Как ты раздел меня до души

      Словно спохватившись вернул взгляду тепло и улыбнулся -Извините, не знаю, что на меня нашло, о чем ещё вы хотите спросить? - эта резкая перемена скребанула по коже знакомым морозцем. Не только у неё есть в прошлом какие-то проблемы, но это ничего не меняло. Ничего...по крайней мере она очень старалась себя в этом убедить.       Закончив с песочницей Маруся изъявила желание занять горку. На площадку начали выходить и другие родители и теперь можно было пустить в ход стандартную для всех подобных мест машину по распространению слухов. Теперь её улыбка была милой, изредка невесомо казалась его, чтобы увидели, но не чтобы он заметил. Маша - маленькое солнышко, заставляля чувствовать себя с каждой минутой все большей скотиной, ибо начала называть её Олей и охотно садилась на ручки чтобы покачаться на качельках, для которых сама она была слишком мала, а папа напротив велик. Ближе к обеду Паша засобирался, да и Маша начала отчаянно зевать -Нам пора, приятно было познакомиться, надеюсь ещё увидимся, - она тоже понравилась ему. Тем, с какой лёгкостью подружилась с малышкой, тем как легко и непринуждённо смеялась над его дурацкими шутками. С ней было легко, комфортно. Увидеться вновь ведь не такая плохая идея? Они могли бы иногда гулять вместе не больше. Конечно, не больше. Откуда у него могут быть иные мысли?...но они были. Как бы стыдно ему за это не было, он бы тоже хотел , как и Оля, чтобы его любили, чтобы не играли спектакль на публику, чтобы в их с женой отношениях появилась вновь хоть какая-то искренность. Он скучал по ней и одновременно чувствовал себя страшно, безнадёжно виноватым. Что бы она не сделала он готов был принять это, только ради того, чтобы она вновь улыбалась. Ведь больше года назад именно он стал причиной того, что ребёнок в его руках на самом деле не был ни для кого из них кровным родственником. Маша не знает, но в будущем это может стать проблемой. Сейчас ей хватает того, что мама не кричит на неё, что иногда гладит по голове, но став старше она может попросить больше. Может поэтому он сейчас старался отдать всего себя ей. Досуха выжать все, что у него было и отдать, запасти впрок хороших эмоций, хоть это и не возможно, хоть она и вспомнит потом. Завтра они поедут в зоопарк, через месяц в дельфинарий. Покатаются на карусели в парке и пормят уток. Все ради неё. И ради того малыша, которого уже никогда не будет. -Рыков! - в трубке настолько громко крикнули, что вздрогнул не только тот, к кому обращались, но и несколько человек, которые стояли рядом с ним в очереди. Эта кондитерская славилась своими профитролями и многие приезжали даже с другого конца города чтобы порадовать себя или близкого человека. Для Паши таким человеком была супруга. В последнее время у нее было просто отвратительное настроение. Только и делала, что на все раздражалась, да кидала в него, что под руку попадалось. Так вышло, что он принес с работы инфекцию. И сам не понял от кого. Много было вызовов, просто пришел и рухнул в постель, а потом оказалось краснуха. Ирина клялась и божилась, что никуда не ходила и, что во всем виноват он, а стоило ему признать вероятность этого, как отношения повисли на тонкой ниточке. Пока они ждали результатов анализов. -Да, милая, - он уже привык к ее громкому голосу -Почему так долго, почему ты ничего не можешь сделать нормально? Что ты за человек такой, Рыков? - все это он слышал и не один раз, и ему было плохо и тошно, да только страдать не было ни времени, ни возможности. -Тут очередь, ещё три человека и я куплю все, что ты заказывала. Пол часа подожди, хорошо? Я такси вызвал, буду дома раньше, чем доставка, - он был очень ласков с ней, понимая, какому стрессу она подверглась, стараясь говорить, как можно нежнее -Да плевать я хотела, чтобы через пятнадцать минут был дома, а если ничего не принесёшь будешь спать на улице, - к слову угроза далеко не пустая. Однажды он вернулся с работы на пол часа позже и ночевал в подъезде под их дверью, правда в середине ночи она сжалилась и впустила его, но тогда с их малышом было все в порядке, а теперь... -Хорошо, милая, как скажешь, - едва звонок завершился как к Паше обернулись все трое перед ним -Вы проходите, нам не так срочно, - вежливо поблагодарив помчался с бумажным пакетом на улицу. -Побыстрее, пожалуйста, - бросил он, позволяя себе на несколько минут расслабиться.       Две недели спустя им, словно приговор, отдают результаты. Вероятность, что у родившегося ребёнка будет аутизм и ещё вагон разных болезней велика и не оставляет почти никакого места надежде. Делать аборт слишком поздно. Они уже знают, что у них дочь. Они уже выбрали имя. Они уже начали ремонт в детской. Ирина рыдала. Хотела броситься под машину. Хотела все прекратить. Паша теперь мог заночевать на лавочке в подъезде. На балконе, с закрытой дверью. На коврике в прихожей. Но он продолжал надеяться. Однако надежда эта рассыпалась. Ужасное состояние матери не сделало ребёнка здоровее. Хотя ее желание избавиться от него было исполнено. Он родился раньше срока...мёртвым       Пережить подобное было невероятно сложно. Им обоим пришлось туго и это была идея Ирины взять малышку из детского дома. Но она не смогла её полюбить, как не смогла простить мужа и вскоре из нервной и злой стала просто холодной. Соседкой по кровати и квартире. Паше пришлось уйти с работы чтобы присматривать за ребёнком. А Ирина нашла утешение в объятиях чужого мужа, хотя это её и вовсе не волновало. Паша подхватил дочь на руки, ещё раз вежливо попрощался и пошёл в сторону магазина. На его попытку поцеловать дочь в щеку та лишь зафыркала, что он колючий, но в конце концов поддалась на уговоры. Провожая их взглядом Оля уже решила, что после развода точно купит здесь квартиру, а пока её ждал адвокат и заявление в ЗАГС о разводе.