Мальчик-Которого-Нет - 2

Удивительно, но авантюра, спланированная мною за какой-то час, удалась без затруднений. В такие моменты на самом деле поверишь в помощь высших сил. Все необходимое было у меня к утру. Более того, ребята взяли на себя сокрытие моей отлучки. Панси даже предложила использовать оборотное, но раньше, чем я придумала какую-нибудь отмазку, Драко уверенно заявил, что что-то подобное им без надобности. Мне оставалось лишь верить в изворотливость слизеринцев, ведь по понятным причинам не могла позволить им использовать зелье. Рано утром в субботу я появилась на завтраке, посидела немного с нашими, отметилась за столом Рейвенкло, а после сделала крюк к Гриффиндору, чтобы потрепать опешившую от моих действий Джинни Уизли по волосам. — Тебе бы чаще на свежем воздухе гулять, а не в четырех стенах сидеть и в дневничке строчить, — сказала ей, склоняясь к уху, чтобы хоть как-то оправдать свои действия. – Такая бледненькая. Братья о тебе совсем не заботятся? Хотя о чем я… Сказано было с улыбкой и тихо, так что ни сидевший через три человека Перси, ни сверливший меня через стол Рон не услышали. А вот рыжая малявка вся сжалась и покраснела, как свекла. — И да, кстати, ты, конечно, милашка, но не нужно за мной ходить, рыжий хвостик, — добавила, разгибаясь. – Я все вижу, если что. Такое выступление не могло остаться без внимания, его, как потом мне рассказали ребята, обсуждали до самого вечера. Но я этого уже не видела, покинув замок через несколько минут. Мантия-невидимка позволила добраться до ворот незамеченной, а старенькая метла, одолженная по пути, — перелететь через запертые ворота. Дальше все было совсем уж просто. Порт-ключ перенес меня в магический Лондон, откуда я парой прыжков через камин, предварительно сняв кулон и переодевшись в платье, оказалась в портовой деревушке. Ла-Манш пересекла паромом и уже привычно села на поезд, но доехала на нем лишь до Парижа, чтобы оттуда, заглянув в магическую часть французской столицы и посетив несколько магазинов, камином отправиться в швейцарский городок Люцерн. Именно там, в живописном старом городе, прямо на маггловской улочке, расположился офис рекомендованного мне юриста. Но прежде чем идти к герру Мюллеру, я обошла окрестности, выискивая подходящую гостиницу. Маленький отель, где имелось несколько номеров с отдельным входом с улицы, нашелся очень быстро. В отель входила, активировав чары подгонки на одежде и обуви и выпив старящее зелье. Администратору вместо документов подсунула состряпанную еще на пароме обманку, на один день забыв свое обещание не использовать руны из найденных в Выручай-Комнате книг. Получившуюся внешность, которая останется со мной на следующие двенадцать часов, рассматривала уже в номере. Зелье прибавило мне добрых двадцать лет и как минимум три дюйма роста. Из зеркала на меня смотрела красивая и яркая, но все еще по-мальчишески стройная брюнетка. Выглядеть юной пигалицей, пусть и уже совершеннолетней, не хотелось. Так что платье я удлинила портняжными чарами по максимуму, волосы переплела в тугую косу, которую закрепила вокруг головы на манер короны, а плечи, хоть в Люцерне и задержалось лето, укрыла купленной в Париже мантией. На эту обновку не пожалела очень солидную сумму и осталась довольна. Сама мантия была вполне обычной, просто из очень качественной темно-серой шерсти, подбитой с изнанки мехом крашеного кролика. Всю ценность данной вещи составлял воротник из шкуры мантикоры. Широкая полоса меха приметной окраски укутала меня от подбородка и почти до локтей. В такой мантии вольно-невольно хотелось высоко держать голову и смотреть… нет… взирать на всех вокруг с уверенностью и превосходством. Оставалось лишь кастануть чары охлаждения, прежде чем выходить на улицу. Удача продолжала вести меня самой короткой тропой, иначе я не могу объяснить то, что, выйдя из отеля, я почти никого не встретила, лишь у самого офиса юриста столкнувшись с солидным джентльменом в дорогой черной мантии с золотым шитьем. Мужчина, явно признав во мне волшебницу, приехавшую издалека, вежливо кивнул и что-то спросил по-немецки. Я разобрала лишь «герр Мюллер» и «фрау». Пришлось на удачу кивнуть и чуть улыбнуться. Мужчине этого оказалось достаточно, он галантно распахнул передо мной дверь и шепнул вслед, когда я неторопливо прошествовала внутрь здания: — Кёнигин*… {?}[*царица] Надеясь, что меня не обругали в спину, и переживая из-за возможного языкового барьера в общении с герром Мюллером, я прошла в центр небольшого довольно темного холла. — Фрау? – раздалось откуда-то справа, и только после этого я заметила небольшую конторку, за которой полностью пряталась сухонькая пожилая волшебница в пенсне и белой блузке с кружевным воротничком. — Добрый день, — сказала я. Секретарь моргнула, вежливо улыбнулась и переключилась на английский. — Добрый день, фрау… — Я леди Поттер. Герра Мюллера мне посоветовали как отличного специалиста британские знакомые. Мне бы хотелось его нанять, — проговорила я, стараясь тщательно проговаривать слова, из-за чего мой уже давно родной английский обзавелся явным акцентом. Волшебница предложила мне присесть на диванчик слева и попросила немного подождать, а сама скрылась за массивной резной дверью. — Лондон из зе кэпитал оф греат британ… — прошипела я себе под нос, усаживаясь на диван. – Это что сейчас было? Моя предшественница говорила с акцентом среднего класса, к которому относились Дурсли и все их соседи. Живя год рядом со слизеринцами, я невольно стала перенимать их манеру разговора, особенно акцент близких друзей. И куда все это делось? Мое самобичевание прервало появление на столике стакана с водой. А еще через несколько минут в приемную вернулась секретарь и вежливо пригласила меня пройти в кабинет. — Здравствуйте, леди Поттер! – приветствовал меня высоченный сухопарый старик в идеально сидящем сером костюме-тройке. – Прошу. Чай? Кофе? Стараясь не рассматривать обстановку слишком явно, я прошла к массивному письменному столу и неспешно опустилась в широкое гостевое кресло. Кабинет герра Мюллера был небольшим и уютным. Свет проникал в помещение через кружевные шторы на двух высоких окнах и мягко рассеивался по комнате, замысловатыми пятнами подсвечивая кремовые обои в тонкую зеленую полоску. В простенках высились книжные шкафы из темного дерева. Книги на полках стояли сплошь дорогие: в кожаных и тканевых обложках с золотым и серебряным тиснением. Наборный паркет-елочку от входа и до стола укрывал полосатый ковер благородного цвета бургунди. Кожей в тон были обиты кресла и диван. — Добрый день, — сказала я, и снова вышло совсем не так, как собиралась. – Кофе. — Чем могу вам помочь? – спросил юрист, когда на столе материализовалась чашка ароматного напитка. У герра Мюллера акцент, надо отметить, напрочь отсутствовал. Историю я обдумала заранее. Ее и взялась рассказывать, изменив лишь несколько деталей. Герр Мюллер слушал меня очень внимательно, попутно делая пометки в блокноте. — Извините, что перебиваю, леди Поттер, — сказал он, когда я на несколько секунд умолкла, обдумывая следующую фразу. – Верно ли я понимаю, что вам не требуются… особые услуги? — Вы о чем? – нахмурилась я. — Я говорю о том, что ваше дело полностью в рамках закона, — подсказал он. — Да, верно, — покивала я, чувствуя, как шестеренки в голове ускоряют вращение. Это что выходит, Августа Лонгботтом обращалась не просто к надежному зарубежному юристу, а к юристу, который выглядит очень солидно, но может в случае чего и подлогом заняться? Зачем это нужно бабушке Невилла? — Все в рамках закона, — повторила я слова волшебника. — Тогда что мешает вам обратиться к одному из моих британских коллег? – уточнил герр Мюллер. — Я не хочу появляться в Соединенном Королевстве больше необходимого, — придерживаясь истории, объяснила я. Юрист понятливо кивнул и, сверяясь с блокнотом, кратко повторил мою историю: — Вы леди Генриетта Поттер, глава рода Поттер, хотите оформить опеку над сиротой вашего рода Гарри Джеймсом Поттером, прямо сейчас не имеющим опекуна-мага и воспитывающимся родственниками-магглами. Вам этот мальчик приходится?.. — Довольно сложно назвать степень нашего родства, — сказала я, вспоминая родовое древо Поттеров. Как у любой старой семьи, у Поттеров были младшие ветви, образованные вторыми и даже третьими детьми в разных поколениях. Это в главной ветви Джеймс был единственным ребенком, как и его отец, и дед. Но уже у моего прапрадеда было два брата и сестра. – Но дерево, что давало столько побегов, усыхает, листья опадают… Герр Мюллер понимающе и сочувственно покивал. — Что же, не вижу причин, почему я не могу взяться за ваше дело, — сказал он. Уже через полчаса мы обговорили детали и составили договор. По нему я выплатила герру Мюллеру задаток в двести галеонов и должна была выплачивать сумму в два раза больше за успешное выполнение каждого этапа оформления опеки. Впечатляющий гонорар, но я заплатила бы и больше. Для общения я вручила юристу одну из двух купленных в Париже почтовых шкатулок, понимая, что вряд ли смогу получать письма из-за «Паутины». Герр Мюллер же похвалил мою предусмотрительность, решив, что я живу слишком далеко для пересылки корреспонденции птицами. — Вы живете где-то в Скандинавии? Норвегия? Дания? – спросил он. — Почему вы так решили? – спросила я, снова обругав свой внезапный акцент. — Для юга вы одеты слишком тепло, — лукаво улыбнулся он мне. Я улыбнулась, не собираясь разубеждать мужчину. Даже хорошо, что он так решил. Воротник из мантикоры окупил себя сполна! Документы, как и положено, я подписала чернилами и магией, так что у герра Мюллера не было причин сомневаться в моей личности. И в дальнейшем благодаря всем действиям юриста, если только Гарри Поттера не попросят подписать какой-нибудь официальный документ, ни у кого не возникнет мысли, что Мальчик-Который-Выжил и Генриетта Поттер – одно лицо. — Что же, леди Поттер, думаю, очень скоро я вас обрадую, — сказал мужчина, когда мы прощались. — Очень надеюсь, герр Мюллер, но боюсь, что все не так просто, — предупредила я. – Мальчик, о котором идет речь… — Я знаю о нем. — Да, — я криво улыбнулась. – Он известная личность. Как ребенок он никому не нужен, но как знаменитость… на него имеют виды очень многие. И они будут противостоять. — Но вы его родня, — убежденно произнес герр Мюллер. — Директору школы Хогвартс Альбусу Дамблдору и всему Министерству Магии Британии на это наплевать, — сказала я, сознательно акцентировав последнее слово. — Что же, — улыбнулся юрист, — тогда это дело становится интереснее.