Чужой зонтик

Сильный дождь лил как из ведра и барабанил по окнам. На улице из-за плохой погоды и туч было темно, хотя часы показывали лишь четыре часа. Осень не самая приятная пара года для Кавеха, но именно сейчас он чувствует себя спокойно. Щекой он прижался к окну, по которому стекали капли дождя. Каждый выдох оставлял на окне небольшой неровный круг пара. Который потихоньку сползал, делая окно обратно прозрачным. Он не мог больше находится в этом месте, в этой комнате, в этом доме, в этом мире. Зонтик в этом доме был один и принадлежал, конечно же не ему. Единственное, что ему принадлежало это проекты и долги. Не мог он брать вещи этого человека. Кавех, итак, живёт у него дома и занимает целую комнату. А если пойти без зонтика? Кому какая разница? А если и идти, то куда? Туда, где его не найдут. Значит точно не в таверну. Если хочешь что-то спрятать, то прячь на самое видное место. Может где-нибудь на скамейке посидеть, промокнуть. Идея неплохая. Поэтому отлипая от окна, он спускается с подоконника и идёт к выходу. Архитектор одевает обувь и выходит из дома. Из-за дождя и туч была плохая видимость, но его это не особо волновало. Да и в общем его мало что волновало. После он шёл, даже не думая куда, просто шёл наступая во все лужи, которые ему встречались. Ноги уже были полностью мокрые, как и волосы с его одеждой. Слегка подрагивая, он сел на первую скамейку, которую заметил. Теперь и его пятая точка промокла насквозь. Он опустил голову и думал о том, что до окончания дождя его здесь никто не найдёт. Найдут, только если будут стараться, но кому какое дело до него? Особенно его соседу. Он всегда вёл себя безразлично и холодно по отношению не только к нему, но и к окружающим. Поэтому он просто принял, что он бессердечный. Когда он пытался принять, что он ему никто всплывал вопрос: "Зачем он его приютил?". На это Кавех отвечал себе почти легко и просто: "Из жалости". Других оправданий он не видел. Хоть это оправдание порождало обиду и злость. Он на столько жалкий? Нет. Он уже просто устал. Тот поставил локти на колени и упёрся головой в свои ладони. В голове было пусто, как и на душе. Архитектор привык к холоду дождя, так как полностью промок. Вся одежда на спине и ногах прилипала, а на животе свисала тяжёлым бременем. Волосы липли ко лбу, шее и щекам. Но Кавеху было так всё ровно на это. Его ноги были уже в луже, которая сформировалась за несколько минут его сидения. Он не знает сколько уже так просидел. Один. В дождь. Полностью пустой и обречённый. В один момент звуки дождя стали другими. Как будто капли уже били не по асфальту, а по другому предмету. Он поднял голову вверх и увидел серый зонтик, по которому били капли дождя. Сопровождалось всё это характерным звуком. Архитектор посмотрел перед собой и увидел того, кто никакими сценариями жанра не вписывался в спасителя. Он не смог рассмотреть его эмоции, так как почти всё лицо закрывали мокрые волосы. Кавех начал рассматривать с ног до головы, не веря своим глазам. Аль-Хайтам был не сильно промокшим. Но в его ногах была вода, а волосы были полностью мокрыми и прилипали к лицу. Одежда была более менее сухой, лишь в некоторых местах была мокрой и липла к телу. Только сейчас он заметил, что его сосед лишь немного прикрывая себя зонтиком. Вся остальная часть закрывала архитектора. Поэтому дождь ударял по его спине, намокая одежду и заставляя её прилипать к спине. Он стоял с вытянутой рукой, именно так он и закрывал Кавеха от дождя. Тот резко встал, хватая ручку Зонтика выше, где взял Аль-Хайтам и поднёс так, чтобы его соседа тоже закрывало. И теперь они оба стояли под одним серым зонтиком, защищаясь от дождя. Он отпустил зонтик и отвернулся от него. По шуму, он понял, что его спаситель с зонтиком двинулся. Повернув голову он заметил, что тот просто отвернулся. Он ждал пока тот подойдёт, и они вместе уйдут обратно. Кавех сжал челюсть, опять возвращаться туда. Нет не так. Возвращаться туда, с ним, под чужим зонтиком, который закрывает его от дождя. Легче развернуться и убежать, куда-то подальше, но на место этого, стало гораздо больнее. От того, что он его искал, даже промок из-за него. Теперь его грызла совесть, но одновременно и ненависть. Что вообще творит Аль-Хайтам? Зачем он за ним пришёл? Зачем искал? До этого ведь никак не проявлял хоть какой-то заинтересованности в его жизни. Даже если он и пытался с ним говорить, всё перерастало в ссору. Тогда мир мог быть только на расстоянии, ну или же в невесомости. Где-то в бесконечном космосе. Поэтому при любой попытке его соседа заговорить, он огрызался и закрывал я от него. Обычно после такого у него на душе было паршиво, а потом пусто. В первые разы, он часто психовал, кричал и плакал. К утру он весь уставший и пустой не понимал, как вообще дожил до этого утра. Как он вообще дожил? Как он? Аль-Хайтам был единственным человеком, который хотя-бы жить у себя. Поэтому он либо с ним, либо один. Один раз даже пытался уйти и жить самостоятельно, сам себе кричал и утверждал: "Ухожу навсегда!". Но не выдержал такой давящей пустоты внутри и вернулся. Конечно там на него не обращали внимание, но так он хотя бы ощущал себя менее одиноким. Но всё таким же жалким. Как бы Кавех не хотел, он понимал, что даже если убежит он всё равно рано или поздно вернётся. Поэтому он сломлено выдохнул и подошёл к Аль-Хайтаму. Тот заметив его, начал идти в сторону дома, а он шёл рядом и особо не следил за дорогой. Опять наступал в лужи продолжая увеличивать шанс своей простуды. Некоторыми минутами спустя, уже более менее виднелись очертания знакомого архитектурного сооружения. Потом несколько шагов спустя они стояли возле входа и хозяин этого сооружения, открывал дверь внутрь. Уже внутри, он снял на сквозь промокшие ботинки и лениво прошёл в свою комнату. Закрыв дверь, архитектор начал снимать мокрую и тяжёлую одежду, которая прилипала к коже. Он лениво её снимал, а после просто укутался в тёплый плед зелёного цвета и жёлтыми узорами деревьев и цветов. Уже в пледе, Кавех сел на своё прежнее место и припал щекой к окну. Мокрые волосы прилипли к стеклу, а вода с них стекла вниз на подоконник. По лицу тоже текли капли с волос, но и не только с них, так как он даже не вытерся. Плед сейчас впитывал некоторые капли с тела архитектора. Ещё бы чуть-чуть и поделись бы солёные капли воды по лицу. Но он даже думать не хотел об этом и о всём, что произошло. Так как эта ситуация полностью начнёт душить его душу. Самое худшее не то, что он заболеет, а то, что Аль-Хайтам будет покупать ему лекарства. Да даже если он их молча будет приносить. Кошки тогда всё сердце проскребут, и оно будет кровью точно умоется. Кавех услышал, как дверь его комнаты открылась и некоторое время спустя закрылась. Сжав руки в кулаки от этого действия, он повернул голову и заметил чашку на столе. Архитектор резко спрыгнул с подоконника и быстрым шагом подошёл к столу. На нём стояла чашка горячего заварного чая. Теперь он сжимал не только кулаки, но и зубы. От этого он ударил по столу рукой, но из-за боли в груди, удар получился слишком тихим и не мощным. Под конец удара его рука просто ослабла. Он слегка вздрогнул, взял кружку и подошёл к подоконнику. Поднеся чай к губам, он отпил немного из кружки, обжигая губы, язык и горло. Но это неважно. Из-за того, что чай был горячим, по его телу прошли мурашки. Всё же он скорее всего заболеет и даже этот чай не поможет. Но он продолжал его пить, согревая после душа в виде дождя. Спустя несколько глотков, он поставил пустую кружку на подоконник и посмотрел на время. Уже было пол девятого. Много же он просидел под дождём. Наплевав, что ещё рано, он лёг в кровать. Кавех начал закутываться в одеяле. Перед тем как он уснул, он всё же успел это всё обдумать и пустить каплю солёного дождя из одного глаза. Вытерев её, он быстро и легко заснул, не хотя продолжать думать об этом.