Как избежать убийства

Она двигалась тихо, словно мышь, обвешанная оружием, точно мышеловками, которые предназначались не ей, а тем, кто хотел, чтобы она в них угодила.   Девушка быстро скользнула за кучу наваленных друг на друга кирпичей, услышав недалеко от себя тяжёлые шаги. Яркие волосы ниспадали на её глаза, взор которых, как и прежде, напоминал мыльную пелену, словно та была слепа. Зажав чёрную резинку между зубами, она собрала волосы в хвост, перед этим положив небольшой пистолет под ноги.   Действовать приходилось чрезвычайно тихо, но оперативно. Девушка знала, что концентрационный лагерь заняли идиоты, успевшие понаставить дурацких камер, а вот придурков, которые будут за ними следить, походу нанять позабыли. Передвижение по территории оказалось не слишком сложным. Задание ниже среднего, для такой, как «она».   Странная тишина внезапно окутала пространство; девушка осторожно выглянула — на территории не было никого… даже бандита, из-за которого ей пришлось затаиться в тени пыльных кирпичей. Её затылок обдало холодом, к горлу подкатил ком, который остановила ледяная сталь ножа, приставленного к её тонкой белоснежной шее. Весь мир затих для них. Остались лишь еле слышные звуки её затаенного дыхания и учащенный стук сердца того, кто пытался вспороть ей глотку.   Небольшой пистолет, который по-прежнему оставался незамеченным, лежал в ногах хозяйки. Казалось, прошло с десяток минут, прежде чем один из них всё же решил действовать.   — Не двигайся, шлюха, — мужчина процедил сквозь зубы.   Вариантов не было. Девушка вцепилась резким движением в руку человека, но он не уступал её хватке, однако позволил себе секундную заминку, по-видимому, не ожидая, что женщина попытается дать ему отпор. Она сжала его руку сильнее, а свободной ударила локтем в живот. Мужик согнулся пополам, корчась от боли, она же, не теряя бдительности, тут же воспользовалась шансом и выбила охотничий нож из его рук. Доля промедления, и от её горла бы остались рваные ошмётки, благодаря нестандартной форме ножа.   Шуметь нельзя. Захватив громадный нож поудобнее — насколько это было возможно — она с размаху вонзила острие в чужой хребет. Не давая противнику возможности опомниться, она занесла ногу и ударила мужика в грудь, отчего тот, словно тряпичная кукла, повалился на спину. Нанося удары один за другим, девушка вошла в неистовство, безумие захлестнуло её и без того неживые глаза, а разум затуманился. Но очередной хрип, на этот раз более громкий, чем предыдущие, вернул её на место. Подтянув громадную тушу к себе, она поднесла окровавленный нож к горлу полуживого бандита.   — Это тебе за шлюху, ублюдок, — резкий взмах рукой, и терракотовые кирпичи стали на оттенок ближе к алому.   Выпустив напряжение, копившееся в ней, девушка, словно ничего не произошло, подняла с грязного щебня пистолет. По-прежнему стараясь не шуметь и не попадаясь на камеры, она без трудностей преодолела остальное расстояние до здания.   Дверь скрипнула. Из глубин помещения, стены которого запечатлели ужасы далёкого прошлого, повеяло сыростью. Словно пролитые слёзы несчастных пленников, некогда находившихся здесь в заточении, без единого шанса покинуть настоящий Ад на Земле, пропитали каждый сантиметр концентрационного лагеря.   Девушка не испытывала страха, не была суеверной, но… от этого места веяло тяжестью, которая, найдя жертву, опустилась увесистым грузом на чужие плечи.   Неспешно ступая по полу, заляпанному тёмными сгустками неясного цвета, она мимолётно бросила взгляд на потолок, державшийся на обветшалых балках. Что ж, у неё есть цель, остальное — препятствия.   Шаги по лестнице эхом раздавались в пространстве, стало ясно — наверняка о ней уже знают. Теперь, совершенно не беспокоясь о шуме, она интенсивнее застучала маленькими каблуками.   В жёлтых лучах дешёвой лампы сидел привязанный к стулу тот, кого она так долго искала. Его голова повисла в неестественном положении, руки расслабленно висели по бокам от туловища, и лишь верёвки удерживали их. По исхудалому телу стекали бесчисленные струйки уже потемневшей жидкости.   Из-за другого угла послышалось мерзкое лязганье. Чирк-чирк… Нож! Нет, даже ножи… кажется, их затачивали. Девушка слегка напряглась, держа руку на кобуре, готовая в любой момент открыть огонь, однако, по какой-то причине, она стояла смирно, не атакуя. Наконец, в её поле зрения оказался жирный мужик, ввалившийся из другого смежного помещения. Девушка продолжала безмолвно наблюдать. Незнакомец держал в двух руках по ножу, чуть приподняв их к свету; он явно пытался разглядеть их получше, будто выбирая, какой из них больше приходится ему по душе. Недолго думая, он пустил в ход оба, резко воткнув ножи в предплечья привязанного человека. Заложник вскинул голову, но не сказал ни слова, а лишь сильнее сжал челюсть, пока мужик вёл ножи параллельно друг другу по направлению к запястьям.   — Ха-ха-ха!!! Как тебе наши игры?! Знаю-знаю, нравятся. Ты ведь ещё более конченный ублюдок, чем я. Напомни, что ты сделал с одним из моих парней, когда дал дёру? Очень хочется повторить это с тобой… — мужик оскалился и наклонился к своему пленнику максимально близко, и, глядя прямо в глаза, процедил сквозь зубы: — Не такие уж у тебя и жуткие глазища, будут самые обычные, когда выковыряю их этим ножом! Ха-ха-ха-ха!!! — смеясь, точно безумец, он вытащил нож из одной руки человека, который вошёл не слишком глубоко, но раны всё равно ныли, а остриё теперь оказалось в меньше, чем миллиметре от глазного яблока, но тот, кто сейчас мог запросто лишиться зрения, смотрел прямо на лезвие, словно… нет, абсолютно точно желая, чтобы оно воткнулось как можно глубже, не оставив и шанса на жизнь.   Сальная рука мужика заправила ножом выбившуюся прядь волос человека за ухо, а затем повёл лезвие в другую сторону. Не желая более смотреть продолжение этого изощренного спектакля, девушка мельком выхватила небольшой пистолет из кобуры, который доселе без дела пылился в кожаном чехле. Выстрелив в руку, она отвлекла мужика от заложника и, фурией подлетев к его пошатывающемуся телу, она хорошенько приложила толстяка.   — Проспись, мерзость, — еле заметно поморщив нос, она украдкой оглядела помещение, но тут же переключилась на свою настоящую цель. — Рэн! Какого чёрта, сукин ты сын… — развязывая парня, она не верила своим глазам. Он жив. — Не зови меня этим именем, — Блэйд сплюнул в сторону кровавую слюну, которая мешала нормально разговаривать; из-под прикрытых век он устало взглянул на размытый силуэт девушки, сидящей на корточках и развязывающей верёвки, что надёжно сковывали его изнеможённое тело.   — Как ты мог попасть в лапы этих дикарей, Блэйдик? Ты будто сам не свой, точно не самостоятельно в плен сдался? — парень молчал. Кажется ему действительно было нечего сказать. — Дай-ка угадаю, тебя спасали «те» сны? — не вкладывая в фразу особого смысла, произнесла Кафка.   Блэйд не ответил на её вопрос, словно диалог ему резко наскучил. Девушка даже на секунду подумала, что быть в плену тому было гораздо интереснее, чем находиться на воле.  Кафка, достав из небольшой сумки бинты, наскоро обильно перемотала чужие руки, а затем развязала Блэйда полностью. Тот поднялся со стула, словно и не существовало обессиленного парня с пару мгновений назад. Выхватив у Кафки пистолет, Блэйд выпустил ровно три пули в лежащего на полу бандита.   — Какого хера?! Ты издеваешься?! Я ведь специально оставила ему жизнь, чтобы допросить, тебе и мозг промыли что ли? — Кафка говорила негромко, но недовольством и надменностью сквозило каждое её слово.   — Это не твоё дело.   Блэйд даже не взглянул на неё. Лучший друг детства теперь стал ей никем. Кафка не узнавала парня последние три месяца. Всё случилось ровно в тот день. Авария. Рэн выжил, вот только Кафка могла с уверенностью сказать, что она не знала и не знает этого человека. У Кафки напрочь отсутствовал страх, то было её приговором на жизнь, но смотря на Рэна после того, как он похоронил сам себя, ей порой становилось жутко. Будто она общалась не с человеком, а с его ожившей оболочкой.   — Блэйд, постой. У меня вопрос, — дождавшись, пока парень остановится и посмотрит на неё, Кафка решилась спросить: — Что ты сделал с тем человеком, про которого говорил мучивший тебя мужик? — она пожалела, что задала этот вопрос. Казалось, Кафка уже знала ответ, и ей не хотелось слышать это из уст некогда бывшего приятеля. Но Блэйд не стал отвечать. Так же холодно взглянув на девушку, он смотрел точно сквозь неё, думая о своём. В такие моменты ей хотелось верить, что перед ней всё тот же Рэн. Даже такому человеку, как Кафка, иногда не хватало толики надежды.  

***

Выйдя из кафе, которое, несмотря на свою неказистость, всё же оставалось уютным местечком с не менее вкусными, но простыми блюдами, Цзин Юань устало выдохнул.   — Итак, что же мне с тобой делать, малыш? Кто ты и откуда взялся? — Цзин Юань участливо глядел на мальчика, задирающего голову для разговора с ним.   — Не бросайте меня на улице, пожалуйста! Я… я-я расскажу… — Яньцин печально понурил голову, а затем неохотно взглянул вновь.   — Неужели ты от родителей сбежал? — скрывая недоверие, поинтересовался детектив. Он готов был подвергнуть собственное предположение сомнению.   Мальчик мялся, словно ему хотелось выпалить неудержимую правду, но было что-то ещё более пугающее, чем угроза остаться на улице, нечто, заставляющее содрогаться естество Яньцина, нечто, не позволяющее ему сказать и слова… — Можешь рассказать в участке, обещаю, я не дам тебя в обиду. Мне в любом случае нужно сделать записи, а тебе быть спокойным, что я не вру, — Цзин Юань говорил с мальчиком, как со взрослым. Яньцин сразу же начал слушать, внимая каждому слову, а затем утвердительно качнул головой. — У моего дома стоит машина, пройдёшься со мной или постоишь у кафе? Я могу подъехать сюда.   — Я пойду с Вами, — почти уверенно ответил Яньцин.   Слегка удивившись выбору ребёнка, Цзин Юань был рад, что тот предпочёл его компанию. В любом случае так было безопаснее.   Мальчик с большими глазами стоял, открыв их ещё шире, смотря на машину, в которую его хотели посадить.   — Вы правда полицейский, дядя?! — мальчик пробежался вокруг машины.   — Да, я ведь сказал, — не понимая удивления ребёнка, Цзин Юань лишь мирно ждал, пока тот вдоволь набегается. — Я не верил… извините, — виновато взглянув исподлобья на детектива, Яньцин застыл в нерешительности.   — Садишься? — спокойно уточнил Цзин Юань.   — А можно вперёд сесть?   — Тебе ведь точно есть восемь лет? — усмехнувшись, Цзин Юань открыл переднюю дверь автомобиля. — Конечно, садись.  

***  

Повозка, запряжённая парой лошадей, неспешно двигалась по дороге, то и дело раскачиваясь из стороны в сторону.   Блэйд негромко выдохнул. Сидя в телеге на тонком слое сена, он размышлял о том, когда ему подвернулся шанс свернуть не туда. Ломая соломинку за соломинкой, парень не заметил, или не хотел замечать грозные взгляды, которые изредка на него кидал водитель повозки.   — Почему он так смотрит? — брови Блэйда, и без того хмурые, сильнее сошлись на переносице от ощущения чужой неприязни.   Кафка, витая в собственных мыслях, ничего не ответила парню, зато откликнуться решил кое-кто неожиданный.   — Verdammte Amerikaner! — водитель повозки негромко, но недовольно выразился.     Не зная языка, Блэйд вновь попытался сыскать ответ у Кафки, и, к удивлению, на этот раз она ответила:   — Сказал, что от тебя воняет, — Кафка хитро ухмыльнулась, вытащив несколько соломинок, впившихся в её кожу сквозь тонкие колготки.   — Я знаю, что ты тоже не знаешь немецкий, — Блэйд скучающе отвёл взгляд.   Кафка, продолжающая выщипывать солому, словно загипнотизированная, лишь в последний момент заметила нож, занесённый над везущим их фермером.   Одним выпадом она выбила оружие, которое, лязгнув о камни, погрузилось в грязную лужу.   — Что ты вытворяешь?!   — Хотел ускорить поездку. Это было единственное оружие у меня, зачем ты это сделала? — словно дитя, Блэйд искренне недоумевал, зачем злая тётя забрала у него опасную игрушку.   — Я что-то очень сомневаюсь.   Оставшийся путь прошёл в тишине. Водитель телеги больше не выражался, Блэйд продолжил надламывать соломинки вокруг себя, а Кафка, выдёргивая их, старалась следить за парнем.   Повозка с двумя людьми остановилась, а впереди виднелась небольшая деревушка. Протянув фермеру сто долларов, Кафка приложила указательный палец к губам, явно намекая, что тому стоит помалкивать об их встрече.   Спрыгнув, Блэйд подал руку девушке. Её сердце неприятно кольнуло. Она вспомнила те времена, когда общие вылазки были весёлым развлечением, прогулкой для двух добрых друзей, а Блэйд был так же галантен, как и в этот короткий миг. Надежда есть, и Кафка не даст ей сгинуть вместе с тем, кто ей по-настоящему дорог.   — Спасибо… — негромко сорвалось с её припухших губ.   Словно вовсе не придав значение своему жесту, Блэйд лишь отрывисто моргнул.   — Что ж, дальше придётся идти пешком, лишние свидетели мне не нужны.  

***

— Ваше ванильное мороженое! — девушка высунула руку из окошка, передавая десерт в руки Цзин Юаню, сидевшему в автомобиле.   Поблагодарив девушку, мужчина про себя порадовался тому, что можно так удобно, не выходя из машины, сделать и забрать заказ.   Конечно, мороженое предназначалось не ему, а мальчишке, что сидел рядом. Яньцин не клянчил вкусности — Цзин Юаню просто внезапно захотелось порадовать ребёнка, хотя он сам изредка заезжал за фастфудом.   — Что ж, теперь, думаю, стоит наконец доехать до участка, — Цзин Юань спокойно нажал на газ, но внезапно мальчик схватил его руку, что лежала на руле.   От неожиданности Цзин Юань резко дал по тормозам; им повезло, что машина сзади всё ещё стояла у окна для получения заказа.  

***  

Дорожная грязь мерзко липла к ботинкам, из-за чего ноги упрямо продолжали вязнуть в ней. Природа словно бросала все свои силы на то, чтобы путь до города оказался невыносимым.   — Тебе не стоило сбегать, Блэйди, — не смотря под ноги, девушка уверенно шла прямо, переодически бросая взгляды в сторону леса, что чуть поодаль тянулся вдоль дороги.   Парень не ответил, и Кафка обернулась, зная, что Блэйд услышал её, но по какой-то причине молча наблюдал за реакцией девушки.   Кафка словно поняла то, что не хотела замечать всё это продолжительное время.   — Но… тогда как ты оказался здесь? — после собственных слов, в её голове вспыхнуло осознание… — Ты и не сбегал.  

***

Несколько месяцев назад.   Дождь залил половину Бруклина, люди, не ожидавшие столь резкой смены погоды в солнечном Нью-Йорке, бежали вдоль улиц, неуклюже закрываясь от дождя тем, что было в руках. Лишь один мужчина, скрывая лицо в сгущающихся сумерках, элегантно расправил свой зонт. Стук его ботинок по неглубоким лужам глухо разбивался о стены домов уже опустевшей улицы. Хлюпкие одиночные шаги, нарастая в темпе, догоняли Блэйда, что шёл впереди.   Каждый шаг — точно стук таймера, что отмерял секунды до его гибели. Но незнакомец, скрываясь под куполом чёрного зонта, даже не взглянув, прошёл мимо. Стоило на секунду отвлечься, и высокая фигура, как и все прочие, исчезла в темнеющих подворотнях. В одну из которых, Блэйд, как и собирался, свернул.   Ключи от машины, неприятно звякнув, выскользнули из рук. Тихо выругавшись, парень огляделся вокруг: кромешная тьма. Присев на корточки, Блэйд начал наощупь искать ключ. Фонарный столб вдалеке светил слишком слабо, чтобы хоть как-то помочь в поисках.  Понемногу глаза начали привыкать к вечернему полумраку, а руки, измазанные в грязи, не оставляли попыток отыскать заветную вещь. Краем глаза он уловил мелькнувшую неподалеку тень, что отразилась, как в зеркале, на мокрой двери автомобиля.   Наконец, ключи, вновь издав неприятный звук, оказались у Блэйда в ладони. Встав, он нажал на кнопку открытия дверей, но прежде чем взяться за ручку, его взгляд невольно скользнул на боковое зеркало… Там никого не оказалось. Неужели ему могло привидеться? Неужто зрение начало подводить?   «Чёртова темнота», — подумав про себя, выругался Блэйд; он дёрнул ручку автомобиля, и, отпустив ситуацию, расслабился. Хлюп, хлюп! Кто-то сзади за долю секунду оказался позади мужчины, ударив в спину тупым предметом. Не успев сесть в машину, Блэйд повалился на землю. Тут же поднявшись, он попытался рассмотреть незнакомца, но было слишком темно, а проулок между двумя близ стоящими зданиями создавал ещё более укромную и благоприятную обстановку для того, чтобы сегодня чья-то жизнь наконец оборвалась.    Блэйд не видел, но он чувствовал. От человека исходила неконтролируемая злоба, та, которую Блэйд уже однажды чувствовал, но не мог вспомнить… лишь сырость и темнота оглушали его сознание, одновременно давая подсказку и тут же вырывая её обратно.   — Ты заплатишь сполна, живучая тварь! — раздался голос нападающего, грубый мужской тембр, будто бы специально вылавливаемый. Но Блэйд и его не знал.  Теперь вновь стоя на коленях, мужчина получал удар за ударом, и с каждым из них сознание становилось мутнее грязного болота, но он был готов расплатиться своей жизнью за грехи, которых не помнил.  

***  

На машину вылетела девушка. Её белое изящное платье развивалось на ветру, локоны были элегантно уложены, и лишь лицо выражало обеспокоенность. Только сейчас Цзин Юань увидел, что девушка была беременна.   Незнакомка, явно намереваясь изначально остановить именно машину детектива, быстро подошла к окну. Настороженный Цзин Юань всё же приоткрыл окно. — Что у Вас произошло?   — Я беременна! Прошу, помогите! — она неожиданно принялась плакать, возможно, гормоны сыграли роль из-за испуга.   — Я понимаю, но необязательно бросаться под машину. Как я могу помочь? — не понимая, что происходит, Цзин Юань пытался получить хоть один внятный ответ. Не спрашивая разрешения, девушка забралась на заднее сидение автомобиля.   — С Вами всё в порядке? — Цзин Юань задумался над трезвостью её действий. Девушка плакала без остановки. — Он… сделал это со мной!!! — наконец увидев ребёнка, сидящего рядом с детективом, девушка неожиданно осеклась. — Что сделал? Кто он? — Цзин Юань догадывался, о чём шла речь, но у него не было времени подумать, можно ли такое слышать Яньцину.   — Изнасиловал меня! Я от него беременна, а ему все с рук сошло! Ненавижу, ненавижу, ненавижу… ненавижу!!! — она в ярости ударила кулаком по собственному колену и заплакала ещё сильнее; среди её плача было трудно разобрать слова. — Прошу, скажите, кто он? — Имя его Блэйд, и он убьет вас!!!