Такое красками не передать

Элиас сидел на крыльце и рисовал картину. Он старательно выводил полосы, но ему не нравилось то, что получалось. Он вздохнул, а потом понял, что находится тут не один. Запах сигарет прошелся под носом, художник сморщился. — Хельга? Давно ты тут стоишь? — спросил художник и отодвинулся от двери, — Наверное, я тебе мешаю. Хельга усмехнулась и немного отошла от Элиаса, выдохнула дым в сторону деревьев. — Наверное, это я тебе мешаю, — красавица затянулась, выдохнула, затушила сигарету. — Можно посмотреть? — она нагнулась к картине. В тот момент художник удивился. Редко кто-то, а особенно такие люди как Хельга, интересуется его творчеством. Сначала он помялся, а потом раскрыл холст. Хельга взглянула. Сине-красные полосы с желтой крапинкой разливались по бумаге. — Не думала, что твои картины будут такими узнаваемыми. Нарисуешь меня? — Ох... Так хочешь? Тогда лучше переместиться в кладовую, чтобы никому не мешать. — Не волнуйся, я не разбираюсь в искусстве. Краски, холсты и кисти были перемещены до кладовки. Элиас сидел на плотных коробках, упираясь спиной в полки и выводил голубые линии на бумаге. Хельга смотрела из-за плеча, нависая над художником. Картина была почти дорисована, Элиас сосредоточенно стукал краем кисти по полке. Хельга подвинулась ближе. — Потерял вдохновение? — розовоглазая спросила это игривым голосом, художник насторожился. — Могу помочь. — А? Хельга зашуршала одеждой, Элиас понял, что она снимает с себя верх. — Хельга, ты не- — Просто будь тише. В момент синеволосая уперлась в спину Элиаса своей мягкой грудью. — Продолжай рисовать, — Хельга произнесла это очень тихо, с предыханием, щекоча ухо Элиаса. Внизу живота художника завязалось пара узелков, которые спускали тонкие ниточки к низу. Он сглотнул и продолжил рисовать. Рука немного подрагивала. Хельга заметила это и провела своей рукой по шее Элиаса, дразня. Тот вздрогнул и прикусил край губы. Он боялся Хельги, боялся что кто-то зайдет, но ждал продолжения. Легкая дрожь прошлась по телу художника и забралась под штаны. Он скрестил ноги, а Хельга только усмехнулась. — Я не верю, что тебе не нравится. Я все вижу, — она пошла дальше и стала стягивать с художника галстук. Картина рухнула на пол, пролилась синяя краска. — Не- Элиас запнулся, не договорив. Руки Хельги быстро пробежались под рубашкой от ключиц до края штанов. Девушка встала перед художником, села на корточки и звякнула ширинкой. Элиас поджал ноги, дернул коленями. Хельга грубо раздвинула его ноги, достала член и холодной рукой провела по нему. Элиас по-прежнему молчал. Розовоглазая посмотрелаина него и стала делать привычные движения вверх-вниз. Художник казался каменным, но румянец очень выдавал его. Хельга плюнула прямо на головку и размазала горячую слюну по всей длине. Наконец Элиас выдохнул, Хельга улыбнулась. — Я не- — Тебе нравится. Левой рукой она забралась под рубашку художника и начала нажимать, оттягивать и массировать его соски. Элиас достаточно громко выдыхал, уже не скрывая. Рука Хельги остановилась, художник скрыл разочарование. А потом он достаточно широко раскрыл глаза и прикрыл рот рукой: Хельга села сверху, медленно принимая его в себя. После пошли движения снизу вверх в умеренном темпе. Казалось, что сердце художника вот-вот выпрыгнет, что он вот-вот задохнется, что он не сдержится и... Хельга перехватила запястья Элиаса и положила его руки себе на бедра, а потом, в силу своего роста, ткнулась своей грудью ему в лицо. Элиас что-то устало промычал, сильно сжал руки на бедрах красавицы и через время кончил. Хельга провела двумя пальцами по внутреней стороне своих ног, слизала сперму художника и поцеловала его. Несколько раз Элиас пытался запечатлеть это в картине, но никакие краски не смогли передать тех чувств, что он тогда испытал.