Два монстра и отель

      Фигура никогда не спала и не теряла сознания, и даже сейчас она тут, переживает вживую весь этот ужас, созданный Сиком. Его жидкость проникает в рот, горло и, самое ужасное, она продолжается далеко под ребрами — пытается её растворить изнутри. В чувствительных местах, глубоко под кожей, в теле. Эту пытку можно было бы разделить на этапы, но только в случае, если монстры давно начали считать время. Но, увы, Фигуре так больно, что та даже сейчас не начала бы эту глупую попытку, но даже для неё слишком долго тянется время.       Местный хищник был особо жестокий, дал немного расслабиться до этого и вот, все разы больнее и больнее. Единственное желание Фигуры — чтобы всё прекратилось, чтобы не жгло внутри. Она отчётливо запомнила свои чувства: боль и ярость. Без страха, он давно покинул её, ещё в последнем побеге. Ей было очень больно, да, но зубастого монстра бесило, что это продолжается и ничего нельзя поделать. Всё только злит, но она ничего поделать не может — всё тело сковано гигантским черным озером. Но вскоре внутренний поток остановился, а сам жидкий монстр встал с ребер. Грудь снова была свободна, но это не дало дыхания (ведь внутренности полностью заполнены), а только дало почувствовать комнатную температуру и можно было предположить, что пыл Искателя утихал. Словно огонь от упавшего потолочного предмета перешёл в тепло полуживой восковой палочки. Фигура ничего не чувствовала из эмоций, но раскалённость жидкости на коже медленно перетекло в приятный холод, словно лёд на свежий ожог. Ярость Фигуры стихла, теперь была отчетливая пустота, словно она перенимала эмоции из продирающего до костей холода.       Прошло немного времени, ярость Сика полностью отступила и, казалось, что все закончилось. Его тяжёлое присутствие в воздухе близилось к исчезновению, как будто тот почти исчез из реальности, но нет, тело зубастого монстра отчётливо чувствовало прикосновение прохлады. А также было слышно по тихим электрическим звукам, что он ещё здесь — чужое туловище здесь и оно, кажись, ослаблено? Фигура захотела тут же встать, почистить горло и издать хоть какой-то звук. Собственное молчание давило. Но она так же оставалась прикованной к полу и её мгновенно окатила волна черной консистенции.       И началось по новой.       На теле, черные пятна начали жечь и образовывать глаза, а внутри всё словно в кислоте. Нет смысла опять описывать эту боль, тут итак всё понятно. Будь у Фигуры глаза, она бы их закрыла и беззвучно плакала. Но итог всей каторги был один: всё кончилось, она осталась жива, но… Когда, тот сторонний монстр её трогал, ощущав холодное и слабое прикосновение жидкой руки, то поняла, что что-то не так, что-то стало хуже. Появились точки в нижних и верхних конечностях, где чаще всего хищник создавал свои органы — присутствовали провалы в коже, с открытым мясом и… прикосновения были совершенно не ощутимы. Неужели?.. Он растворил её мясо?.. У неё теперь открыты кости?.. Она не думала о своих внутренностях, но тут стало не по себе, нестрашно почему-то, а именно не по себе. Да, у неё открыты ребра, но эта особенность всегда забывалась и не замечалась, ведь в стольких удачных охотах такая мелочь… выбрасывается из головы… Открытый скелет… Хах, она не так давно открыла для себя, что у некоторых физических существ есть питательные скелеты. И было приятно открыть для себя немного капель костных жидкостей с жалким подобием кусочка мяса, да, это было открытие, что кости не только точили растущие зубы, но и кормили. Было приятно, не то что сейчас… холодно, небольно, пусто. Остаётся надежда, что это теперь неслабое место и она такая же крепкая, ведь у неё до этого были открыты ребра. Она сильная. Фигура не изменится.       Фигура не изменится, в отличие от Сика, тело которого на гране потери формы. Он истощился, его звук электричества слабый, он на грани и ему следует сдаться, отступить. Это проигрыш, промах, столько сил в малый результат. Столько отброшенной концентрации, внимания, энергии, полный отказ от привычной тактики, столько всего он вложил в итак большую силу. И как только он прекратил держать Фигуру лужой, та села, а потом переместилась на четвереньки. Как ни в чем не бывало, даже со свежеоткрытыми костями багровый монстр начала попытки очистить рот когтями от остатков мерзкой жидкости. Эта картина убивала оскорблением, но… Как-то пусто в чувствах. Результат равен нулю. Ноль. Ноль! НОЛЬ! НИЧЕГО!!! ОНА ДО СИХ ПОР ЖИВАЯ!!! Это проигрыш, его первый проигрыш. Все монстры до неё умирали с одного прикосновения, все монстры до неё превращались в черную жидкость и переходили в тело Сика. Он так охотился, питался — набирал силу. А сейчас он столько энергии потратил впустую. Лучше просто… сдаться…       В комнате раздался тихий плюхающий звук черного вещества, и вскоре вся комната полностью очистилась. Искатель полностью ее покинул.       Настоящие чувства потихоньку возвращались к Фигуре, и она вместо смирение начала чувствовать отвращение и ощущать мерзкий преследующий вкус. Почему-то горечь была знакома и до неё не сразу дошло, что есть в отеле существа, которые носят на себе подобный смак. Хах, та схожая часть тех мелких паразитов по большому вкусовому опыту всегда оставалась нетронутой, а зубы отдавали предпочтение горячему белому мясу и крови. Но сейчас не до этих воспоминаний, ведь эта горькая холодная дрянь у неё в животе, что приносит дичайшую неприятность для того, у кого нет рвотного рефлекса.       Дверь в комнату с громким скрипом открылась, но Фигура только лежала и, наконец, страдательно и тихо хрипела.