Два монстра и отель

      Существо было схвачено огромной, непонятной по форме конечностью. Тело и верхние лапы Фигуры сжимались в железной хватке, казалось, не давали монстру даже дышать, хоть ей это было и не нужно. Это было невыносимо больно, просто неописуемо как больно и холодно, судя по всему, он даже не собирался её отпускать. И теперь, в плену, она издавала жалобные вялые звуки, из-за сдавленных ребер, вместо прежних гордых рёвов.       Находясь в заложниках, тело было словно в огромном леднике, который пытался залезть под кожу. Хоть и прошлая встреча не оставила особых следов на теле — это совсем не означает, что их нет в памяти. И Фигура помнит боль, помнит холодное прикосновение, горячие комнаты, проклятый электрический звук и громкий топот существа, который скоро повторно станет явью. Она помнит, что тот может восстанавливать свое тело, а значит ей не победить. Но погодите, может, победа Фигуры заключается не в этом? Может, надо сделать что-то другое? Надо подумать, к примеру, заставить его… Словно читая её мышления, хватка ледяной конечности стала крепче и Фигура издала продолжительный хриплый стон.       Он идёт.       Воздух начал нагреваться сильнее, кожа стала чувствительнее и прямо ощущала ветерок тяжёлых движений напротив. С довольным рычанием появился он. Он тот, кто схватил её. Он тот, кто ждал её. Он тот, кто хочет убить её, а она та, кто хочет убить его в ответ. Обычно не такие чувства испытывают добычи, однако, именно так ведут себя охотники. Гр-р-р-р, а ведь именно он нашел её. Искатель. Сик.       Сику тяжеловато давались спокойные и размеренные шаги, можно было сказать, что тот хромал. Фигура в чувствительный момент даже может понять: в нем бурлил огромный поток энергии и чем меньше он выбрасывал того, что издает звук электричества, тем сложнее ему держаться на ногах. Искатель медленно подошёл к ней, издавая огромный топот и вибрации, чем нервировал Фигуру, а после замер в непонятной позе с тихим рокотом.       Конечность которая держала Фигуру, внезапно опустила монстра, сажая ту на раскалённый пол. Холодная жидкая лапа тянулась к существу, а Фигура словно пришла в чувство и громко больно злобно заверещала, словно нашла в себе силы: начала принимать попытки то отстраниться как можно дальше, то старалась откусить руку — словно не может определиться. Кисть ненадолго замерла на небольшом расстоянии от зубастой головы, а после Сик отстранился и начал медленно отходить в сторону. И в следующий момент на всю комнату раздался одновременно резкий звук рвущегося металла и прикрученых к нему лопанье круглых теплых штук. Фигура быстро наполнялась агрессией, которая начала переходить в зубы, но, увы, та не смогла до него дотянуться перед тем, как другая часть этой твари одела на неё самодельное подобие ошейника из потолочного элемента декора. Фигура громко злобно завизжала, даже в холодных тисках пыталась скинуть эту штуку, но свободный монстр не давал это сделать, а наоборот, даже снова погнул металл для сцепления. Эта вещь на шее сжимала горло, добавила вес, мешала двигаться, отвлекала и ещё много минусов, ни единого плюса для данного монстра, но для Искателя это было прекрасной возможностью. Возможностью взяться за горло и попробовать снова её… Но Фигура прервала его раздумья и начала толкаться своими нижними лапами, отпихивая того и мешая подойти, периодически пытаясь подняться в вертикальное положение. Но это было недолго, ведь Сику ничего не стоило создать вторую огромную конечность.       Если до этого Фигура привыкла к удушающему холодному захвату и горячему полу, то теперь было всё по-другому. Фигура совершенно не могла шевелиться, словно всё тело парализовано, по нему вниз течёт непонятная холодная жидкость, которая пытается растворить её кожу, к счастью или нет — безуспешно; шея и голова в любой момент готовы отделится от тела, из-за подвешенного состояния её ошейника.       Он хочет убить её, а она до сих пор хочет убить его.