Dreamcatcher

Первый месяц каникул Сириус провёл потрясающе: он встретился со всеми своими приятелями, которые уже несколько лет как выпустились со школы и постоянно где-то задерживался. Для него это не было проблемой: в своей семье он уже давно был просто гостем, а последние пару месяцев и вовсе изгоем. Переживал ли он? В глубине души, конечно. Каждый мечтает иметь гнездо, куда можно вернуться и где тебя будут ждать. Сириуса семья не ждала. Когда Блэк принял решение сбежать из дома, он осознал, что это самый правильный и осознанный поступок за всю его жизнь. Юфимия и Флимонт не выгнали юного Блэка на улицу, а наоборот – приняли как сына и позаботились о том, чтобы у него было всё необходимое. Он в глубине души очень любил их. Любил то чувство спокойствия и тепла, которое от них исходило. Он часто думал о том, как ему их отблагодарить за то, что они просто принимают Сириуса и окутывают его заботой, но на каждую его попытку как-то помочь, Флимонт оскорблено охал, а на глазах Юфимии появлялись слёзы. Она пыталась объяснить ему, что любят ни за деньги, ни за успехи в школе или ни за взгляды. Любви достоин каждый и Сириус Блэк был не исключением. Он любил Юфимию Поттер за то, что она была ему матерью, в которой он так нуждался и внимания которой он так и не получил. С отъездом Поттеров во Францию, Сириус также устроил себе небольшое путешествие. Поттеры пытались объяснить ему, что нет ничего плохого в том, что он поживёт у них один. Но Сириус заверил всех, что у него так много плавно, что хотелось бы всё успеть до Турнира Четырёх Волшебников. В это поверили все, кроме Джеймса. Он знал, что Сириус чувствовал себя обузой и очень не любил оставаться один. Блэк вернулся через пару дней после того, как Поттеры приехали из Франции. Он был несказанно рад тому, что, наконец, встретится с теми, кого так долго ждал. Распрощавшись с Андромедой, Сириус поспешил в Годрикову впадину, чтобы наконец увидеть людей, которых он уже долгое время считает своей настоящей семьёй. Блэк гулял по улице в поисках цветочного магазина, когда в него кто-то врезался. Сириус оборачивается и видит перед собой растерянную девушку. Он тепло улыбается её замешательству, скользя по ней оценивающим взглядом: белое платье открывает узкие, изящные плечи. На шее цепочка, на которой красуется маленькая звездочка. Сириус задерживает взгляд на этой звезде, после чего поднимается выше и разглядывает её лицо. Алые губы и карие глаза, которые она виновато прячет. При других обстоятельствах Блэк, быть может, даже и познакомился. Но не сегодня. Сегодня он хочет домой. Сириус купил большой букет белых роз для Юфимии, так как прекрасно знал, что она от них без ума. Он не сразу пошёл домой, решил заглянуть в любимый магазин виниловых пластинок и спустя минут двадцать, всё-таки, направился к Поттерам. Когда он вошёл внутрь дома, то в нос ему сразу ударил приятный аромат свежей выпечки и губы парня растянулись в счастливой улыбке. Он прошёл вглубь комнаты, заглядывая в гостиную. На диване сидели незнакомые ему люди, а напротив них Флимонт Поттер, который о чём-то с ними беседовал. — Сириус, мой мальчик! — Мистер Поттер встал со своего места и обнял Блэка, толкая его в гостиную, — Познакомься, это наши друзья. Себастьян и Этери Лейстер, — Он представил своих гостей. Блэк пожимает мужчине руку, а на руке женщины оставляет поцелуй. — Здравствуйте. Сириус Блэк — Пара кивает в знак приветствия и приветливо улыбается, а от взгляда Сириуса не ускользает облик сидящей напротив него женщины. Почему она кажется ему такой знакомой? Блэк быстро отводит взгляд, чтобы не смутить гостью и улыбается. — Юфимия на кухне? — Верно, мой мальчик. Джеймс скоро придёт. Сириус кивает в знак благодарности и направляется на кухню, заранее извиняясь перед новыми знакомыми. Он шагает уверенно и со счастливой улыбкой забегает внутрь, оглушая женщину своим громким пронзительным голосом. — Юфимия Поттер! Я бы мог на вас жениться, но вы мне как мать! — С этими словами он обнимает женщину, которая с радостным криком начинает целовать его в щёки, как можно крепче прижимая к себе. — Мой мальчик! Как же я рада тебя видеть! — Она обнимает Блэка и чуть отстраняется от него, окидывая оценивающим взглядом, — Исхудал совсем! — Всё хорошо, Юфимия, — Блэк вручает женщине цветы, после чего вновь обнимает её, приподнимает и начинает кружить по всей кухне. — Миссис Поттер, я… — Раздатся где-то у них за спиной женский голос и Сириус замирает, оборачиваясь. На него и миссис Поттер смотрит та самая незнакомка, с которой он столкнулся совсем недавно. Она держит в руках корзину с лимонами и смотрит то на женщину, то на юношу, находясь в неком замешательстве. — Милая, спасибо тебе, — Женщина улыбается и забирает у Роуз лимоны, вручая ей цветы, — Не могла бы ты поставить их в вазу? Роуз на мгновенье замирает, после чего улыбается и кивает, разглядывая белые розы в своих руках. — Познакомься. Это Сириус Блэк – лучший друг Джеймса, — Юфимия обходит юношу и кладёт руки ему на плечи, подталкивая в сторону Роуз, — Сириус, это Розмари Лейстер. Блэк вскидывает бровь и улыбается, наблюдая за девушкой. Выходит, это и был кошмар каникул Поттера, от которого он готов был выть каждый день. Сириус берёт руку девушки в свою, и оставляет на ней поцелуй. Не отрывая своих губ от её мягкой кожи, он поднимает взгляд серых глаз прямо на неё и хитро улыбается, отстраняясь от девушки. — Рада знакомству, Сириус — Девушка коротко кивает, после чего забирает свою руку обратно и оборачивается к Юфимии, — Я могу ещё чем-то помочь? — Да, милая. Будь так добра… Женщина уходит вглубь кухни, увлекая девушку следом, а Сириус лишь провожает взглядом свою новую знакомую, улыбаясь своим собственным мыслям. Джеймс пришёл домой в самый разгар подготовки к обеду. Мать суетилась и бегала по комнатам с тарелками и салфетками, а Этери бродила следом и успокаивала женщину, моля о том, чтобы та не переживала. Джеймс поприветствовал гостей и направился на кухню, предвкушая встречу с Блэком. Джеймс залетает на кухню с радостным воплем, когда врезается в Сириуса, который держит в руках корзину с хлебом и о чём-то болтает с... Розмари Лейстер. Поттер хмурится. Он внимательно наблюдает за тем, как девушка нарезает хлеб и улыбается, при этом рядом стоит довольный Блэк и улыбается ей своей фирменной "Бродяжьей" улыбкой. Он знал этот взгляд, так Сириус смотрел на всех, на кого положил свой глаз. — Оленям вход воспрещён, — отодвигая от себя корзинку с хлебом, Блэк делает шаг вперёд и внимательно смотрит на Поттера. — Бродячим псам тут тоже не рады, — Поттер делает шаг навстречу Сириусу и они внимательно смотрят друг на друга. В этот момент Роуз ощутила напряжение. Она отложила нож в сторону и была готова в любой момент броситься разнимать этих двоих, когда Блэк с радостным воплем начал обнимать Поттера. Джеймс поступил также, а Роуз просто замерла, шокированная происходящим.  Спустя пару минут щенячьих нежностей, Поттер и Блэк отлипли друг от друга. Джеймс подошёл к Лейстер и приобнял её. Она натянуто улыбнулась, стараясь не смотреть на него. Джеймс сразу ощутил это напряжение и толкнул её в бок, интересуясь причинами происходящего. — Мне следовало попрощаться, — Поттер тепло улыбается, а это «дурацкое» выражение лица не ускальзывает от Блэка. Он наблюдает за этими двумя с некоторым интересом, ожидая дальнейших действий девушки. — Следовало. Но ты же З-А-Н-У-Д-А, — Поттер произносит это слово по буквам, а Роуз показывает ему язык и они начинают смеяться. — Очень смешно. Розмари улыбается. Она снимает с плеча белое полотенце и начинает им бить Джеймса. Юноша, разрывающийся от смеха, бежит прочь из кухни, а следом убегает и девушка, оставляя Блэка одного. Сириус смотрит вслед этой «парочки» и прокручивает у себя в голове то, как Поттёр приобнял свою любимую «жабу», искренне удивляясь такому добродушному жесту.  

Тем же вечером.

Роуз всю свою жизнь была непокорной. Нет, она не нарушала правила и не бунтовала против всего, чего ни лень. Она просто не позволяла управлять собой и своими чувствами. В своей жизни она всегда ставила на первое место свой собственный комфорт, а уже потом всё остальное. Исключением, разве что, была семья. Сириусу Блэку она показалась, напротив, очень покорной и податливой. Он знал о таких девушках всё: следуют по строгой указке отца, хорошо учатся, иногда крутят романы с плохими мальчиками, но потом всё равно удачно выходят замуж, рожают детей и как порядочные домохозяйки тортики выпекают. Таких девиц была добрая половина Хогвартса, а с учётом того, что о ней рассказывал Сохатый – Лейстер ещё и хуже. Внешне она была в его вкусе: стройная, с красивыми ногами, длинными волосами, пухлыми губами и красивыми глазами. Сириус был эстетом. Он любил красивых девушек и очень огорчался, если красивая картинка не имеет за душой впечатляющего содержания. Он подумал о том, что он мог бы очаровать её, провести с ней пару вечеров и потом найти кого-то интереснее. Такой план ему казался идеальным: летняя интрижка, не более. Он знал как привлечь внимание таких девиц – достаточно просто засыпать её комплиментами с ног до головы, рассказать что-то красивое (ведь все представительницы женского рода любят ушами) и для тёртых калачей, подарить какую-нибудь безделушку. А дальше бунтарский дух и привлекательная внешность сделают своё. Он весь вечер разглядывал Роуз, которая вела себя слишком сдержанно для девушки-подростка. Она не щебетала о всяких глупостях, не старалась привлечь к себе внимание и вообще, казалось, что мыслями где-то в другом месте. С Поттером они перекинулись всего парой слов, отчего Сириусу показалось, что у них что-то произошло, но данная ситуация значения не имеет – если бы это было действительно важно, Джеймс бы уже все уши прожужжал. Блэк сам не понимал, в какой момент своей жизни он стал таким циником. Он не отрицал, что в жизни есть действительно достойные дамы: их не так много, но они есть. К их числу он даже причислил Лили Эванс. Блэк никогда не пускал слюни на старосту и, временами, она его даже раздражала – больно правильная, но он не мог отрицать того, что она хороша в учёбе и свои обязанности старосты исполняет добросовестно. Он уважал её, а это уже лучше, чем ничего. Сириус заговорил с Розмари, когда она отправилась на кухню мыть посуду. Девушка включила радио и, пританцовывая, напевала себе под нос какую-то песню, когда Блэк переступил порог кухни. Он с едва заметной улыбкой на лице наблюдал за тем, как Лейстер выполняет свои обязанности. Девушка обернулась, чтобы взять следующую партию тарелок и замерла, даже не пытаясь скрыть удивление. — Крайне невежливо наблюдать за девушкой, когда она занята своими делами, — Роуз забирает тарелки и вновь отворачивается от Блэка, возвращаясь к мытью посуды. Блэк обходит круглую стойку и подходит к Лейстер. Он улыбается ей и начинает подпевать и дурачиться, танцуя вокруг неё. Роуз усмехнулась и покачала головой. — Не порти моё представление о прекрасном, ты ужасно поёшь, — она начала брызгать в Сириуса водой, а тот лишь недовольно поморщился. — Брось. До сегодняшнего дня ещё никто не жаловался, — Блэк останавливается позади от Роуз и делает уверенный шаг ближе, заглядывая за её плечо. — Личное пространство, Сириус, — Лейстер продолжает также спокойно намывать тарелки, но где-то глубоко внутри она ощутила смущение от такой внезапной близости. — Я таким образом делаю шаг навстречу… — Сириус произносит это таким образом, чтобы только Роуз могла расслышать. Он наклоняет голову в бок и улыбается. Лейстер выдыхает и резко оборачивается к парню, упираясь мокрыми руками в грудь парня. Блэк опускает свой взгляд на руки Розмари. — А кто сказал, что в твоих шагах кто-то заинтересован? — Гриффиндорец усмехается. Он накрывает ладони Розмари своими руками и смотрит прямо ей в глаза. — А почему нет? Когда один человек симпатичен другому, следует делать шаг навстречу чему-то прекрасному. Лейстер усмехается. Она знала таких парней как Сириус Блэк. В Шармбатоне таких было больше, чем в роз в саду мадам Лоррейн. Они были, в прямом смысле, без тормозов и гонялись за трофеями. Ну да – ну да. Девушка приближается к своему новому знакомому и её губы оказываются в непростительной (как бы выразилась мама) близости от губ юноши. — Неужели это кого-то цепляет? — Она смотрит на Сириуса с нежностью и проводит тыльной стороной ладони по его щеке, — Если да, то это очень дёшево и инфантильно. Лейстер отталкивает Блэка от себя одним резким движением и вручает ему чистую посуду. — Знаешь, Блэк, у меня пёс, когда самку на улице видит, сразу бежит обнюхать у неё под хвостом. У вас какие-то схожие повадки. Это, случайно, не ты тот мохнатый Поттеровский друг? В этот момент Джеймс решил прокашляться и, тем самым, дать понять, что всё это время он был тут. Он пришёл сразу после того, как Сириус сделал шаг навстречу к Роуз. Джеймс не ревновал Лейстер – по правде говоря, он не понимал, что привлекло знаменитый «Бродяжский» взгляд Сириуса. Для Джеймса Розмари была обыкновенной. Зануда и ханжа, что с такой взять? Но Сириус Блэк не был бы Сириусом Блэком, если бы не побежал за очередной привлекательной юбкой. Лицо Джеймса расплылось в улыбке, когда Лейстер сравнила его с псом, и он старательно пытался сдержать смешок, но, увы – не вышло. Девушка подошла к Поттеру и вручила ему белое полотенце, направляясь к выходу из кухни. — Держи от меня подальше этого самца, в противном случае я за себя не ручаюсь. Джеймс подошёл к Сириусу, смотрящему прямо в след уходящей Роуз и улыбнулся, наблюдая за другом, — Жаба? Серьёзно? Блэк отмахнулся. Он оскорблено скривился и поставил тарелки на стол, опираясь руками на стол по обе стороны от них. — Вот посмотришь, она ещё в слезах прибежит к тебе с рассказами о том, какой я придурок и подлец. Поттер усмехнулся и покачал головой. — Зачем тебе это? — Спортивный интерес. Люблю летние интрижки, — Блэк пожал плечами, задумчиво разглядывая пустоту. — И плюс одна недовольная тобой студентка Хогвартса. — Студентка чего? — Сириус присвистнул и улыбнулся, — Годик будет весёлый. Джеймс не ответил ничего. Он просто взглянул на Бродягу и сделал глубокий вдох, впервые ловя себя на мысли, что это самая идиотская затея его друга. Хотя, Поттеру должно быть безразлично всё, что имеет отношение к Розмари Лейстер. Должно же?