Nightclub

      Спорткар несётся по ночным улицам Сеула слишком быстро. 100,150,200 - понадобилось всего 7 секунд, чтобы педаль газа улетела в пол, а пролетающие небоскрёбы столицы превратились в смазанные точки.        4:22, Сеул              Хёнджин пребывал в стратосфере. Весь выпитый бар в ночном клубе наконец начал действовать, поэтому сил на самостоятельное передвижение не осталось. Что бы сделал каждый нормальный человек после жуткой пьянки? Скорее всего отправился бы домой на такси или попросил бы своих друзей провести до крыльца. Однако Хван Хёнджин является исключением из нормальных людей, потому что, как минимум, бросил своих друзей в клубе, не оповестив их о своём уходе, а как максимум, до чёртиков запал на слишком сексуального танцора и, по совместительству, хозяина этого барделя.              Именно поэтому сейчас он сидит в чужой чёрной и безумно сексуальной(как и её хозяин) Bugatti Chiron, попивает уже непонятно по счёту какой “Секс на пляже” и гипнотизирует глазами аккуратный и до чёртиков соблазнительный профиль танцора. Казалось, что этого человека просто не существует. Возможно сам Всевышний снизошел на землю, выбрав именно такое обличье, иначе описать эту человеческую красоту невозможно. Точеный нос, кошачий разрез глаз с тёмно-шоколадными зрачками, пухлые губы, у которых нижняя губа сексуально отдёрнута наверх.        Скорее всего именно этот мужчина является хуманизацией слова “сексуально”.              -Блять, я правда ещё никогда не встречал настолько ахуенно сексуальных людей как ты…ты вообще настоящий или я просто сплю? - совершенно “случайно” вырывается из уст Хёнджина.              -Ещё реальнее, чем казалось бы, малыш, - мужчина, не отрываясь от дороги, произносит эти 6 слов своим до жути бархатным голосом, и у Хвана внутри загорается пламя, что обжигает все внутри.              -Мы же едем к тебе? Я надеюсь, что да, потому что сегодня я был бы не против хорошо потрахаться с горячим и ахуеть каким сексуальным мужчиной, - на трезвую голову Хёнджин никогда бы не сказал такого никому, даже если слишком сильно кого-то хочет, но в этот момент ему можно всё и желательно прямо сейчас.              -Я гарантирую, что сегодня у тебя случится самый незабываемый секс на свете, такого сладенького мальчика я бы не отпустил домой без десерта.        Хёнджину не сидиться на месте, машина несётся, в голове абсолютно ни-че-го, а возбуждение просто от разговора с ним превращается в неутолимое желание. Кажется, еще несколько долгих минут, и Хван самолично остановит эту ебучую машину где-нибудь на свороте и осквернит её вместе с хозяином.       -Так как тебя зовут, суперсексуальныймужчина? - Хван был так ослеплён надеждами на секс с ним, что совсем забыл спросить его имя. А нужно ли оно ему вообще?              -Сегодня ночью для тебя я - папочка, уяснил? - машина остановилась во дворе пентхауса, а мужчина наконец удостоил взглядом уже порядком возбуждённого Хвана, открыл дверь машины и вышел на свежий воздух. Ждать следом Хвана долго не пришлось.              Сказать, что дом внутри был ахуеть какой большой - это ничего не сказать. Казалось, даже сранный унитаз здесь стоил больше одной почки Хёнджина, что в принципе является верным. Все эти мысли проскользнули в голове парня слишком быстро, потому что потом мозг отключился, а его губы резко накрыли чужие.              Целовался “папочка” грязно, пошло и развратно. Всё как подобает его образу. Пустой дом наполнили звуки поцелуев, которые не прекращались ни на секунду, темп нарастал, языки сплелись в танце, который вовсе не был похож на танго. Старший игрался умело и искусно, кусал губы до металлического привкуса на языке, а потом смешивал его с приятным алкогольным. Голова кружилась, ноги в секунду стали ватными, однако мужчина придерживал младшего за талию, а потом вовсе поднял его за бёдра и потащил в неизвестном направлении, пока Хёнджин обвивал ногами чужую талию и тёрся о чужой стояк своим.              Кровать встретила тело Хвана мягким матрасом и приятным запахом цитрусового парфюма, который въелся в постельное бельё. Хвана вело, он, опьянённый смешанными запахами, сейчас лежал как открытая книга - беспомощный и возбуждённый до предела. Глаза закрыты, так каждое движение губ на теле Хёнджина ощущалось острее. Одежда медленно, но верно терялась в углу комнаты.        “Нет, это точно не сон..”              Резко все движения прекращаются, а Хвану приходится открыть глаза, чтобы недовольно сморщить лицо.              -Давай уясним несколько сегодняшних правил, малыш, - мужчина смотрит в упор, гипнотизируя и заставляя Хёнджина подчинятся, - Первое: сегодня ночью я делаю с тобой всё то, что захочу, конечно, учитывая твои табу и пожелания, второе: работает система “светофора”, надеюсь, ты знаешь, что это такое и третье: ты слушаешься меня, и если я посчитаю, что ты не придерживаешься моих правил, то за этим последует наказание. Ты готов? Мне нужен чёткий ответ.              -Табу у меня только на унижение, а так, с тобой я готов попробовать много нового, папочка), - Хван облизнулся и посмотрел умоляющим взглядом на мужчину, мол “блять, я на грани, возьми меня уже”.              И мужчина понял, поднявшись с кровати, он ненадолго вышел, а после принёс с собой небольшую чёрную коробку, из которой вынул тёмную атласную ленту.       -Это для остроты ощущений, сейчас твоя задача - не трогать себя и не кончать, пока я не разрешу, ты понял меня? - мужчина завязывает глаза Хёнджину, перекрывая связь с внешним миром, что пугает и одновременно заводит до ужаса.              -Да..я понял, я понял, папочка…              Отлично, не забывай, что хорошие мальчики получают награду, если будут хорошо себя вести, - а потом Хван чувствует холод на своих ребрах.              Лёд.              Он начинает быстро таять из-за перепада температур, оставляя после себя мокрые дорожки, сразу же зализываемые языком его мучителя, который медленно ведёт кубиком по всем эрогенным зонам, не пропуская ни одной, задерживаясь по несколько секунд, сладостно выцеловывая каждый кусок кожи, заставляя стонать и выгибаться в спине младшего.              -Цвет?              -Зелёный…              -Отлично, хороший мальчик, - “папочка” резко меняет траекторию и направляется новым кубиком к шее, обрамляя сонную артерию, кадык, а после доходя до пухлых Хвановых губ, растирая остатки льда на них, словно бальзам для губ.              -Оближи, - команда последовала, а Хёнджин тут же выполнил её, пропуская в рот пальцы искусителя, а после нежно посасывая, проходясь языком по длинным аристократичным пальцам. Кончить хотелось просто от осознания того, какой взгляд старшего сейчас направлен на него, однако сдерживать себя приходится.              -Скажи, что желает получить послушный мальчик? - мучитель вынимает пальцы из рта Хвана и шепчет ему это прямо в ухо, довольно улыбаясь, - Папочка сделает всё, что хочет его послушный малыш, - рука перемещается на член Хёнджина и начинает потихоньку двигаться по правильной траектории, а слух улавливает тихие стоны.              -Хочу, блять…я хочу, чтобы ты мне отсосал, пожалуйста, папочка…я заслужил, - Хёнджин не в себе, он сейчас точно не в этом мире. Твёрдая рука ощущается на своём члене слишком остро, стоны становятся всё громче, сдерживаться не получается.              Старший улыбается, его уносит от звуков младшего, он хочет большего, поэтому резко опускается вниз, после ведёт языком по всей длине аккуратного члена, акцентируя особое внимание на головке, и уже через секунду заглатывает до основания.              -Блять, да, вот так…Да, пожалуйста, папочка…, - Хвана бросает в дрожь, кажется, температура тела превысила норму, потому что это явно лучший отсос за всю его жизнь. Старший применяет слишком много техник сразу: вакуум, эскимо, глубокая глотка, что отзывается пошлыми стонами, которые разбиваются о стены комнаты.       -Сука, красный, я сейчас кончу, я не могу терпеть, - Хван чуть ли не хнычет, потому что сдерживаться становится всё сложнее и сложнее, усугубляет ситуацию и лента на глазах, которая отлично справляется со своей задачей.              -Кончай - одно слово, которое даёт доступ к разрядке, поэтому Хван рассыпается и получает свой первый самый лучший оргазм в жизни. Рука старшего протирает все участки кожи, снимает повязку с глаз, даря секунды на то, чтобы привыкнуть к свету, а после взгляд Хёнджина ловит самую сексуальную картинку, которую он точно запечатлит в памяти и на холсте в будущем: суперсексуальныймужчина навис над ним, внимательно изучая каждый уголок лица, на его лице играет довольная ухмылка. Старший приближается к уху Хвана, чтобы одарить порцией нового, уже слухового оргазма. Его правая рука начинает активно надрачивать младшему, вызывая возбуждение снова.              -Твой красивый зад, - мужчина ведёт по внешней стороне бедра второй рукой, оставляя горячий след после себя, - будет отлично смотреться на моём члене, ты так не думаешь? - правая рука резко отстраняется от возбуждения младшего и помогает резко перевернуть Хёнджина на живот в коленно-локтевую, продавливая в пояснице.        Звонкий шлепок.              -Скажи мне…,- “папочка” находит тюбик смазки, щедро выдавливая содержимое на пальцы, разогревая, - я хочу слышать тебя, прямо сейчас, - мужчина резко вводит сразу два пальца, подготавливая Хёнджина с помощью метода ножниц.              -Папочка, я хочу, чтобы ты меня трахнул, прямо здесь - на этой кровати, прямо сейчас, блять…, - резкий громкий и протяжный стон вырывается из уст Хёнджина, заполняя всю комнату. Мужчина улыбается, найдя простату, поэтому продолжает активно стимулировать точку, потихоньку вводя третий палец.              Хёнджину жарко. Просто дико. Острые ощущения подводят к пику наслаждения. Привыкнув к пальцам, он начинает уже самостоятельно насаживаться на них, не стесняясь протяжных громких стонов. Слишком ахуенно.              Длинные пальцы покидают тело Хвана, что заставляет почувствовать пустоту на несколько секунд, сзади слышен звук разрывающейся упаковки презерватива, а потом Хван резко чувствует член его “папочки” внутри, который выбивает весь воздух из лёгких и заставляет душу покинуть тело на несколько секунд. Чувство эйфории и кайфа накрывает Хвана, пока толчки набирают обороты, а после переходят на слишком быстрый темп. Лицо падает на подушки, которые не способны заглушить крики и стоны удовольствия, сопровождающиеся шлепками по бёдрам, запах цитрусов снова бьёт в мозг. Чужой член попадает чётко по простате, старший каждый раз меняет угол проникновения, что заставляет расплываться по смятой простыне безжалостно скрипучей кровати.              Сквозь свои стоны Хёнджин ловит чужие, которые сменяются сбивчивым дыханием. Хван на пике безумия, он тихо бомочет “папочка…ещё” каждые несколько секунд, а после содрогается и кричит “красный”, чтобы наконец без стеснения обильно кончить, обмякнув в руках мужчины. Несколько грубых толчков, несколько “пиздец” и сладких “малыш” от старшего, и тот выходит из тела Хёнджина, получая свою долю наслаждения.              Тишину комнаты нарушают звуки отдышки двух мужчин. Хван почти на грани фола, его тело отказывает, а сознание отключается. Он смутно помнит то, как его бережно на руках понесли в ванную, как обмыли и положили в уже чистую кровать, где он и отключился в тёплых объятиях старшего.        Наутро он просыпается с чашкой кофе, запиской… “ Доброе утро, малыш) Уехал по делам, но скоро вернусь, не скучай)”        …и визиткой “Ли Минхо - владелец сети ночных клубов “Taste” “