять минут курения около продуктового, открытие магазина ровно в 9:00, две бутылки водки, тихо булькающие в руках, и нескончаемая, всепоглощающая тишина...             Снова стол, снова стакан, снова бутылка водки. Но без закуски и в мертвой тишине...                   Глаза ели открываются, слепящие лучи солнца через окно, попытки разобраться в произошедшем, сумбур, поиски минералки, ледяная вода...       Нечаев кое-как приходит в себя, понимая, что воспоминания пошли по кругу, окончательно зациклившись. Сергей умывается холодной водой. Брызги летят на волосы, шею, грудь... Похмелье понемногу отступает, значит и Хразу сейчас полегчало. Только теперь майор догадывается прислушаться к эмоциям, таящимся в глубине души, где-то за сердцем.       Помимо ослабшего похмелья ощущаются обида и чувство одиночества, до боли щемящие сердце. Паника и тревога нарастают все больше. Неужели Храз ничего не испытывает? Или делает вид, что не испытывает?..       - Храз! Скажи уже хоть что-нибудь! Неужели не чувствуешь, как мне страшно и одиноко?       Чужая обида накатывает с новой силой, но одиночество начинает потихоньку стихать.       - А вам не привыкать к одиночеству, товарищ майор. Вы же были в том аду один...