Под звонкими криками «Горька!»

      Ран разглядывал Риндо своими ядовитыми глазами, которые были теперь до краев переполненны удивлением и одновременно восторгом.       Зрачки расширились настолько сильно, что теперь края фиолетовой радужки почти не было видно. Разные мысли о младшем брате забирались в подсознание старшего и дурманили его настолько, что Ран сдерживался из последних сил, чтобы не накинуться на Риндо прямо сейчас.       Младший Хайтани заметил этот огонёк интриги в глазах брата, который разгорался всё сильнее и сильнее, а сам Риндо был для него лучше любого горючего, который мог бы создать неконтролируемый пожар внутри старшего. Когда пламя стало недосягаемо в зрачках Рана, он провёл руками по плечам брата и схватил его за воротник рубашки, распахивая её в разные стороны. Пуговицы словно град посыпались на пол, а тонкая белая ткань верха была безжалостно сжата руками старшего Хайтани.       Ран сейчас мог бы с лёгкостью продолжить раздевать младшего брата, пока тот не останется совсем обнаженным, но одна деталь его остановила и заставила замереть на месте.       На Риндо было надето кружевное бельё глубокого чёрного, как смола, цвета, которое прекрасно сочеталось с его чуть загорелой кожей. Бюстгальтер тёмного цвета был с каемкой полупрозрачного кружева, а сверху аккуратно завязанные атласные бантики.       На подтянутом животе Риндо располагались два ремешка из такой же чёрной ткани, отходящие от бюстгальтера, которые явно крепились к чему-то ещё внизу.        В горле стало невыносимо сухо, а комок в нём не давал нормально глотнуть.       Тело под сковывающей словно цепи одеждой невыносимо горело и Ран чувствовал этот жар, который охватывал его. Ощущение нестерпимого давления, которому подвергся пах Рана, давило на все его нервные клетки, разливаясь злостью по вскипевшей внутри организма крови. Болезненные, но с чувством удовольствия ощущения скопились в его паху, растягивая огромный узел возбуждения с морем наслаждения.        Ран непроизвольно вздрогнул. Так сильно ему ещё никогда не приходилось сдерживать себя, чтобы получить желаемую усладу. Тёплые ладони спускаются вниз по груди, задевая через тонкую чёрную ткань твёрдые соски с металлическими штангами в них, зажимая их на мгновение между пальцев.        – Ран, с-стой.. не так сильно.. Ох! – спина Риндо выгибается до лёгких хрустов в позвонках, а грудь медленно приподнимается от его глубоких вздохов.        – Вздумал мне указывать? – прошептал Ран.              Пальцы отпускают твердую плоть и продолжают свой путь в самый низ, очерчивая завитки парной татуировки. Ран нацелился на брюки брата, желая поскорее сорвать их с Риндо.       Ран чувствовал кончиками пальцев как горит тело брата от его прикосновений и от этого внутри старшего Хайтани всё сводило в многочисленных судорогах предвкушения чего-то неистового.       Ловкие пальцы добрались до бляшки ремня и резко вынули его из шлевок, вытаскивая кожаное изделие из металлического кольца. Пуговица с ширинкой были сразу расстегнуты и брюки в тот же миг слетели с ног младшего, оставляя его без последнего прикрывающего элемента одежды.        От увиденной картины у Рана перехватило дух и дыхание. На ногах Риндо красовались сетчатые черные чулки с ремешками, которые крепились к кружевному поясу на талии. Под бельём виднелся выпирающий член, а сквозь его ткань просачивалась смазка, пачкая узорчатое кружево. Риндо завораживал собой Рана. Он был подобно расписной картине, которая была ещё не закончена, а Ран её акриловыми красками, которые были обязаны дополнить это творение.        – Ты всё это время ходил в нём? Но когда ты успел?..              Ран притрагивается к сетчатому чулку и ведёт длинным пальцем вверх от бедра до согнутого колена.        – Дома, когда мы собирались,— Риндо сделал короткую паузу, а после добавил:– в ванной комнате.       Кончики ушей младшего Хайтани слегка покраснели, а сам он почувствовал, как Ран вжался своими бёдрами в него. Твёрдый член упёрся ему между ног и злосчастные брюки старшего с нижним бельем стали сейчас единственной преградой, которая разделяла его от долгожданного удовольствия. Действия Рана переходили все его извращённые черты и он уже сам слабо соображал, что вытворяет.       Риндо напрягся от мыслей, что они сейчас стоят на обочине и кто-то может их увидеть или что-то заподозрить. Он приподнялся на локтях и решил, что сейчас лучшим решением будет прервать Рана от его желаний.        – Ран, может уже до дома доедем? Здесь ездят слишком много машин и.. – в машине внезапно погас свет и салон погрузился в полною темноту. Риндо не мог видеть лицо Рана, а только лишь очертания его фигуры, на которую светили фары проезжающих мимо машин.              Ощущение стали значительно острее, ведь младший не мог предугадать, что Ран может сейчас сделать. – Зачем нам ехать домой, а? У нас тонировка на окнах, а на улице глубокая ночь, – томно в пол голоса произнес Ран.              Он нагнулся к лицу брата и оставил лёгкий поцелуй на уголке его губ. – Разве тебе не плевать на окружающих, Риндо?       Дыхание прервалось с нужного темпа и младший еле сдержался от желания приподняться и поцеловать такие манящие к себе губы Рана.       Старший Хайтани это заметил и с улыбкой начал покрывать шею брата россыпью поцелуев, которые оставляли после себя приятные покалывания на коже.       Рука Рана коснулась плеча брата и стянула с него мешающую брительку, покрывая уже его плечи горячими поцелуями. Тихие стоны вырывались из уст младшего, а Ран стал причиной того, что они становились всё громче и слаще. Смуглая кожа Риндо теперь была покрыта багровыми пятнами и следами зубов, которые младшему теперь придётся тщательно скрывать. Свободная рука Рана потянулась вниз и кончиком пальца приподняла край белья, проникая под него и обхватывая пальцами твёрдый член. Старший вытащил его из плена тёмного кружева и накрыл большим пальцем изнывающую покрасневшую головку, из которой выходила густая смазка, сначала скапливающаяся на ней, а после растекающаяся вниз по всей длине. Ран собирал пальцами эти полупрозрачные капли и размазывал их по твёрдой плоти, вырывая из Риндо сдавленный стон.        Его руки шастали по спине брата, резко сжимая некоторые участки одежды. Вокруг братьев царит тьма, а в бесконечном небе зажигаются мириады звезд. Ближе к полуночи небо в одном месте светлеет, бледное зарево постепенно разгорается. Через несколько минут появляется полная луна, на которой даже с земли видны странные рисунки, созданные рельефом ее поверхности.        Кто видит там лицо человека, кто диковинных животных или еще что другое. Весь ночной мир предстает во всей красе, как будто покрытый серебристой краской. Но самой яркой звездой сейчас был Риндо, который светился только для Рана, показывая насколько большую власть имеет старший над ним.        – Ран, пожалуйста, не медли.. – Риндо откидывает голову назад от нахлынувшего удовольствие, которое доставляли ему умелые пальцы брата на члене, что тот уже отдавал пульсирующей болью в паху.        – Твоя беспомощность сводит меня с ума, Риндо, – Ран резко отстраняется и скидывает с себя пиджак, который полетел на пол. Сил хватило только на то, чтобы расстегнуть брюки и стянуть их с бельём.       Старший Хайтани прикрыл глаза от блаженство, что окутало его тело. Рука опустилась на собственный член, вызывая толпу мурашек, которые разбежались по всему телу. Серебряная серёжка на головке блестела от света луны и от скопившиеся смазки. Риндо невольно сжался от обнажённого вида старшего, сгорая от нетерпения почувствовать его член в себе.        Все обиды уже были давно забыты, хотелось лишь почувствовать на себе сумасшедшую любовь и страсть Рана. Старший Хайтани слово мысли брата читает и преподает руками к его бёдрам , оттягивая тонкие ремешки чулков, а затем резко их отпуская, от чего раздался характерный шлепок о кожу.        – Знаешь, милый мой Риндо.. У меня была маленькая мечта.               Колени Риндо были разведены руками Рана в стороны, а сам Ран навалился сверху на брата, припадая к его приоткрытым губам. Но он внезапно остановился буквально в нескольких миллиметрах, одаряя губы Риндо своим теплым дыханием. – Я давно хотел трахнуть тебя в нашей машине)..              Ран грубо впился в распахнутые губы младшего.       Их влажные языки столкнулись и переплелись в жарком танце, поглаживая друг друга острыми кончиками, что щекотали гладкие нёба. Риндо в поцелуй мычит и спускается непослушными руками со спины брата на его грудь, начиная расстёгивать трясущимися пальцами пуговицы рубашки, которые всё время выскальзывали из его рук.        Ран рывком стянул с Риндо кружевной бюстгальтер и припал ртом к одному из сосков, разрывая с Риндо головокружительный поцелуй. Младший Хайтани расстегнул рубашку не до конца, потому что ряд пуговиц вновь выскользнул из рук. Он хотел продолжить, но Ран ему не позволил, отпихивая его руки в стороны.       Автомобиль сейчас казался маленьким и тесным по размеру и найти удобную позу было слишком тяжело.       Старший Хайтани уже не мог думать ни про позы, ни про удобство, ни про что другое. Ему хотелось лишь своего младшего брата, который сейчас покорно раздвигал перед ним ноги. Ран вцепился пальцами в его бёдра и провел ими до упругой задницы, оставляя за собой красные полосы от ногтей. Терпение не хватило, чтобы раздеть Риндо полностью и старший просто оттянул тонкое бельё в сторону, выставляя на открытый вид интимную часть брата.        – Сможешь оставаться таким же покорным для меня, пока я буду трахать тебя? – Ран опускает взгляд на свой член и размазывает остатки смазки на нём.       Риндо протяжно стонет от вульгарных речей брата, краснея всё сильнее и сильнее от его выходок. Следующее, что почувствовал младший, было резкое ощущение заполненности.