Сборник зарисовок по Хаксли/Феликс.

      Когда-то давно Феликс прочел короткую статью, относительно философии Зигмунда Фрейда. На вопрос Хаксли о его отношении к ней (не особо надеясь на умный ответ от не вполне на тот момент осознанного детё), тот фыркнул. Мол, какой-то озабоченный даже для своего времени старик своими философскими учениями предпринял попытку нормализовать свою испорченность. А уставшее от консерватизма общество приняло его изречения, как закон природы. Доктору пришлось постараться, чтобы прекратить смеяться, и не только из-за ответа. А ведь предполагаемые мотивы Фрейда (те, что назвал дорогой племянник) были вполне по Фрейду. Парадокс Хониккера не смущал — все-таки, мотивы философа должны проходить проверку его же философией, иначе даже самое благосклонное общество заподозрит неладное.       Хаксли получил столько эндорфинов, сколько не получал уже долгое время. Естесственно, что он разбирался в этом лучше — у него был курс философии в университете. И к философским учениям (в том числе Фрейда) относился скорее сардонически, чем серьезно. Но этот случай запустил цепную реакцию, в результате которой Хаксли почти на каждую реплику, хоть как-то ассоциирующуюся с учением Фрейда, из уст племянника, реагировал определенным образом. «А это по Фрейду, мой дорогой племянник».       В итоге получилось, что даже в рабочее время Феликсу было лучше не открывать рот вообще. Ох как это детё было раздражено. Даже прочитав книгу с вводным курсом философии и уже не имея тех предрассудков. Слышать хоть что-то про Фрейда (и его учения, прости господи) от своего старшего родственника… в общем, это вводило его в ступор. Все-таки, в таких темах ригидность его психики была наиболее заметной.       Конечно, дядя просто по-доброму издевался. А потом Феликс решил, что будет делать так же. И, методом тыка, выбрал учение. Все равно любое философское учение настолько обширно и гибко, что притянуть можно к чему угодно. Теперь такой порядок: все, что говорит Феликс — это по Фрейду; а все про Фрейда, что говорит Хаксли — это по Юнгу.       Вопрос только в том, когда они, наконец, угомонятся.