Путешествие, которого я не хотел

- Это конец? – спрашиваю я в замешательстве. - Да, он не должен больше встать после таких повреждений, - отвечает мне Акутагава, - но нам нужно заботиться о себе, а не о таких ничтожествах. Как тебя вообще взял с собой Дазай-сан, если ты так заботишься о других? Я сам не знаю точно, даже почему настоящий Дазай-сан так сделал. Скорее всего, это был план – объединить меня с Акутагавой ради слияния наших способностей. Однако, может за этим стояло нечто большее? Что-то, что мне никогда не узнать, было в голове Дазай-сана, когда он решил взять меня в ВДА. Я не знаю, что ответить Акутагаве. - Я не знаю. Он увидел, как я сражаюсь с помощью способности, и после этого пригласил меня в мафию. Может, в этом была вся причина? - Тогда ты ещё более безнадёжный, чем кажешься. Дазай-сан вряд ли бы выбрал кого-то лишь ради способности. Будь у тебя любая способность, не умей ты ей пользоваться, и она становится бесполезной в тот же момент. Дазай-сан увидел потенциал и в тебе, а не только в способности, раз уж взял с собой. - Что… - Акутагава, которого я знаю, вряд ли бы сказал мне что-то подобное. Однако, это ведь его версия из прошлого, верно? Что, если всё время выговорить это ему мешал гнев на меня, что от него Дазай-сан перешёл к «новенькому» мне? - У нас нет времени на длинные разговоры. Нам нужно возвращаться, - он отвлекает меня от моих мыслей и напоминает, зачем мы здесь. - Да, ты прав, - я соглашаюсь с ним, и мы оборачиваемся от бессознательного тела Воннегута. Однако, беспрепятственно нам уйти не удастся. Перед нами закрывают вход толстыми железными дверями, которые просто так не пробить. Что же делать? - Слушай, тигр, - ко мне обращается Акутагава, - когда я вырежу дыру, выбей её своей силой, понял? - Да! – отвечаю я. Он, как и сказал, вырезает стену Расёмоном и прыгаю в неё, выбивая из дверей. Меня сразу же осыпали градом пуль, от которых я с трудом уклонился, попутно вырубая солдат DICE. Когда же я расправился со всеми, в комнату заходит Акутагава. - Теперь путь чист. - А ты не спешил высовываться, да? – раздражённо спрашиваю я. - Я правильно сделал, что пустил тебя в ход неубиваемого зверя, вроде тебя. - За монстра меня принимаешь?! Ты что «всегда был таким?», - я остановил себя на полуслове. - Что ты хотел сказать? - Неважно, нам нужно идти, - я разворачиваюсь и иду на выход. - Ответь, что ты хотел сказать?! - Это неважно. - Скажи, иначе я вырежу из тебя ответ силой! - У тебя не получится, - я смотрю ему в глаза, показывая свою решимость сражаться. - Ты напрашиваешься на битву, скрывая от меня что-то? = Я не хочу с тобой сражаться. - Почему?! - Я не хочу лишать твою сестру единственного брата, - я подумал, что этих слов будет достаточно, чтобы успокоить его, хоть они и раскрывали меня. - Что? Откуда ты знаешь? – его взгляд сменился с яростного непонимающий. Я словно вернул его в реальный мир словами о сестре. Как я и догадывался, ему не наплевать на свою единственную семью. - Если ты меня понял, нам стоит идти назад. Акутагава успокоился, посмотрев куда-то в пол и о чём-то замыслившись. После непродолжительных раздумий он следует за мной, и мы выходим через тот самый вход, откуда вышли. Солнце бьёт в глаза и перед нами предстаёт Дазай-сан. - Вы отлично потрудились. Теперь возвращайтесь домой. Больше у вас заданий на сегодня нет, - он сохраняет свой грозный вид, отчего становится слегка некомфортно. - Понял, Дазай-сан, - произносит Акутагава и уходит по крышам с помощью Расёмона. Оставшись наедине, Дазай-сан предлагает довести меня домой. Я соглашаюсь и сажусь в машину. Включается магнитола, с которой начинает проигрываться какая-то мрачная песня. - Тебе нравится? – спрашивает Дазай-сан. – Меня всегда так успокаивает этот плейлист. У меня даже есть несколько запасных копий, - он достаёт из бардачка пять дисков, - чтобы я всегда мог им наслаждаться. Я смотрю в окно машины, слушая на фоне песни про депрессию, суицид и сумасшествие. Мне давно хотелось задать один вопрос, и возможно, что такая обстановка будет этим самым редким шансом: - Дазай-сан, почему вы так жестоки к Акутагаве? Ведь со мной вы обращаетесь куда мягче. Не сводя глаз с дороги, Дазай-сан мне ответил: - Он сможет это вытерпеть. По сравнению с тем, что было в его детстве, мои действия даже издевательствами не назвать, - эти слова отдались тихой болью в груди. Они напомнили мне о приюте и… о нём, - Я лишь использую максимально эффективные методы для его воспитания, потому что ему удастся через них пройти. Ты бы на третий день его тренировок сломался бы, поэтому мне и приходится действовать соответственно. - «То есть, будь Акутагава и сейчас в вашем подчинении, вы бы поступали также?» - от этой мысли мне стало неприятно на душе, ведь, в таком случае, между ним и его версией из прошлого не так много различий, если они вообще есть. Может, Дазай-сан никогда и не менялся, ведь я же не могу залезь к нему в разум, чтобы узнать это. Да и сама идея исследования его сознания не казалась мне приятной. Пока я был погружён в собственные мысли, то внезапно я заметил кое-что в окнах машины, я осознаю, что мы движемся совсем не в сторону жилого комплекса мафии. Я оборачиваюсь на Дазай-сана и вижу убийственный взгляд в ответ.