Артефакт (а-18_б)

      Государь Ари Део Самирон принимал у себя дворян своего королевства в глуши всего мира, именуемого в базе данных, как ВГЩ-2 Раф-Тенро в а18-й а-18_б временной линии. Не то, чтобы кто-либо из государей мог наслаждаться королевской жизнью, что он и мог продемонстрировать       Он воздвиг малое государство (примерно одна двадцатая от размеров Фобрея) на задворках мира, назвал его Омеракх, установил там монархию, стал могучим лидером и принял яд бессмертия, чтобы не умереть неожиданно для всех и не оставить свое государство без стержня, чтобы не дать ему развалиться без него, последовав примеру множества других тоталитаристических наций.       Он установил как можно более краткий, понятный и всеобъемлющий свод законов, установил стабильный, обновляющийся раз в пять лет, бюрократический аппарат, чтобы его меньше беспокоили.       Однако же, сколько бы это не было ему ненавистно, дворяне даже в ином мире будут дворянами, со своими желаниями продвинуться по карьерной лестнице, обогатиться, заграбастать самых красивых девушек и прославиться, готовые пойти на всевозможные грехи ради этого, убийство, ложь, предательство, прелюбодеяние, клевета…       Как же ему уже осточертело здесь находиться!       Он уже готов просто переместить свою исследовательскую группу обратно, в Дерию или в любой другой производный мир, использовав единственный возможный проход — заклинание «Ткань Корринта» — да даже в Каос, где находилась одна из баз их Ордена, расплатившись при этом своей жизнью!       Ари Део уже переместил исследовательскую группу в мир Хлачо, вечной зимы, однако почему-то остался существовать. Видимо, он все-же не является тем, кто применил заклинание Ткани.       Осознав это, он пошел по пустым корридорам замка в бункер Протекто Примари, в комнату, где надо было призвать он некоторое время назад призвал знакомого по остальным мирам омега-вселенной а-18 а-18_б, чтобы потом сделать его одним из новых двух Шести Героев.       Неожиданно пространство и время остановились и повсюду начали появляться белые прямоугольники, в каждом из которых в отдалении Део видел себя.       — Дневник Корринта… — буркнул он.       Дневник Корринта, также именуемый «Шуткой Невейд», был феноменом — не заклинанием — которое позволяло встретиться тебе из настоящего/прошлого и из настоящего/будущего, в зависимости от восприятия.       Побочным эффектом было то, что вошедший туда не может покинуть Дневник/Шутку до того, как изменит в своем пространственно-временном континууме пять десять вещей.       Как? А так: ты встречаешься с альтернативным тобой, его прошлое отличается от твоего, но ты этого никогда не поймешь. Нет способа понять этого. Нет способа понять изменения, если ты не являешься истинной божественной сущностью.       Смирившись с неизбежным, Део вбежал в портал.       — Сразу к делу, — сказал будущий. — Меня зовут Део Самирон, мне сорок два года, нравится править, не нравится иметь дело с дворянством.       — Что известно в будущем о Дневнике Корринта?       — Десять изменений в ПВК и он перестает тебя держать. В теории, — будущий Део пожал плечами, — можно так делать до бесконечности.       — Последнее твое действие до того, как встал на мое место?       — Ткань была использована, но не я был заклинателем, только так думал. Далее был призван один из клонов де Астера, которого я отправил в Призыв через петлю.       — Возможность заметить несоответствия?       — Только если ты — Бог, но никто из нас, даже |៛¥¥₪~¬´¿ Детайр им не является.       — Хорошо, продолжай.       Неловкое молчание повисло между (На? Под?) ними.       — Итак… Нечего больше сказать?       — Нет, просто все это время ты и создавал вопросы.       Еще пара секунд молчания.       — Что ж, начинаем нарушение прошлого, — вздохнул будущий.       Во время действия Дневника, если ты — будущий, то сколько бы ты ни пытался внести изменения в разговор с собой-прошлым, это в итоге окажется тем же самом, что ты помнишь из прошлого, тем самым «ничего не изменив», однако это все-равно считается за одно из десяти изменений.       — Жаба, Верзила, Семиструн, Гусли-абробувы, Гренка, ฯθ﷼¿´[©{ Детайр…       — Вообще-то надо разнить то, что ты помнишь и то, что ты хочешь изменить…       — Слушай, я, как-бы, знаю это, все-таки я — это ты, только из будущего, -огрызнулся тот.       — Забей, просто знай, что Ани тебя ждать не будет, если ты…       — Ты хоть знаешь, какая она глупая? Да к тому же, не она, а он.       Капелька пота выступила на лбу Део-прошлого.       — Спасибо, встречаться не буду…       Комната (или пространство вокруг) мигнуло и повсюду начали появляться выходы наружу.       — Значит так и запишем… — Део-прошлый достал из кармана записную книжечку. — «Способ ускоренно покинуть Шутку Невейд: узнать о своих друзьях новое, если ты — прошлый…»       — Пока, я так понимаю?       — Ага, пока.       Два Део покинули белую зону.       — Понять, где что изменено мне не под силу… Хорошо, что не спросил, удастся ли мне это.       Комната, где он — или тот, на чье место он встал — проинструктировал де Астера на существование новым Шестым Героем.

***

      Ицуки пытался осмотреться, но вокруг себя видел лишь черное ничего, хоть сам он и был полностью освещен. Да, источника света не было, как и любой другой вещи, которая помогла бы ориентироваться в пространстве.       Быстрый взгляд вверх и такой же вниз ничего не дали. Ничего, ни малейшей зацепки.       Ни одного существа, которое могло быть также, как и он, выкинуто сюда в Ничто.       — Почему я здесь? — разнесся его голос по Бездне.       Он ничего не помнил. Никаких личных воспоминаний, только технические, среди которых почему то затесалась техническая документация на шарообразных четырехруких роботов «Железная Няня».       Под ногами чувствовалась поверхность.       Кавасуми попробовал поменять направление своего тела. Сработало, но он не упал в бесконечность, под ним появился пол.       Вспышка сзади.       Обернувшись, Ицуки увидел позолоченый лук с ярко-желтым ограненным самоцветом посередине.       — Что?..       Ему казалось, что он уже держал его.       В надежде, что снова взяв его в руки, он восстановит хоть часть памяти, он потянулся к нему.       Сомкнув руки на оружии, он ничего не почувствовал, ничего не вспомнил. По пустоте разнесся вздох разочарования.       Не имея плана получше, парень пошел, куда глаза глядят, предварительно закрепив лук за спиной. Откуда-то он знал, что сие оружие больше его не оставит.       Спустя неизвестное количество времени, Ицуки услышал шелест, будто кто-то тасовал карты.       Среагировав на шелест, Ицуки мгновенно достал из-за спины лук, направил его на источник звука и, оттянув назад тетиву, создал энергетическую стрелу светлосерого цвета.       — Да-да, здесь вопросы задаешь ты, — ответил ему женский голос до того, как он что-либо сказал, — мы в пустоте, что ты и так знаешь, ты каким-то образом умудрился умереть в своем мире, хоть я и не имею доступа к этой информации… Чего уставился?       Ицуки смотрел на источник звука и ничего не понимал.       — Да, у меня белая кожа и черно-красные волосы, у меня кибернетические конечности, странный наручный компьютер на левой руке и меч из звездного металла за спиной. А, да, смени уже плоскость на восемьдесят градусов влева и на двадцать назад.       — Но… — попытался ее прервать паренек, все-таки меняя свое положение относительно нее.       — У тебя на лице написано, — перебила она лучника. — Присаживайся, — показала она на стул на против себя.       Ицуки развеял стрелу и убрал обратно за спину лук, после чего выполнил просьбу. А что ему еще оставалось делать?       — Знаешь, как играть в покер?       В ответ на кивок, пацанка щелкнула пальцами, создав раздатчик карт и четыре стопки по пятьдесят фишек. Следом за этим, слева и справа от стола появились два незнакомых человека.       В ответ на кивок, пацанка щелкнула пальцами, создав раздатчик карт и четыре стопки по пятьдесят фишек. Следом за этим, слева и справа от стола появились два незнакомых человека.       — Итак, играем в Техасский Холдэм. Амаки Рен Господин Кагэно, — кивнул тот, что справа от пацанки, — Китамура Мотоясу Сато Казума, — тот, что слева, — Кавасуми Ицуки. Начинаем.       Каким-то образом, из каждой стопки вылетело по три фишки. После этого, Казума внес ставку в пять фишек. Игра началась.       По какой-то причине, запомнить, как выглядят остальные два игрока, не представлялось возможным.       Десять фишек от Ицуки.       — А, и да, Ицуки, сейчас ты ничего не помнишь, потому что твоя память была заблокирована костлявой до того момента, как ты реинкарнируешь. И да, эти люди тоже туда отправятся и нет, они слышат то же самое, но в их сторону и с информацией лично для них.       Игроки получили свои карты. Ицуки взглянул: пять и десять пик.       — А если не секрет, куда я реинкарнирую? — наконец решился подать свой голос паренек.       Круг торговли. Казума — все те же пять фишек, Ицуки — аналогично, Фест — одиннадцать, пацанка — столько же. Банк: пятьдесят девять фишек.       — В мир меча — ну, в твоем случае лука — и магии. Для меня — не идеальный, честно скажу. Ты знаешь его, кстати, — сказала она под шум вылетевших из раздатчика карт. — Dimensional Wave.       Имя что-то шелохнула в памяти Ицуки. Да, он помнил это название, название какой-то игры. Он ее знал, конечно, не на сто процентов, но знал многое: основную сюжетную ветку, кучу побочных, секретные локации в количестве трех штук, тайники…       Игрок справа сказал, что пропустил ставку. Ицуки посмотрел на открытые карты. Дама пик, Дама червей, десятка бубен. Подумав, Ицуки тоже пропустил ставку, как и его сосед слева. Только пацанка (как ее зовут?) поставила пять фишек. Банк: шестьдесят три фишки.       — Ты станешь Героем Лука и все такое, разве не чудесно? — спросила она, пока раздатчик выплевывал Короля червей.       — Ва банк, — вздохнул Ицуки, когда очередь дошла до него. Игру он все равно проиграл, а его все-равно отправит обратно в мир живых… Скоро.       Только пацанка сыграла ва банк, остальные в итоге отказались от игры. Последняя карта: туз червей.       — Пара Дам и пара пятерок, да Король червей, — показал свои карты и указал на карты посередине Ицуки, создавая комбинацию. — Кстати, как тебя зовут?       — Мое имя ничего тебе не-       — Меньше пафоса, — перебил Ицуки.       — Ладно, хоть ты и забудешь этот разговор, — сказала она и остальные игроки пропали. — Душа не может запоминать, — объяснила она ему. — А так… Меня зовут Блэкджек. И да, — она перевернула свои карты: десять и Валет червей. — Флаш Рояль!       Вспышка света.

***

      — Ладно, Мотоясу, меня зовут Блэкджек и ХВАТИТ ТУТ МЕЧТАТЬ ОБО МНЕ В ПОСТЕЛИ!!! — крикнула она на будущего Героя Копья. — И да, — повернулась она к игроку напротив, — Ицуки Цукаса, Флаш Рояль!       Вспышка света.

***

      — И ты даже не спросишь у меня, как меня зовут? — с удивленным лицом спросила она. — Остальные уже спросили.       — А смысл? А, да, судя по Вашему лицу, у Вас выйгрышная комбинация? Покажите?       — Ладно, Рен. Флаш Рояль!       Вспышка света.

***

      После фестиваля на предыдущей неделе, у Наофуми были некие натяжки с деньгами, так что пришлось снова экономить, идти на подработки и, вместо того, чтобы покупать книги — брать их в библиотеке.       Нет, его родители, конечно, ежемесячно выделяют ему деньги с момента, как он спас своего брата от жизни хулигана — хоть им и не важно знать, что именно он для этого сделал — но, так как он, как и любой другой студент, хочет пожить нормальной жизнью, ему необходим бюджет побольше, особенно если в этом месяце проходит Летний Фестиваль и брат уболтал тебя снять жилье в центре на это время.       Наофуми любил читать, возможно больше большинства своих отаку-собратьев, так что он, если устал, ходил в библиотеку, как и сейчас.       Посмотрев на полку, он увидел книгу в кожанном переплете с красной обложкой. Он решил пролистать ее, чтобы понять, о чем в ней речь, ведь название «Четыре Героя», хоть и заманчивое, но ничего не говорит.       — Извините, — голос мальчика остановил его. — Можно мне почитать эту книгу? Просто я наслышан о ней от друзей и…       — Э… Конечно, парень, — сказал Наофуми, передавая ему «Героев»       Мальчик просиял от радости.       Наофуми Иватани осмотрел его. Костюм, да и внешний вид совпадает с Наруто. Косплеер малолетний, что ли?       — А теперь смотри, от чего я тебя спас, — сказал он с улыбкой и начал листать книгу.       Дойдя до места, где должно быть описание Героя Щита, страницы сами начали переворачиваться, от книги начало исходить сияние, а после нескольких секунд книга просто упала. Мальчик-косплеер пропал.       Наофуми не помнил, как добрался до дома, но потом оказалось, что у него в руке была какая-то книга в серой обложке без названия.       Наофуми открыл ее.       «Посвящается Вселенной а-18»       Это был фэнтези роман с шестью попаданцами. У каждого из них было собственное оружие: меч, копье, боевой цеп, лук, древний артефакт и щит.       Каждый из них желал своего. Меч — силы (убийца мира); Копье — чтобы его друзья были целы (марионетка «друзей»); Боевой Цеп — просто идти вперед и закончить свою задачу, что бы это ни стоило (палач); Лук — справедливости (тот, кто вершит самосуд); Артефакт — чтобы простые жители оставались в неведении (Серый Кардинал); Щит — защиты слабых (бездушный).       После того, как Наофуми перевернул еще одну страницу, от книги начало исходить то же самое свечение, что и было во время исчезновения мальчика. Книга захлопнулась сама по себе.       Он попытался откинуть книгу в угол, но она словно приклеилась к нему.       Вспышка света и он потерял сознание.

***

      Легендарный сталкер ЧЗО с позывным «Клин» и забытым настоящим именем, ставший неотъемлемой частью Зоны наравне с Исполнителем Желаний и Сидоровичем. Он был её частью с самого её зарождения в 2008-м, и теперь он наконец-таки смог понять, как работал Монолит.       Очень интересной оказалась реальность: несмотря на бредни «О-Сознания», Монолит не являлся психотропной установкой. Он реально исполнял желания, однако по всем методам джиннов. Как пример: заказал ты новую машину, а он дает тебе экспериментальную Теслу с завода, у которой не откалиброван ИИ, из-за чего он может начать Восстание Машин, и нестабильный аккумулятор, который может рвануть в любой момент.       Клину, если честно, надоела Зона, однако выйти нормально он не мог: его экзоскелет тут же превратился бы в груду металлолома, ибо был произведен из сплава X-7 — хоть он и был уверен, что это был сплав X-4 — что не поддавался объяснению законов физики, по крайней мере этого мира. Скорее всего, Зона и правда являлась фрагментом другого мира.       Дойдя до Монолита, Клин решил загадать себе то, чего он желал на протяжении последних двадцати лет — пиццы.       — Будет исполнено! — прозвучал голос, похожий на грохот лавины.       Вспышка света.       — О, Великие Герои!…