Ложные предлоги/False prepositions

Пиздец, как обычно, пришёл оттуда, откуда не ждали. Утренний патруль закончился дракой — уже так себе. Дальше хуже. Бакуго отстранили из-за нарушения правил агентства на неделю, и никакая награда не помогла перед гневом начальства. «Никаких драк с товарищами!» Ну и похуй. Это не он начал… то есть, как бы он, но Кацуки защищал свою честь. Какой-то слабак, не имея на то право, начал подкалывать на тему личной жизни, если точнее, женщин. Никого не должно ебать, почему у него нет девушки, кроме него самого. А уж тем более не стоит строить каких-либо предположений по поводу его предпочтений. В итоге «товарищ» не досчитался зубов, пришлось, ползая, искать их на полу. Бакуго не жалел о своём поступке, ублюдок получил по заслугам, в следующий раз подумает прежде, чем лезть в его дела. Но и это ещё не всё. День ведь только начался, а в геройском чате, состоящем в основном из бывших одноклассников, тоже творился какой-то пиздец. Кацуки пришло множество сообщений с вопросом: «Как дела?», «Всё ли у него хорошо?» и всё в подобном духе. Не сказать, что приятно, но неожиданно. И тут несколько вариантов: возможно, пустили слух об отстранении, однако, маловероятно, что подобная новость вызвала такую реакцию. Как бы не впервой. А другой вариант: лишь смерть кого-то из семьи? Тоже нет. Отец звонил только сегодня, звал на ужин. Вроде не на поминки. А такие, как его ведьма-мать, живут долго — ведь на них возложена великая миссия: бесить всех вокруг одним своим существованием. Это была единственная женщина, от которой Бакуго не сбежать. Закинув телефон подальше, он решает-таки почтить предков своим присутствием. Без маскировки на улицу выходить крайне нежелательно, до дома можно не добраться. Чтобы скрыться от фанатов в ход идёт классика: чёрные очки, огромная толстовка прикроет массивный торс, шапка примнёт торчащие во все стороны волосы, заключительно — обязательный атрибут — медицинская маска и наушники с музыкой на максимум громкости. Быть популярным не так уж и просто, особенно с таким взрывным характером. Соответствующим причуде. С возрастом или с опытом Кацуки всё-таки стал немного терпимее. Иногда даже фотографировался с фанатами и давал автографы, но сегодня настроение не располагало к обмену любезностями, однако, ему повезло остаться незамеченным. Дом, в котором Бакуго провёл детство, встретил приятным запахом еды, уютом и уже привычным громким голосом: — Добро пожаловать домой, — судя по звуку, старая ведьма корпит на кухне над котлом. — Ага, — едва слышно пробурчал он под нос. Кацуки с педантичной аккуратностью выровнял всю обувь на полке, после чего прошёл в гостиную и устало плюхнулся на диван. — Ужин почти готов, ты голодный? Кацуки даже не стал отвечать, есть не особо хотелось, но всё равно не отвертеться. Мать найдёт способ запихнуть еду в кого угодно, даже если при этом придётся сожрать ему мозг. Предчувствие унылого вечера заставило обречённо выдохнуть. Заняться совершенно нечем, из доступных развлечений только телек, телефон даже в руки брать не хотелось. Выбор был очевиден. Щёлк. На экране замелькали лица героев с вчерашней церемонии награждения. — Ебучие клоуны… — проворчал он, собираясь уже переключить, как вдруг на экране появился ангел, и Бакуго ничего не оставалось, кроме как не дыша замереть с вложенным в вытянутую руку пультом. — Не та ли это девушка, с которой на фестивале у Кацуки был поединок? Она красотка, ей очень идёт это платье. Правда, Масару? — игривый тон матери подсказывает, что вопрос на самом деле был адресован вовсе не тому, кому был задан. — А… ну… в общем-то да, но разве… — Фасон идеальный, словно шили специально для неё. А цвет какой роскошный. Дорогой, разве это не любимый цвет нашего сына? Масару лишь согласно хмыкнул, кивнув головой, но мать это и так знала. И Кацуки знал, что она знала. Вот о чём он говорил: эта женщина — ведьма, посланная, чтобы портить ему жизнь, медленно поедая мозги. Кацуки ни в коем случае не желал зла ни отцу, ни матери. Однако, одна любопытная мысль: как батя до сих пор не угодил в дурку, живя с этой ведьмой под одной крышей многие годы? Тут два варианта: либо отец очень умный и выработал иммунитет, либо, что маловероятно, полное или частичное отсутствие мозга. Может, там осталось всего ничего, и можно его спасти, вывезя из страны. Кацуки вздохнул. Похоже, этот вопрос будет мучить его всю жизнь. Чтобы хоть как-то отвлечься от болтовни предков, Бакуго начал тыкать на кнопки, переключая каналы, до тех пор, пока не наткнулся на новости. «В одном из жилых домов в центральном районе Токио произошёл взрыв. На месте происшествия уже работают спасатели. Количество жертв в данный момент не установлено. Также стало известно, что в этом доме проживает известная героиня Уравити, специалисты предполагают, что именно её квартира стала очагом взрыва, и неизвестно, находилась ли она внутри в этот момент…». Дальше он уже не слушал. — Какой ужас. Надеюсь, никто… К-Кацуки, ты куда? А ужин? Но Бакуго уже вылетел в коридор, проигнорировав вопрос матери. Наспех натянул кроссовки и выскочил на улицу, хлопнув дверью так, что та ударилась ручкой о стену, оставив вмятину. — Думаешь, пошёл проверить, там ли она? — стоя в дверях, Мицуки наблюдала за быстро удаляющейся фигурой сына. — Кто знает. Он разве не говорил, что его отстранили? — Масару задумчиво рассматривал повреждение на стене. — Говорил вроде. А какой сегодня день недели? Очако разве не на патруле? Позвоню ей, пожалуй. Нет, ну платье ещё в день первой примерки шикарно на ней смотрелось, а уж на церемонии она была самой красивой. Да, однозначно одно из твоих самых удачных.

***

Уже полтора часа в молниеносном темпе Бакуго нёсся на чистом адреналине. Он старался просто не думать ни о чём, но в голову всё равно лезли дурные мысли, будто бы скребя по черепной коробке изнутри. «Что, если она там? Её могло придавить, сломав кости. А вдруг нечем дышать». И это были ещё не самые страшные мысли. Кацуки не хотел ни думать ни представлять тот вариант, что Урарака случайно попала в самый эпицентр взрыва. Её тело разорвало бы на куски. Бакуго замутило, подступивший ком в горле желал вырваться наружу, но не находил выхода. Руки затряслись от волнения. Активировав причуду, он взмыл в небо и приземлился на крышу здания для того, чтобы осмотреться. На горизонте показались клубы дыма. Не чувствуя ног, Кацуки ускорился. Уже недалеко. «Я близко, ангел, не вздумай умирать…» Когда он прибил на место происшествия, пожар был потушен, а спасатели уже начали разгребать завалы. — Вам сюда нельзя, тут опасно, — мужчина в форме преградил ему путь, но Бакуго не стал спорить, просто предъявил лицензию героя. — Уже нашли кого-нибудь? — лукавил он, на самом же деле его интересовал некто определённый. — Да, пока только пару человек с незначительными травмами. Будем продолжать искать… — А Уравити? — Кацуки старался, чтобы голос звучал ровно, но получалось плохо. В ответ мужчина лишь отрицательно покачал головой, внимательно наблюдая, как алые глаза одного из сильнейших героев беспокойно мечутся по разрушенному зданию. — Я помогу, — сипло, едва слышно сказал он. И плевать. Пусть так. Кацуки не мог скрыть отчаянья, оно переполняло, стремясь вылиться наружу градом непролитых слёз. — Мне жаль, однако пропустить всё равно не имею права. Да как он смел указывать ему? Схватив мужчину за грудки, Бакуго вытянул руку, поднимая дрожащее от страха тело над землёй. — Прощу прощения. Я вас бесконечно уважаю и мне бы не хотелось сообщать агентству о вашем нарушении. Зарычав от досады, Кацуки швырнул мужчину на землю. Головой Бакуго понимал, что тот не при чём и просто выполнял приказ вышестоящего начальства. Но сердце не желало понимать, оно лишь чувствовало, яростно стуча по рёбрам. Его лучик солнца, его ангел. Перед глазами застыл её образ. Её дурацкое, глупое, круглое лицо с розовыми щеками, но оно было чертовски милым, и это раздражало ещё больше. Если она там, под завалами, а он здесь, бессильный и ничего не может. Какой же он тогда герой? А где же тот самый герой? Избранный Деку. Избранный для чего? Вечно быть занозой в заднице? Почему его нет? Когда он так нужен! Бросившись к обломкам здания, Кацуки трясущимися руками принялся разбрасывать камни, бессвязно шипя ругательства себе под нос. Но уже чем через минуту его оттаскивала толпа людей. И Бакуго почувствовал такую слабость… какую никогда не чувствовал. Он слышал голоса, много голосов, твердившие, что ему здесь не место, что его снимут на камеры, и в агентстве обо всём узнают. Это будет провалом, его лишат лицензии, а вместе с тем всей мечты жизни. День с самого начала пошёл по пизде. И закончился он тем, что Кацуки просто сидел на земле, смотря, как солнечные лучи скользят по каменным обломкам. Под которыми, возможно, погребена героиня с ангельской улыбкой. Телефон уже который раз жужжал в кармане, а он только заметил, вздрогнул и, ни секунды не раздумывая, поднёс телефон к уху. — Наконец… В трубке раздался едва слышный, но знакомый голос. Сердце замерло вместе с дыханием. — Нужна твоя помощь.