Розовый яд

Ждать несколько дней нельзя— никто не знает, что будет с людьми, находящимися в трансе. И мысли об этом всех заставляют оживиться и стараться скорее все решить. Дженни ходила к соседям в поисках лекарств от боли в горле. Ни у кого толком лекарств не было, но на соседней улице живут врач, который все же нашел у себя средства для восстановления голоса. Дома девушка их не стала отдавать Розэ, а решила сама контролировать прием лекарств. Мама уже во всю отпаивала певицу горячими напитками. — Тебе нужно хорошенько отдохнуть, чтобы скорее выздороветь. — Я устала от всего этого, но нам надо спешить.— Блондинка положила голову на плечо подруги.— Мне хочется просто отдыхать и продолжать жить как раньше. — Нам нужно попытаться с Хен Сиком все сделать, тогда все должно вернуться на круги своя.— Дженни садиться рядом, приобнимает подруг.— Мы справимся. — Уверены? — Конечно. Мы уже много сделали, осталось чуть-чуть и мы победим.— До самого вечера отдыхают, набираются сил. Болтают, обсуждая уже давние новости, актуальные до всего произошедшего. Так пытаются спастись от пугающей реальности, вернуться в привычную спокойную жизнь.— Хотелось бы и мне быть такой же знаменитой, как они.— Показывает на фотографию музыкальной группы из журнала.— Но они для этого явно много работают. И мне нужно быть более усердной. — Ты и без того много тренируешься, Лиса. — Но надо больше.— Уверяет Манобан.— Давайте пообещаем друг другу, когда это все закончится, то мы будем очень усердно работать, чтобы добиться успеха и стать известными. — Давайте.— Ким вытягивает руку, а остальные за нее берутся.— Обещаем? — Обещаем! — Улыбаются, держа руки вместе. Мечтают вместе достигнуть вершины.— Чтобы вы сделали, если бы были знамениты? — Я бы открыла свой бренд одежды.— Улыбается хозяйка квартиры, ее родители на кухне заняты разговорами.— А вы? — Свою звукозаписывающую компанию.— Улыбается Пак, представляя снова свою мечту.— Огромную компанию с кучей своих артистов. — Я бы хотела много всего… Свою школу танцев, бренд одежды, а еще может быть ресторан. — Какой? — С курочкой и лапшой.— Все эти разговоры до вечера продолжаются, но не до ночи. Спать идут все как можно раньше, чтобы скорее новый день наступил, а с ним и решение проблем. И утром шанс на это есть— голос Розэ вернулся, хоть боль в горле и беспокоит. После горячего завтрака едут к дому Хен Сика. В этот раз от паренька мелкого удалось отвязаться, девочки рады. В дороге Розэ не дают говорить, чтобы не напрягала голосовые связки. Дают отдохнуть. Находят мужику быстро. Он сидит на скамейке около одного из подъездов, пьет чай и смотрит куда-то вдаль. Хмурится, но не злится. на коленках лежит пачка печенья, которое он таскает. — Хен Сик? Добрый день! — Мистер Ким подходит ближе.— Как вы? — Приветствую! Вас ждал.— Пачку печенья убирает в сторону, за ней следом убирает и кружку.— Я все придумал. Но нужно заранее все снять и смонтировать. — И что нужно для этого? — Лиса встает рядом.— И когда мы сможем снять это видео? — Хоть сегодня. Но нам нужно что-то мощное из песен, музыка. Хорошо бы снять клип. — Зачем? Просто музыка тоже работает.— Ким старший не видит смысла терять время на клипы.— Это трата времени, а значит и усиление опасности. — По каналам коммуникации пускают картинку со звуком, там высокое качество. Нам нужно это перебить не менее качественным продуктом. К тому же, если повезет, так Розэ заметят люди из индустрии. — Где мы сможем снять? — Дженни вспоминает все места в районе, где можно было бы снять что-то красивое.— Тут не так много красивых мест. — Мы будем искать скорее место для более мощной сцены. И у меня есть идея. Найдите что-то черное из одежды, можно брутальное, а еще песню с мощными битами, не баллады. И через три часа встречаемся тут же. У меня есть идея. — Какая? — Розэ немного беспокоится.— Как мы будем снимать? — Не волнуйся, сделаем подсветку и красивые кадры. Я уже все придумал. *** Старое полуразрушенное здание— идеальное место для съемок. Коридор с круглым витражным окном в конце кажется идеальным. Хен Сик устанавливает освещение, кажется, что каменные стены горят огнем, будто в коридоре пожар. Камера усиливает этот эффект, она делает цвета ярче. — Вставай туда, к витражу. Будем снимать оттуда. И что с музыкой решили? — Лиса ставит старенький магнитофон с функцией записи на пленку. Она отматывает назад пленку и нажимает «плей». Звучит музыка с сильными битами и мелодией.— Как? Что за песня? — Розэ написала, оказывается у нее много собственных песен.— Подруги улыбаются.— И мы записали это с помощью домашней утвари и гитары. — Потрясающе.— Оценивает честно Хен Сик.— Так, у нас мало времени. Я собираюсь к ночи попасть на студию и пустить это в эфир. — А можно с вами поехать? И почему нельзя просто взломать систему? — Она оказалась сильно защищена. И я буду не против, если кто-то поедет со мной, но нам нужно будет быть осторожными. А пока нужно снять все это.— Все готовы. Розэ в черном лаковом платье встает близко к витражу. Музыку отматывают назад и включают. Камера включена. Пак Чеен начинает петь, настрой у нее боевой, агрессивный. Первая часть— рэп, никто о этого не слышал, как она читает Рэп. Ким быстро ловит настроение мелодии, ей нравится ядовитость этой песни. — This that pink venom…— Повторяет на припеве певица, начиная танцевать на ходу. Она быстро придумала движения, которые идеально подходят под припев. Еще одна рэп-часть, на которой голос слегка срывается и Розэ заходится кашлем. А после вокальная часть, где Розэ может показать свой природный талант и годы работы. Все, конец. Музыка замолкает. Розэ выдерживает позу несколько секунд. — Это было потрясающе! — Подруги от радости даже прыгают, а их коллега пересматривает дубль. — И правда было сильно, но нужно переснять второй куплет, где ты кашляла. — Я не могу! — Розэ начинает говорить шепотом, громче не может.— Я пела из последних сил. — М-да, совсем сипишь. Точно не сможешь спеть заново? Даже кусочек? — Не смогу.— Дженни с Лисой переглядываются.— Даже чай не поможет…— И снова сильный кашель. — Но переснять надо.— Хен Сик вздыхает.— Вы двое, поете? — Нет, но рэп читаем.— Ким накидывает на блондинку куртку.— Но тут должна сделать это Розэ. — Почему? — Уточняет мужчина. — Ее голос волшебный, не наши. — В других частях она поет, так что один куплет вашими голосами не испортит ничего, только если Розэ не против. — Пусть споют.— Соглашается девушка. Она помогает подругам записать текст и выучить его. Справляются быстро, будто давно знали этот текст. Их снимать решили в другом месте— на улице. Там уже была большая компания местных подростков, которые, за отсутствием развлечений дома, вышли вместе проводить время на улицу. Они согласились быть массовкой. Дженни и Лиса веселились в кадре, читая второй куплет. А Розэ смотрела на них с гордостью. ей нравилось, как они звучат. Весь вечер Хен Сик монтировал видео на старом ноутбуке. Он из одной видео-дорожки нарезал разные кадры, чтобы было красиво. Звук почистил от помех и свел видео и аудио. По мнению мастера оказалось все очень даже хорошо. Все переписал на жесткий диск, захватил наушники и поехал мимо дома семьи Ким. Родители Дженни не хотели отпускать девочек, но остановить их не смогли. Троица села в машину к новому другу, после чего они направились в город. Зрелище на улицах было страшное. Некоторые люди до сих пор стояли на холоде и слушали музыку, которая теперь звучала из динамиков, нужных для сирен. Все сидящие в машине были в наушниках, чтобы не попасть под влияние музыки. На всех улицах было темно и страшно, а состояние людей пугало лишь больше. Было жаль детей, которые также мерзли в остолбенении. Войти в центр удалось без труда. У Хен Сика пропуск сработал, а внутри никто не препятствовал. Добрались до нужного этажа, до студии, где происходит съемка Джису. И дальше были аккуратны. Девочки остались в коридоре, когда их знакомый подключает жесткий диск и запускает новую запись в эфир. Розэ решает зайти в студию, а подруги следуют за ней. Она ожидает увидеть там Джису и не ошибается. — Этому пришел конец! — Завляет светловолосая громко, смотря на девушку, играющую на народном инструменте. Вокруг сидят люди и не двигаются.— Больше твоя музыка никому не будет мешать. — Моя музыка никому не мешает! — Выкрикивает вдруг темноволосая, переставая играть.— Она приносит наслаждение. Теперь все будут слушать только ее. — Нет, мы все исправили.— Лиса говорит грозно.— Ты больше не причинишь вреда людям. — Я не несу вред людям. Им нравится. — Не нравится…— У Розэ голос становится громче, хоть она и сипит. От этих слов у «злодейки» кипит кровь. — Замолчи! — Она в ярости.— Нет, им нравится. Это тебе вечно все не нравится. Ты даже не могла порадоваться за меня, когда я победила. Ну и плакала, что я недостойна и это ты должна выступать перед президентом. Я помню, как в мне это сказала.— В голосе обида, ее не скрывает. — Потому что это правда…— Готова воскликнуть Пак. — Традиционная музыка важна. Это наши истоки. Я столько лет работала над своим мастерством, что я достойна выступать перед президентом. — Розэ, это правда? Ты правда сказала подобное Джису? — Подруги смотрят на светловолосую, а та краснеет. Ей почему-то становится стыдно.— Розэ… Я не думала, что ты так можешь. — Может, может быть и грубее.— Девушка видит, что подруги осуждают ее. — Да, это правда. Я столько репетировала и так старалась, а победу отдали традиционной музыке? Зачем? — Потому что это красиво. — Это пережитки старого времени.— Подруги не поддерживают ее.— Вы ничего не понимаете. Я создаю современную музыку, а она играет старые песни. Джису, ты даже не автор, ты играешь чужие произведения. — Я не ожидала от тебя такого.— Лиса становится грустной.— Это ведь тоже важно. Мы не должны откидывать историю и забывать о том, что было раньше. — И то, что Джису исполняет чужие произведения— шикарно, она сохраняет наследие. — Я тоже пишу музыку.— Признается Ким.— Я тоже умею писать музыку. — Так что ты ее не играешь? — Играю. — А ты, Розэ, сама постоянно пела чужие песни. Ты называешь это кавером, но ведь это тоже самое. Не задавайся.— Девушка вздыхает. Ей становится стыдно.— Зачем ты так говорила? — Потому что все и всегда восхищались моей сестрой, которая играла классическую музыку. А я доказала и еще докажу, что моя музыка лучше. И этот конкурс был моим шансом это сделать! — Тебя вечно все восхваляют, все уже давно признали, что ты талантливая.— Вспоминает Джису, все еще на эмоциях. — Правда? — Ты серьезно? — Лиса хмурится. — Прости. Я… Мне стыдно, что я так задела тебя. Извини. И давай общаться.— Джису вдруг начинает улыбаться. — Ладно, я не могу на тебя долго злиться.— Она обнимает подругу.— Но классическую музыку тебе стоит изучить. — Хорошо.— Дженни и Лиса обнимают подруг. В комнату заходит Хен Сик, он удивляется этой сцене, но не спрашивает. — Все готово, смотрите.— Девушки выходят в коридор и подходят к окну. Люди там приходят в себя.— Дальше дело спасателей. Я им уже позвонил. Система перезагрузилась после загрузки вашего видео и все вернулось на круги своя. — Мне так стыдно, что люди из-за меня пострадали.— Джису закрыла лицо руками. Происходит что-то странное, свет на пару секунд начинает мигать. Все успокаивается и вскоре из студии выходит несколько работников. Взгляд потерянный. — Кажется теперь все в себя пришли.— Улыбается Хен.— И нам нужно отдохнуть, с остальным разберутся спасатели. — Ну что, девочки, теперь будем работать усердно ради мечты? Джису, ты с нами? — Все девушки улыбаются и кивают в знак согласия с Лисой.