Хрупкий

Боми хрупкий. По сравнению с Ёнджуном Боми очень хрупкий. И дело даже не совсем в мускулатуре: просто он быстро тратит энергию и устаёт, и у него слабое здоровье. Поэтому в постели Бомгю хватает ненадолго, на один-два раза. В начале отношений он много плакал, думая, что не может дать Ёнджуну всего, что он хочет и заслуживает. И в попытках исправить тренировался ещё больше обычного, но всё приводило к обратному — Боми только валился с ног и ещё больше плакал. И боялся, что Ёнджун узнает и будет злиться, и всё по его вине станет ещё хуже. А в итоге Ёнджун узнал, и нежно, и медленно целовал его, и тоже плакал… Ёнджуна всегда всё очень устраивало. Да, Бомгю хватало ненадолго, на один-два раза. Но какие. Боми хрупкий. А ещё у него кинк на силу Ёнджуна. И Ён удивляется, как в Бомгю может сочетаться всё это. Бомгю нравится, когда Ёнджун с ним погрубее, когда хватает, сжимает, держит, кусает и рычит. И Ёну тоже это нравится. Но даже когда «погрубее» — он очень осторожен. Ёнджун хорошо знает своего мальчика, и хочет, чтобы приятно и комфортно было обоим, а сколько, как быстро и так далее — вообще не важно. Ёну со своей силой очень легко обращаться с Бомгю в постели — так же легко, как играться с его руками в армреслинге. А Бомгю слишком хорошо и с проявлений силы Ёнджуна, и с самого осознания, сколько ещё этой силы в мускулистых руках, прижимающих его плечи к сбившейся простыне, в нависающей над ним широкой груди, в ногах, фиксирующих его бёдра разведёнными — так, что не вырваться. Да и вырываться не хочется. А хочется думать лишь о том, что это невозможно. «Ёнджун-хён, Ён, Ёнджун, Вай-джей, Ёни, Ёнджун-а», — Боми всегда очень громкий. Он захлёбывается в прозвищах своего парня — стонет, шепчет, кричит, мурлычет, скулит. Бомгю дрожит, покрывается мурашками и краснеет — им обоим кажется, что от кончиков ушей до подгибающихся пальцев ног; а внизу тянет и неимоверно хочется. И всё происходящее с ним горячей лавиной накрывает обоих, потому что они — единое целое. «Бомгю-я, Гю, Боми, Би Джи, Бам, Бомгю», — Ёнджун хрипло зовёт его, и нежное, забавное, ласковое, смешное и серьёзное смешиваются в речи (как в их жизни), тонут в поцелуях, засосах, укусах, стонах и всхлипах. Ён прекрасно видит и прекрасно знает, как Боми хорошо. Тот всегда активно даёт это понять: со стоном закидывает голову с взмокшими спутанными волосами, цепляется за плечи Ёнджуна и оглаживает его широкую спину — проводит по рельефам мышц, наслаждась скрытой в них силой, быстро и дрязняще скользит пальцами вниз по груди и прессу и так же возвращается назад… Бомгю игриво царапается, слизывает пот с кожи Ёна, с азартом и вызовом смотрит в глаза, облизывает губы, и знает что Ёнджун неотрывно следит за кончиком языка, и слышит, как тот сглатывает. Бомгю говорит, какой Ён-а до невозможности красивый, тут же шепчет какую-нибудь пошлость, и победно улыбается удивлению своего парня… А лежит перед ним так трогательно, пронзительно, открыто, искренне и доверительно, что Ёнджуну хочется ещё раз удивляться тому, как в Бомгю может сочетаться всё это… Боми очень хрупкий. А ещё очень громкий, страстный, отзывчивый и очень его, Ёнджуна. И Ёнджун всё это очень-очень любит. Очень-очень любит Бомгю.