Проводите меня до кухни

      Все пошло не по плану. Все пошло совершенно не по плану. Кто же знал, что противник решит воспользоваться бомбой и взорвет все здание вместе с ним самим и их компанией, которая понадеялась на свои силы и пришла без поддержки. Они, братья Холмс, должны были это предусмотреть. Но этого не произошло.       Теперь им остается только спасаться.       Шерлок и Джон убежали вперед, вон из здания, где их уже должны были поджидать люди Майкрофта, чтобы оказать помощь.       Майкрофт ненавидит работать в поле. И черт его дернул последовать за неугомонным братцем. С другой стороны, он бы не смог оказаться здесь вовремя, оценить обстановку и помочь.       Силы на исходе.       Эти двое, они должны уже выбраться. Для них все закончилось, Шерлок в безопасности, но… — Майкрофт!       Старший Холмс возвращается из своих мыслей и видит напряженный взгляд инспектора.       Точно, он ведь был не один. Грег зачем-то настоял на том, чтобы остаться с Майкрофтом. Видимо, трезво рассудил, что физическая подготовка старшего Холмса сильно хромает, и решил остаться для поддержки.       Через секунду Майкрофт чувствует сильный толчок в грудь.       Ударяется он об бетонный пол в паре метров от того места, где только что стоял. Он озадаченно смотрит перед собой. На том месте, где секунду назад стоял Майкрофт, теперь лежал инспектор с пробитой арматурой ногой. По телу пробегает холод, а волосы на загривке встают дыбом. Но, когда до него доходит вся картина, он порывается к инспектору. Даже сквозь грохот вокруг Холмс слышит, как мужчина стонет от боли, схватившись за ногу.       Черт.       Он хватает инспектора за плечи и старается поднять, но у него ничего не выходит. Инспектор оказывается буквально вколоченным в пол. Так не пойдет.       Тогда Майкрофт панически хватается за арматуру и пытается ее вытащить несмотря на то, что потные от волнения руки соскальзывают, царапая и пачкая кожу. Но его ладонь ловят. Хватка достаточно крепкая для раненого человека, однако Грег выглядит болезненно бледным, а взгляд остается строгим. — Уходите скорее, — хрипит мужчина. — Но если вы не выберетесь… — Если не выберитесь вы, никто из нас не спасётся, — так же твердо заявляет мужчина. Но потом смягчается. — Прошу, Майкрофт, уходи скорее.       Инспектор впервые обратился к нему на «ты» да еще и таким ласковым тоном. Это прозвучало так естественно и приятно, будто они спорят о том, что смотреть сегодня вечером, а по телевизору должен идти нелюбимый Майкрофтом и обожаемый Грегори футбол. Холмс хочет насладиться этим моментом, остаться в нем.       Упавшая неподалеку плитка приводит в себя. — Беги, Майкрофт.       Холмс долго, чересчур долго не может отвести свой взгляд от непреклонного взгляда мужчины. Он запоминает тепло ладони, накрывавшую его, морщинки, скопившиеся вокруг сейчас не смеющихся глаз, но, проделав над собой усилие, встает на ноги. — Я позову помощь. — Не сейчас, сейчас опасно. — Но позже… — На выход! Живо! — снова кричит мужчина и больше внимания на Холмса не обращает.       Прикрывая голову от обломков, Майкрофт быстро выбегает на светлую, противно солнечную улицу, где его уже ожидали агенты и брат со своим доктором. — Там… человека надо вытащить, — задыхаясь от пыли и бега, обращается старший Холмс не к кому конкретно. — Мистер Холмс, мы не можем пойти туда, когда там так опасно. — Но… — Майкрофт, — рядом возникает Шерлок.       Он кладет руку брату на плечо и отводит в сторону.       Майкрофт не понимает, почему все продолжает трястись, хотя из здания он уже вышел. Потом до него доходит, что его самого пробивает крупная дрожь. В этот момент он чувствует на коленях что-то мокрое и, опустив взгляд, разглядывает на брюках темные следы. Кровь.       Инспектор.       Он обеспокоенно смотрит в сторону разрушающегося склада.       Он оставил его, оставил одного, хотя сам инспектор до последнего не бросал, а ведь давно уже мог выбраться. Это он не уследил, это из-за него Грег пробил ногу и сейчас окажется под завалами.       Черт.       Он чувствует легкий укол и озадаченно смотрит сначала на иглу в своем предплечье, потом на Шерлока. — Тебе нужно отдохнуть. — Шерлок, — тихо говорит он, — там… Инспектор остался… — Мы знаем, — Шерлок кладет руки брату на плечи и смотрит уверенно, хотя Майкрофт без труда различил в его глазах беспокойство. Или это было отражение его собственных глаз? — Мы вытащим его. Ты должен поехать домой. — Нет, он… Ему нельзя оставаться… будет поздно…       Усталость и успокоительное пронизывают все тело и заставляют глаза закрыться. Ослабевшего мужчину перехватывают медики и загружают Майкрофта в машину, после небольшой проверки увозя к тому домой.

***

      Новость о том, что Грег выжил, дошла до него через день. Половину из этого времени он проспал и, проснувшись, тут же потребовал рассказать ему об инспекторе. Шерлок, который, к удивлению брата, сидел у постели, сообщил, что того уже вывозили из реанимации, когда он уезжал. Сейчас там остаётся Джон.       В голове крутилась одна единственная мысль: живой. И счастью не было предела, пока брат не огорошил еще одной новостью из больницы.

***

      С выписки инспектора у Майкрофта появилось хобби — приезжать к тому домой каждый день. Передавать угощения, иногда даже готовую еду, зачитывать какую-то ерунду, заученную по дороге, и уходить. Зачастую Грег сам не успевает ему ничего ответить.       Однако каждый день, в любую погоду, он выскакивает на крыльцо, отставляет костыли в сторону и упирается об опорный столб. Удобней в холодные дни. Тогда он садится на крыльцо, прячет костыли за ограждением и накрывает единственную ногу пледом.       Когда он делал это впервые, надеялся, что вина в голубых глазах ослабнет. Однако она стала только сильнее. — Вы не обязаны меня встречать на крыльце, — из раза в раз повторяет ему Холмс. — Как и вы не обязаны мне что-то привозить. Я уже молчу о частоте и о том, что вы делаете это лично. — Вы хотите, чтобы я передавал через третье лицо? — Ни в коем случае. Я рад вас видеть.       Каждый раз на подобные фразы Майкрофт недоверчиво поджимал губы, прощался и сбегал в машину.       Никто из них не нарушал возникшую традицию. Майкрофт каждый день приезжал и отдавал продукты и нужные предметы, а Грег встречал его на пороге. В любое время. Сейчас у него его полно, а вот откуда оно у старшего Холмса — вопрос.       По истечению двух месяцев у Грега начинает заканчиваться терпение, поэтому в очередной раз при виде Майкрофта, он первый начинает разговор, не давая мужчине ощутить себя хозяином ситуации. — И сегодня на чай не зайдете? — он выдыхает дым и тушит в пепельнице сигарету. — У меня работа. — Врать будете на политическом поле, а мне говорите правду. Хотя, знаю, как вам это трудно, — Холмс поджимает губы. — Но, должен сказать, сейчас вы лжете из рук вон плохо.       Майкрофт молчит. Грег с улыбкой, ухватившись за перила и кряхтя, тяжело поднимается. Холмс порывается ему помочь. Когда их лица оказываются совсем близко, они встречаются взглядами, и Грег усмехается. Потом сам подставляет руку. — Проводите меня до кухни, я хочу угостить вас чаем. Мне тут каждый день поставляют наивкуснейший, а пить не с кем. — Я не… — Ой, как хорошо, — даже не дал Майкрофту что-то ответить Грег. — Пойдемте-пойдемте.       Инспектор — бывший инспектор — ведет себя как мама Майкрофта. И ему даже на секунду стало безмерно тепло от этого сравнения, но неловкость вернулась чересчур быстро. — Я действительно думаю, что…       Грег оборачивается и смотрит на Майкрофта строго, и от этого взгляда — как на том складе — он проглатывает все слова.       В доме уже без помощи Грег упрыгивает вперед, так бодро будто ребенок. Майкрофт замирает на входе в кухню и опускает взгляд на единственную ногу, чувствуя, как сердце сжимается. Ошибка. Он должен уехать. Немедленно. Это слишком тяжело. Но это меньшее, что он может сделать для Грега в такой ситуации.       Майкрофт отводит взгляд.       Инспектор жил в двухэтажном доме, и когда все произошло, Майкрофт распорядился, чтобы спальню перенесли на первый этаж, а на верхний отнесли все ненужное. Грег все равно не пользовался всеми помещениями семейного дома. Переезжать тот категорически отказался, вот и пришлось старшему Холмсу проводить эти манипуляции. Но против он не был.       Отчасти Майкрофт понимал, почему Грег не переезжал в город, как было бы удобнее. Прочь от суеты, которой была наполнена его жизнь, прочь от людей, с которыми много приходилось взаимодействовать. Прочь от стресса и убийств.       Он смотрит в окно. Спокойный район. Правда, магазин далековато, но Майкрофт сам привозит Грегори продукты. Неподалеку чудесная река. И, как подсказывают камеры наблюдения и агенты, Грегори любит сидеть у водоема или на своем заднем дворе и просто дышать свежим воздухом. После такого душного и тесного Лондона.       Инспектор после такого ужасного происшествия даже толком и не поменялся. Он по-прежнему улыбается тепло, смеется искренне. И остаётся таким приветливым даже к таким как Майкрофт. — Зачем вы это сделали?       Майкрофт возвращает внимание мужчине, который, как оказалось, уже какое-то время смотрит на него, и стойко выдерживает его взгляд, хотя руки поражает дрожь. — Вы впервые подняли тему того дня. — И все же?       Грег заливает кипяток в заварочный чайник. — Это ужасно глупый вопрос с вашей стороны, мистер Холмс. — Хорошо. Тогда почему вы продолжаете помогать Шерлоку? — Майкрофт скрещивает руки на груди, на самом деле стараясь себя обхватить и почувствовать себя уютней. — Это он мне помогает. — Инспектор!       Поняв, что сказал, Майкрофт прикусывает язык. — Я больше не инспектор, — спокойно поправляет его Грег и вздыхает.       Он ставит кружки на стол, но, понимая, что разговор может затянуться, не садится, упирается поясницей о столешницу и скрещивает руки на груди. — Я защищаю вас, Холмсов. Всегда на вашей стороне, — Грег улыбается. - Не думаете же вы, что я оставлю вас после такого пустяка? — «Пустяка»? — зло шипит Майкрофт. — Вы потеряли ногу из-за… — Из-за того, что не успел, — перебивает собеседника Лестрейд легкомысленным тоном. — Это моя ошибка, — Грег смеется и пару раз хлопает себя по животу. — Не надо было налегать на пончики в последние годы. Совсем растерял свою форму. — Да что вы?! — задыхаясь от возмущения, повышает голос Холмс. — Как вообще можно так спокойно к этому относиться? — Как к этому еще можно относиться? Хотите, чтобы я упивался горем?       Майкрофт давится воздухом. — Нет, я… — Мистер Холмс, — спокойно, но твердо останавливает очевидно злую и длинную тираду, которую хотел вылить на него Майкрофт, — я в порядке. Это действительно ерунда, — он снова широко улыбается. — Зато теперь проблем с идеей костюма на Хэллоуин не будет. — Это совершенно не смешно!       Майкрофт разворачивается и покидает дом бывшего инспектора. Грег с грустной улыбкой смотрит на две чашки с горячим чаем и выливает содержимое в раковину.

***

      Неделю Майкрофт продолжает злиться на легкомыслие бывшего инспектора и вместо себя отсылает к тому своих людей, потому что бросить того он элементарно не мог. Но и видеть эту натянутую улыбку сил больше не было. Холмс знает, что не заслужил этих стараний, что не заслужил этот тёплый взгляд.       Но только на эту самую неделю его и хватает, поэтому вскоре он оказывается на 221В. — Инспектор невозможный! — жалуется он Шерлоку и Джону после краткого пересказа их с Грегом разговора. — Как можно такое говорить? Еще и шутит!       Джон с Шерлоком обмениваются взглядами. — Майкрофт, ты и правда не понимаешь? — мужчина озадаченно смотрит на Джона. — Работа для Грега была всем. И он лишился этого. Причем не так давно. Ему тяжело, ему плохо. Но он не хочет, чтобы кто-то видел его слабым, и чтобы ты винил себя за это. — Это я понимаю. Он сказал мне это прямым текстом. — Тогда чего же ты не понимаешь?       Никто не обращает внимание на задумчивое хмыканье Шерлока. — Почему он это делает? — Не винит тебя или пытается научить тебя не винить себя? — И то, и другое, — резко отвечает Майкрофт, а потом вздыхает и садится на диван. Плечи безвольно опускаются, и под глазами залегают синяки. Он продолжает тише и с большим отчаянием. — Почему он не винит меня? Почему он встречает меня с улыбкой каждый день? Почему не злится на меня? Почему не бьет? Почему он ждёт меня на крыльце в любую погоду?       Шерлок на словах брата крепче сжимает подлокотники кресла, но продолжает молчать, предоставляя слово Джону. — Не я тебе должен это говорить, но, если я не скажу, вы в таком состоянии и останетесь, — старший Холмс озадаченно хмурится. — Ты не замечаешь очевидных вещей, Майкрофт. Он тебя любит.       Мужчина не позволяет приятному чувству заполнить свое сердце. — Он говорил, что к Шерлоку у него отцовские чувства, но… — Нет, — перебивает Джон. — Он любит тебя как человека, как мужчину. Ты ему дорог.       Майкрофту трудно в это поверить.       Безусловно, он видел взгляды инспектора, знал, что тому не тягостна компания британского приятельства. Но они друзья, для них это естественно.       А если доктор прав, то как его чувства могли сохраниться после того, что произошло? — Почему он не мог это просто сказать? — Во-первых, ты можешь согласиться на отношения, потому что будешь чувствовать себя в долгу. Грег этого не выдержит. Он не хочет, чтобы ты себя принуждал, — Холмс возмущенно фыркнул, но Джон продолжил быстрее, чем тот успел бы что-то сказать. — Во-вторых. Майкрофт, ты само правительство, а он бывший полицейский, потерявший ногу. Не знаю, как раньше у него было с самооценкой, но теперь она не столь высока, чтобы быть уверенным в том, что он может тебя привлекать. — Это глупо. Он и без работы остается добрым, веселым, умным и красивым.       В тишине Майкрофт краснеет, понимая, что сказал лишнего, но остальные на это не обратили никакого внимания. — В то время, пока он пытается тебя научить не винить себя, научи его больше верить в себя. — И как мне это сделать? — Скажи то, что он действительно хочет услышать от тебя.

***

      Грег продолжал выходить на крыльцо даже когда понял, что Майкрофт уже вряд ли придёт к нему. Не потому, что это вежливо, скорее он не хотел впускать к себе в дом других, чужих. Майкрофта он всегда рад видеть, но это был уже не он. И все же оставалась у него слабая надежда на то, что тот снова появится у него на пороге.       Сегодня он уже встречал людей Майкрофта, поэтому стук в дверь, прозвучавший спустя несколько часов, выбил его из колеи. Вариант оставался один — к нему зачем-то пришли соседи. Такое бывало — соседки с радостью угощают бывшего служителя закона кулинарией. А еще пользуются тем, что тот не сможет избежать разговоров с ними, а поговорить хотелось. Да и Грег не против на самом деле, ему здесь немного одиноко.       Но открыв дверь, он приятно удивляется. Перед ним старший Холмс. Один и без продуктов и прочей ерунды, с которой он обычно заявляется к нему.       Грег улыбается. — О, решили принять мое приглашение на…       Майкрофт не дает ему договорить и целует, сжимая в своих ладонях горячие щеки. И быстро, пусть и нехотя отстраняется. Грег удивленно смотрит на мужчину. — Я не перестану винить себя за то, что с вами случилось. Я знаю, что не достоин этого, но, прошу, позвольте мне быть рядом с вами.       Грег широко улыбается и оставляет эту улыбку на чужих губах. — О большем я и мечтать не мог.

***

      Они пару раз поднимали эту тему, но Грег никогда ее серьезно не рассматривал. Он быстро привык к костылям и передвигался без особых проблем. Только уставал быстро, но это можно списать и на возраст. Поэтому подарок, который принес ему Майкрофт через год, оказался самым настоящим сюрпризом.       В большой продолговатой коробке лежал протез из крепкого хорошего материала — иной Майкрофт не заказал бы.       Лестрейд зачарованно проводит по нему рукой. — Он пришел вовремя, — целует Майкрофт Грегори в висок и обнимает за плечи. — Я бы хотел станцевать на свадьбе со своим мужем.       Грег улыбается и касается своим лбом чужого. — Спасибо.