Не влюбись в ответ, мой милый

      Эбардо задумчиво сверлил взглядом стену, слегка нахмурив брови. Он закинул ногу на ногу и приложил руку к подбородку, вздыхая. Причиной его беспокойства была брешь, что Лололошка смог вчера проделать в барьере. И дело не в том, что её нельзя заделать, нет, он уже снял барьер Бена и поставил собственный, затратив на это приличные силы. Зеленоглазого настораживало то, что шатен смог так легко пройти сквозь барьер Бена, который был на втором месте по меркам силы и прочности после его. — Не ожидал, что его искра настолько сильна... — Пробормотал Эбардо, прикусывая губу. Это может обернуться огромной проблемой, особенно после того, как Ло узнал, что может сделать это.       Стук в дверь вывел его из мыслей. Он разрешил войти и его лицо тут же смягчилось, когда он увидел, кто вошёл. — Эбардо, я принёс тебе пирожные, — Лололошка неловко улыбнулся, его щёки слегка покраснели. Он поставил тарелку на стол, а сам зеленоглазый подскочил, хитро улыбаясь. — Они только для меня? — Он явно так спрашивал, не готовил ли Лололошка их ещё кому-нибудь. — Д-да... — Смущённо пробормотал мироходец, понимая этот тонкий намёк. — Спасибо, — Эбардо, явно довольный таким ответом, взял одно пирожное и откусил. — Вау, очень вкусно! Ты прекрасен.       Лололошка замер, расширив глаза, а зеленоглазый подавился, поняв, что сморозил.       Шатен обеспокоенно постучал его по спине, чуть поглаживая. — Ты в порядке?.. — Да-да... Кха... Всё хорошо... — Эбардо отвернулся, чтобы Ло не заметил его красных щёк.       Тот отошёл и кивнул, потоптавшись на месте немного, мироходец сказал: — Ну... Я тогда пойду?.. — А-ага.       Лололошка развернулся, скрывая свою улыбку и вышел из комнаты. Зеленоглазый проводил его взглядом и ударил себя по лицу, прикрывая рукой идиотскую улыбку. — Я такой дурак...       Через пару часов в его спальню снова постучали. Эбардо сразу открыл дверь, подумав, что это вновь Ло, однако его лицо исказилось от злости и раздражения, когда он увидел кое-кого другого. — Г-господин, о-обед готов... — Запинаясь, сказал Бен. Его голос всё ещё был хриплым, а на шее была повязка. Зеленоглазый прищурился. — Ты уже можешь работать? Тц, — Вдруг он спросил: — Кто накладывал тебе повязку? — Ло... — Бен поспешно прервался. — Я сам! — Однако было поздно, Эбардо догадался. Он дёрнул брюнета за руку, втаскивая в комнату и отбросил в стену. Его рука сжала лицо мага. — Не слишком ли ты часто проводишь с ним время? — Бен дёрнулся, со страхом глядя в горящие яростью изумрудные глаза. — Простите... — Прохрипел он, однако хватка только усилилась. Эбардо усмехнулся. — Простить? За что? За то, что ты липнешь к нему? Или... За тот поцелуй? — Его глаза сверкнули безумным огнём. — Чёрт возьми... Я так хочу сейчас убить тебя.       Бен съёживается, на сколько это возможно, не в силах выносить эту удушающую ауру. — Убить... — Шепчет зеленоглазый, ухмыляясь. — Я ведь могу это сделать. Просто Ло об этом знать не обязательно...       Брюнет распахнул глаза, в их уголках начала скапливаться влага. — Г-господин...       Когда Эбардо уже заносит руку для удара, дверь в комнату открывается. — Эбардо! Ты где? Мы все ждём только... тебя... — Лололошка замирает, а потом бросается вперёд. — Эбардо, нет!       Зеленоглазый застыл ещё когда услышал знакомый и любимый голос, его рука отпустила подрагивающее в испуге тело, что упало на пол. — Ло... — Зеленоглазый протянул руку, однако шатен прошёл мимо, присаживаясь на корточки рядом с бессознательным брюнетом. — Бен! Эй, Бен, ты меня слышишь?..       Мироходец приложил палец к его губам, чувствуя тёплое дыхание. Однако его резко дергают за руку. — Что ты делаешь? — Голос больше походил на рычание. — Хочу помочь ему! — Ло выдёргивает руку из крепкой хватки. — Зачем? Он тебе так дорог? — Конечно! Он же мой друг! — Лололошка хотел поднять мага на руки, однако замер от приказного тона: — Не смей ему помогать.       Шатен медленно поднял голову и взглянул в изумрудные глаза, что горели ярким пламенем. — ...Ты не можешь мне указывать. Я не твой подчинённый, — Наконец вымолвил парень, чувствуя внутри неприятную боль.       Эбардо, кажется, только больше рассвирепел от подобного ответа. Кое-как сдерживая себя, он сглотнул и прошептал: — Нет. Ты принадлежишь мне. — Не смей обращаться со мной как с вещью. — Ты всё равно мой.       Лололошка сжал руки в кулаки, а после неожиданно замахнулся и влепил зеленоглазому пощёчину. — Я. Не. Вещь, — Холодно отчеканил шатен, развернувшись и, подхватив всё ещё бессознательно тело Бена, уходит из комнаты.       Эбардо сжал кулаки, раздался грохот. В стене образовалась огромная дыра. «Чёрт...»