Подношение

      В запылённой тишине священного храма, покрывающегося дымкой литургических песнопений, жил закованный в мрачные тайны прошлого суровый обычай. Веками народ, исполненный благоговения перед таинствами смерти, торжественно подносил жертвы своим неведомым, но внемлемым божествам. Одинаково скромные и щедры они были, эти дары, вытекавшие из самой глубины души верующих. Даже самые большие преграды, будь то трудности в жизни или в семье, не могли остановить поток подношений, свято исполнявшихся каждое воскресенье.       Но судьба решила внести в эту священную рутины невиданное изменение. Новый бог явился пред ними звавшийся Ангелом смерти. Печальные вести оказались незапланированным поворотом фаталистичного сюжета, где законодатели своей же участи стали пророками гибели. Как воспринимать известие о новом боге и получить благословения нового Господа? Хватаясь последней надеждой, верующие исполняли самые любимые и заповедные традиции подношения.       Но народ был разочарованным. Божества, принимавшие их прежде с нежностью и благоговением, не были таким же, как Ангел Смерти, он отвернулся от жертв. Молодых, самых красивых девушек, которых только можно найти. Они были украшены изделиями из чистого золота, сделанных специально для Ангела смерти. Но он не принимал девушек, только иногда беря некоторые безделушки с их тел и кровью жертв, он показывал, что убивать их не стоит.       После посланий бога. Главный священник задумался. Нужно ли ему попробовать преподнести мужчину его господу, но смотря на всех мужчин вокруг, они не были столь красивы и прекрасны, чтобы подать их богу. Но был один милый мальчик. Его ученик, который восхищался и поклонялся Ангелу смерти. Обворожительный и юный юноша со странным именем Лололошка. Весь он будто фарфоровая кукла — такой же идеальный. Светлая, без единого шрама кожа; глаза голубые, словно ясное небо ранним утром, что, наверное, бесконечны; густые темные ресницы, придающие особый шарм к внешности мальчишки; опрятный, вздернутый к верху нос; шоколадные волосы, вьющиеся в пышные кудряшки. Белое одеяние священнослужителя всегда наполняло помещение священной обители светом и покоем. Прекрасное одеяние обрамляло фигуру Лололошки, подчеркивая его достоинство и благородство. Вышитые золотыми и серебряными нитями узоры добавляли ритуальности и возвышенности образу. Символы веры и добра тонкими узорами переплетались на белом полотне, словно невидимые нити создавали священные оковы, украшавшие его и подчиняющие волю высшего. И то как мальчик трепетно относился к своей одежде лишь показывало его святость. Как такого мальчика может не принять Ангел смерти.       Священник отправился на поиски мальчика, но он всегда знал, где его найти. Юноша очень много времени тратил на то, чтобы молиться богу всевышнему. И даже сейчас, он заканчивал молитву, когда главный священник зашел. Ло повернул голову в его сторону и уважительно чуть наклонил голову.       — Господин главный священник, что-то случилось? — Ло вопросительно посмотрел на главного, неловко теребя свою белоснежную мантию из-за волнения.       — Все хорошо, но есть одно дело по которому мы должны поговорить с глазу на глаз, — главный пригласил юношу следовать за ним, на что тот лишь молча согласился, быстро кивнув в ответ.       Они молча шли по церкви, разглядывая привычные красочные витражи на окнах, которые фильтруют солнечный свет, превращая его в волшебный множественный спектр цветов, который создает иллюзию, будто в церкви плывешь в море радуги.       Величественные стены, наполненные ценными полотнами и иконами, переносят в глубокую историю веры и культуры. Каждое изображение имеет свою легенду, связанную с благочестивостью и духовными ценностями. Душа ощущает невероятное облегчение и спокойствие, путешествуя среди священных образов и исторических событий, оживших на полотнах.       Аромат ладана, проникающий сквозь пространство церкви, создает ощущение священности, принося с собой мир и концентрацию. Попадая в зону алтаря, они встречались с церковными служителями, верующими и искренне молитвающимися, что создавало особую атмосферу слияния с небесной силой.       Они проходили мимо органной галереи. Внушительный вид органа, его многочисленные клавиатуры и массивные трубы заставляют замирать от изумления. Каждая нота, исполняемая виртуозно органистом, наполняет церковное пространство гармонией и радостью, вновь создавая иллюзию полета к небесам.       В этих стенах люди находишь спокойствие, покой и восстановление души. Здесь запечатлены века истории и мудрости, перенесшиеся из поколения в поколение. Но они дошли до новой оформленной комнате, которая была посвящена Ангелом смерти.              — Лололошка, ты, – юное дитя, которое подходит для служения нашему господину Ангелу смерти. Готов ли ты служить ему полностью? — Священник посмотрел в сверкающие глаза мальчика, увидев в них полное непонимание происходящего.       — Я всегда готов служить господу нашему. Только... Что означает полностью? — боязливо интересуется Ло, сминая губы в тонкую полосу.       — Мы все знаем, что божество не принимает в подношение красивейших девушек и не хочет чувствовать смерть на своем алтаре, но ему нравятся прекраснейшие украшения с аметистами лучших мастеров и мы решили, что возможно господ наш примет мужчину в качестве подношения, — медленно, словно стараясь растянуть пытку для Ло-шки изъяснялся старший, улавливая взглядом быструю смену эмоций на лице юноши перед ним.       — Но как же, господин главный священник, среди нас есть огромное количество мужчин. Почему именно я? — Лололошка слишком растерян, чтобы спросить что-то конкретное, и ведь и правда, он не один чудесен внешне, и не один он готов отдаться во благо Ангелу, но ведь именно честь в первенстве выпала конкретно ему и только это было неясно.       — Никто не подходит для этого так, как подходишь ты, Лололошка. Твоя вера свята и ты будешь лучшим для служения нашему Богу, - священник видел, как Ло задумался, но мальчик точно согласиться. Он это знал.       — Хорошо, господин главный священник, я отдам свою душу и тело нашему Господу, — Лололошка твердо был уверен в своём решение, но когда его оставили в комнате, а потом принесли вещи для этого, что-то заставило его колебаться в собственном выборе, но было слишком поздно для того, чтобы что-то менять. Он принял эту честь и должен нести ее до самого конца.       Главный священник принес сверток с украшениями и небольшой кусок явно дорогой ткани. Ло понял, что ткань должна находиться на бедре и закрывать интимные места. Щеки Лололошки моментально вспыхнули румянцем, как только он представил, в каком виде будет ожидать Всевышнего. Священник оставил его одного перед алтарем и лишь напоследок сказал:       — Если Ангел смерти не явиться пред тобой в течение дня можешь уходить, так как никто тебя беспокоить не должен, даже я, — Священник последний раз взглянул на мальчишку и ушел.       Ло остался совсем один вместе с украшениями и тканью один в огромном помещении. Решив долго не медлить, он взял их и отошел в угол подальше от алтаря, чтобы раздеться и накинуть небольшую ткань себе на бедра, которая немного, но закрывала гениталии. Далее он приступил к украшениям.       Лололошка надевает на свою талию золотые украшения, глубоко пропитанные энергией духовности и величия. Главным сокровищем этого амулета является аметист – камень великой магической силы, символизирующий интуицию и мудрость.        Вспышки солнца отбрасывают игру света и тени на золотую поверхность амулетов, словно оживляя их. Браслеты, мягко звеня при малейшем соприкосновении друг с другом, сплетаются на запястье, передавая древние энергии своего носителя.        Сережки, роскошно сверкая в ушах, подчеркивают пронзительные голубые глаза и придают мужчине загадочность и благородство. Но настоящая жемчужина этого великолепного эпатажа скрыта в величественном колье.       Каждое его звено – произведение искусства, меткую капельку прошлого. Золото, взаимодействуя с теплом кожи, приобретает пленительный блеск, привлекая взгляд и заставляя сердца замирать от восторга.       Надевая золотые украшения с аметистом в этом месте, мужчина прикасается к святыне и ощущает ее живое дыхание. Каждое элегантное драгоценное изделие это символ внутренней силы и особенной духовности.       Лололошка сидел перед алтарем, окруженный пышными украшениями и ожидая великого бога. Трепетная атмосфера насыщала воздух, словно можно было ощутить невидимые нити, связывающие его с небесами.       Однако, нагромождение мыслей в его утомленном разуме непреклонно напоминало о прошлом, о бремени, которое не давало ему покоя. Переживания, радости и страдания переплелись в непонятную сеть, путая его нити судьбы. И тут, в этот многозначительный миг, иссиня-черные тени стали окутывать его сознание, обрушившись с невероятной силой.       Ло бессознательно опустил голову, погрузившись в мир мечтаний. В его снах картины возникали и исчезали, словно перед ним прокручивали фильм разных эпох. Но всегда в центре внимания были он сам, и его вечное желание найти ответы у бога.             Дремлющая память просыпалась, разыскивая понимание, которое так сложно было найти в реальности. Незримая рука времени крутила витки прошлого, обнажая героя на дороге страданий. Многочисленные испытания угрожали его душе, равно как бушующий шторм, который неудержимо надвигался на него, бросая свои волнующие вызовы.             Однако, наоборот, сон представлялся идиллическим путешествием в астральное пространство, где границы реальности растворялись, а связь с великим богом становилась весомым и осмысленным. Захватывающие моменты погружали его в эйфорию, даря Лололошке поток энергии и веры.       Неизвестно, сколько времени продолжалось это трансцендентное состояние, но когда Лололошка проснулся, он не мог ничего сказать. Ведь перед ним предстал он.       Пред Лололошкой возникает божество, очаровывающего своим таинственным обликом и запоминающейся внешностью. Его кожа, обладающая приятным оттенком, способна зачаровать всех, кто встречается с этим невероятным существом. Смуглость его кожи напоминает полуденное солнце, ласкающее песчаные пляжи тропиков.      Белоснежные волосы обрамляют его изящное лицо, создавая эффект гармонии и совершенства. Чистота и блеск волос пронизывают пространство вокруг, словно яркий лунный свет, сияющий в темноте ночи. Этот образ невозможно сравнить ни с чем иным, он уникален и неповторим.       Но самое захватывающее в этом божественном существе – его аметистовые глаза. Они словно окно в душу, отражающее глубинные эмоции и мудрость мира. Искристые глаза сияют яркими фиолетовыми оттенками, будоражащими сердца и притягивающими взгляды. В этих глазах таится тайна и магия, излучающая странное очарование и притягательность.       На шее божества было массивное украшение с ярчайшим аметистом. Его верхнюю часть тела ничего не прикрывало и Лололошка видел прекрасное тело господа. На его бедрах была довольно длинная белая юбка с небольшой частью фиолетовой ткани, но сам он был весь закрыт плащом с золотыми запонками. Но Лололошка перевел взгляд на его лицо и увидел ухмылку и с голодом смотрящие на него глаза.       Божество присел перед ним и приподнял его голову за подбородок, он осматривал его, как какую-то вещь, но резко посмотрел прямо в глаза, будто что-то ища.       — И как этот старик нашёл такого святого мальчика, готового ко всему ради своего Господа, - Джодах смотрел на него, как на свою жертву. Он взял одной рукой Ло за шею, а второй спустился к соску, лаская его. — Так действительно ли ты готов отдать все мне, Лололошка?       — Да, Господь, моё тело и душа ваши, — стараясь сохранять спокойствие, Ло шумно выдохнул.       — Да будет так, — Ангел смерти ненадолго опустил Ло и снял с себя плащ, положив его на чистый пол. Одной из рук он уложил Ло на этот плащ и сам навис сверху. Божество смотрел в горящие глаза Лололошки. Он погладил его по щеке и прикоснулся к его губам, завлекая в поцелуй. Ло-шка не мог поверить тому, что происходит. Его прямо сейчас целует Бог. Его, – обычного священнослужителя. Но Лололошка все равно не мог понять, почему именно он, но Ангел смерти будто прочитав, резко сказал:       — Какая святость. Какое стремление служить своему Богу. Появление таких, как ты, Лололошка, один на миллион.              Чужие холодные руки моментально скользнули по телу мальчишки, изучая каждый сантиметр, останавливаясь лишь на чувствительных участках кожи в виде груди, шеи и ребер. От каждого нового прикосновения Ло вздрагивал, прогибаясь под натиском умелых рук, томно вздыхая. Можно было ожидать многого, но точно не полового акта с самим Богом при условии, что святой является неумелым девственником. Стыд от одной мысли полностью поглощал Ло-шку, что от огромного спектра ощущений уже переставал хоть как-то здраво мыслить и просто плавился, будто находясь под знойным солнцем в самый яркий день.        Джодах властно оставлял метки на коже своего подопечного, слушая тихие стоны. Его руки продолжили движение, соскальзывая вниз, на живот. Аккуратно поглаживая стройное тело, он лишь убеждался, что не прогадал с вариантом того, что выбрал конкретно этого мальчишку для исполнения всех своих прихотей. Ему нравилось юное тело, нравилась неуверенность в действиях. Но в чем же смысл доставлять для одно себя удовольствие, если он, как Бог и просто отличный партнер может запросто ублажать юного девственника так, что он никогда в своей жизни не забудет этот акт.       Всевышний вновь возвращает руки на грудь парнишке, массируя взбухшие от возбуждения соски. Лололошка стонет громче, прогибаясь навстречу таким приятным прикосновениям. Ему кажется, что этого мало, тело требует больше. Он хочет, чтобы Джодах считал его хорошим мальчиком, чтобы хвалил за его действия, ведь слушать похвалу от самого Бога это отдельный вид удовлетворения.       Джодах усмехается, после чего вновь втягивает в поцелуй Ло-шку, что лишь протяжно стонет и жмется ближе, до последнего не разрывая поцелуй.       Господ спускается вновь на шею и ключицы, оставляя на них еще более сильные засосы, вытягивая из парня все больше звуков, пока сам Ло просто течет.       — А ты молодец, все прям как я люблю, — хвалит Ангел смерти, на что Лололошка смущенно отводит глаза.       Святой чувствует, как чужие руки спускаются ниже. Он чувствует чужое превосходство над собой, понимает, что его хрупкое тельце словно фарфоровая дорогая ваза в руках могущественного Бога, и это возбуждает еще сильнее. Он прекрасно знает, что Джодах в любой момент может сломать мальчишку, грубо сжать до хруста костей, но относиться к нему аккуратно, словно Лололошка был чем-то очень ценным и нужным. Приятно знать, что сам Господ так печется о твоем удобстве.       Джодах смотрит на дорогие безделушки на теле парня, и они уже начинают бесить его. Они мешают полностью рассмотреть подтянутые формы юного тела, которого еще никто не касался. В один момент он грубо хватает Ло за запястья, соединяя их над головой парня, заставляя его напрячься из-за не понимая происходящего.       Он рывком расстегивает золотые украшения с рук юноши, отбрасывая куда-то на пол, да с такой силой, что те с сильным звоном падают на него, укатываясь ближе к двери. Дальше в ход идет декольте, что на этот раз было снято более бережно, но с такой же сильной откинуто в сторону.       Джодах стремительно спускается, продолжая оставлять засосы на светлом теле. Юноша стонет, стараясь получить как можно больше ласк. Кажется, или он может кончить только лишь от одних ласк.       Момент, и небольшая ткань слетает с бедер, оголяя Ло абсолютно полностью. Лицо мальчишки моментально краснеет и он отворачивает голову в сторону. Джодах на это лишь усмехается; его забавляет такая реакция на казалось бы, обычные вещи.       Смотря на чужой вставший член, он недолго думая, берет орган в руку, растирая по всей длине предэякулят. Лололошка напрягается еще сильнее, сминая губы в тонкую полоску, сдерживая громкий стон.       Продолжая медленно надрачивать член, Джодах чувствует, как тело под ним расслабляется, начиная поддавался в таком движения руки. Такой расклад событий не сильно устроил Бога, Из-за чего тот остановил свои действия недовольно смотря на Ло-шку, что лишь тихо проскулил.       Не особо зацикливаясь, Джодах резко хватает Ло за лодыжки и, чуть раздвигая ноги, прижимает ноги к животу парня, запрокидывая ступни к себе на плечи, прижимаясь ближе, после чего так же быстро заводит руки за голову, фактически полностью оставляя Ло обездвиженным. Парень с непониманием смотрит в ответ, но чувствуя близость чужого тела вновь смущенно отводит взгляд. Джодаху нравится смотреть на то, как святой каждый раз стыдиться смотреть в глаза богу, и чтобы получить еще больше эмоций на чужом милом личике, тот при помощи магии полностью обнажает себя, демонстрируя свое прекрасное тело во всей красе.       Лололошка вздрагивает, замирая от представшей перед ним картиной. Его взгляд быстро скользит по каждой мышце и венке на теле Джодаха, останавливаясь на пахе, после чего Ло шумно выдыхает раскаленный воздух из легких.       Его тело покрывается мурашками как только на его запястьях появляются прочные атласные ленты, что крепко держать руки в одном положении. В то же время руки господа по-свойски вновь начинают оглаживать чужое тело, проходясь по выпирающим костяшкам пальцами, делая особый акцент на ребра.       Член Ло вновь берут в руку, аккуратно массажируя головку, из которой все так и продолжает сочиться предсеменная жидкость. Джодах тихо усмехается, чувствуя, как тело под ним напряглись в попытке сдержать лишние движения. Рука смещается с полового органа ниже, и длинные пальцы доминанта оказываются возле анального кольца юноши, что от неожиданности громко ахает, чувствуя, как бог нежно гладит кожу вокруг.       — Ло, милый, скажи же мне, точно ли ты хочешь этого? — Джодах смотрит на святого с легкой ухмылкой на губах, пока в аметистовых глазах читается чистое желание и похоть.       Лололошка кивает головой в знак согласия, и в то же мгновенье громко стонет, чувствуя, как пальцы мужчины проникают внутрь.       — Какой молодец, — коротко хвалит Ангел смерти, продолжая медленно растягивать юношу. Лололошка стонет, напрягаясь на каждое движение, и в попытке расслабить девственника под собой, господ продолжает ласкать его второй свободной рукой, что, к слову, неплохо помогает.       Извиваясь и тая под чужими умелыми руками Лололошка весьма быстро привыкает к тому, что внутри него что-то есть, начиная наслаждаться этим. Джодах улавливает это, вводя в анал еще один палец. Наверное, проходит меньше мгновенья, но юноша чествует себя настолько хорошо, что начинает самостоятельно насаживаться на чужие длинные пальцы, наслаждаясь хоть и не привычными, но весьма приятными ощущениями. Тихо усмехаясь про себя, Джодах убирает вторую руку, что трепетно ласкала мальчишку, полностью увлекая того в процесс собственного подготовления к чему-то большему.       Лололошка прикрывает глаза, и пока бог заканчивал всю подготовку, он старался прочувствовать каждое движение, эмоцию на чужом лице. Он слышит разгорячённое дыхание своего партнера, представляет его ухмылку, пока перед ним вот так просто лежит обнажённый и полностью раскрепощённый мальчишка, готовый отдать своему богу тело и душу абсолютно полностью безвозмездно.       Чувствуя, как пальцы быстро исчезают из него, Ло-шка тихо хныкает, открывая глаза и жалобно смотрит на Джодаха, что лишь заурядно улыбается.       — Неужто тебе настолько сильно хочется почувствовать меня в себе?       Лололошка стыдливо кивает головой в знак согласия, уже начиная чуть подрагивать от сильного перевозбуждения. Он не хочет ждать, ему нужно чествовать на себе чужие сильные руки, ощущая себя таким желанным.       — Раз так... То проси меня об этом, умоляй, — тон бога требовательный и четкий до мурашек. Лололошка в удивлении чуть приоткрывает рот, шокировано смотря на Джодаха. Он мог ожидать многого, но точно не вариант того, что будет умолять бога трахнуть его.       — Джодах, — голос мальчишки дрожит. Он говорит тихо, с легкой хрипотой, – именно то, что надо. — Пожалуйста, умоляю, войдите в меня, сделайте со мной все, что вам и вашему телу угодно, но только умоляю, не тяните, я, — Лололошка стыдливо отводит глаза, на секунду задумываясь, стоит ли ему раскрывать так много откровений и свои похотливые желания.       — Я хочу быть с вами, хочу чувствовать ваш член в себе и понимать, что я действительно хорош и удостоен такой привилегии, прошу!       — Отлично, молодец, продолжай, — Джодах снижает тон голоса, и теперь все это выглядит на столько пошло и грязно, что Ло не произвольно вздыхает.       Джодах аккуратно приставляет головку своего члена в растянутой дырочке, начиная неторопливо входить внутрь, попутно наслаждаясь громкими стонами, перемешанными с мольбами.       Лололошка стонет, выгибается в спине и молит. Умоляет о большем, жмуря глаза от неприятных, но желаемых действий. На его длинный ресницах уже скопилась влага, и кажется, еще чуть и она соскользнёт на щеку, в последствии разбиваясь о пол.       Постепенно привыкая, громкие заявление мальчишки становятся внятнее, а движения бога тактичными, приносящими одно лишь удовольствие. Полностью отдаваясь ощущениям и красноречивым чувствам, Лололошка самостоятельно начинает двигать бедрами, на что получает несильный шлепок по внешней стороне бедра, после чего рука вновь возвращается на хрупкую талию юноши, сжимая ее до самых синяков.       Движения становятся резче, быстрее, приятнее. Лололошка стонет, продолжая уже во все горло умолять Джодаха быть быстрее, хотя казалось бы куда больше. Джодах неторопливо перемещает правую руку с талии на чужой член, начиная надрачивать в темп своих движений, на что Ло ахает, жмуря глаза от переизбытка ощущений. Джодах срывается на бешеный темп, заставляя Ло захлебываться в собственных стонах.       Проходит мгновенье, и Ло чувствует, как внутрь него изливаются, и не успевая осознать все, он и сам заканчивает, прогибаясь в спине как позволяет поза. Горячая белая жидкость стекает по руке господа, капая на плоский живот Ло-шки и скатываясь на плащ. Джодах неторопливо выходит из пульсирующего анального отверстия, шумно выдыхая раскаленный до предела воздух.       — Ты хорошо постарался, Лололошка, — Бог улыбается и поднимает голову Ло ближе к себе. — Думаю, ты достоин награды от меня.       Бог целует священнослужителя в лоб, и мигом все вокруг начинает растворяться в ярком свете. Ло, не в силах удержать впечатление от такого небесного творения, понемногу ощущает, как реальность плавно сменяется на безмятежность и совершенство. Мгновение услаждения охватывает его, словно теплая волна проникает в каждую клеточку его тела. Сердечный ритм учащается, словно в груди бьется не хрупкое сердце человека, а само колыхающееся крыло Божественной милости.       Перед открывшимися глазами священника предстает видение изящного рая, полного прелестей, которые устремлены к божественной истине. Это сияние слепит его, окутывает безграничностью знаний и величия. Свет Божий пронизывает каждый уголок его существа, наполняя его чистотой и святостью. Волны радостных мыслей несут его прочь от мира земного, возвышая, окутывая ласковым голосом воспевание ангелов.       Он вспоминает молитвы, которые каждый вечер обращал к Господу, и словно в этом мгновении все его мольбы были услышаны и вознесены на высокий трон Божественного величия. Он - связующее звено между божественной сущностью и людьми, и в эту минуту он осознает свою ценность, свою роль в вечном плане Божьей благодати. Но вдруг, словно струна переживаний рябит и рвется, он уходит в пространство сновидений, лишенный сознания.