чья губительная зависимость

в жизни случается много дерьма, но чтоб столько — нужно ещё постараться. ли феликс ненавидит мир. родился он в счастливой семье: любящие родители и две прекрасных сестры. все пророчили солнечному мальчику хорошее будущее. талантлив, красив, добр, эмпатичен, умен — одним словом идеал. в какой момент он свернул не туда? когда первая любовь покинула этот свет? когда лучший друг предал его и оставил разгребать говно одному? когда родители отказались от него, узнав, что ликс предпочитает парней, нежели дам? все вело в полнейшее дно, коим стала наркотическая зависимость. добрый друг однажды посоветовал попробовать. феликс решил устроить родителям бунт и побаловаться лёгкими наркотиками. этот самый «добрейший» на свете человек всунул маленький злосчастный пакетик, сказав, мол «ничего не будет, просто поприкалываемся и все тут» — не существует безвредной дури. жаль, что об этом ликс узнал после первой ломки. насколько молодому и полному гормонов разуму хотелось выставить себя взрослым. желание сделать что-то крутое и до жути романтизированное. смотреть фильм, восхищаясь вайбом того самого похуиста-торчка и попробовать эту хуйню на себе — кардинально отличалось. все плыло, но в душе стало так легко. тревоги покинули голову, а душа будто с ними. тепло распространялось так быстро. в каждый участок его невинного, до этого момента, тела. доза постепенно увеличилась. обычная марихуана стала губительным героином. родители не знали, также и сестры. только такие же торчки, как он. спохватилась семья слишком поздно. феликс стал заложником, окутанный стальными цепями наркотических веществ. морально и физически он был пленен. разве не иронично? пай-мальчик, гордость семьи, душа любой компании — в итоге нюхает дорожки за гаражами в свои неполные шестнадцать. мать и отец пытались достучаться до своего чада, даже отправляли лечиться, но полностью разочаровавшись в нем, просто послали куда подальше. у них еще до этого были очень натянутые отношения, а ведь виной была любовь. обычное желание любить и быть любимым, только вот не девушкой. не до конца они разорвали связь, мать не позволила, слезно умоляя мужа помогать их сыну, хотя бы деньгами. так и начал жить в полном одиночестве парень, подающий большие надежды, что нещадно разбились о скалы реальности. пепельный блонд вместо родного каштанового превратил волосы в подобие соломы. но для феликса это получше, чем напоминание о себе прошлом. банально — да, но зато в зеркало более-менее приятно смотреть. на дворе давно не июль, а рядом находящиеся море заставляет укутаться в старый черный плащ, найденный в дешевом секонде. молодой парень с болезненным лицом нервно выкуривает уже третью сигарету. постоянно смотрит в свой потрепанный жизнью телефон, бегло проходясь по экрану блокировки. порт лос-анджелеса, в штате калифорнии — самое «непалевное» место для закладки, ага. но грех жаловаться, ведь феликс вибрами ощущает, что скоро ему будет очень хуево. нахмурившись, блондин старался отогнать липкую сонливость и не грохнуться прямо тут. раздражительность все нарастала и могла посоревноваться с эйфелевой башней, ей богу. выругнувшись, ли потушил окурок, намереваясь вытащить еще одну дешевую вишневую сигарету. бабская фигня, но зараза, очень вкусная. в некоторой степени помогает ликсу расслабиться, что ему просто жизненно необходимо. выкурив половину, блондин оперевшись на какой-то громоздкий ящик, медленно разглядывает мимо проходящих людей. почти все работники порта, от грузчиков до чертовых охранников. хоть феликс проворачивает это не в первый раз, противное чувство страха по прежнему охватывает сердце, заставляя танцевать чечетку стоит вдалеке завидеть мента. решив присесть на пару минут, парень неожиданно для себя уснул. проснулся он от нескольких легких толчков в плечо. издав нечленораздельное ругательство, ли хотел вмазать нарушителю покоя, но его кулак внезапно перехватили и скрутили. агрессия бурлила в груди, затмевая остатки еще не выкуренного разума. видимость ухудшала тьма ночь, а свет фонарей закрывали огромные ящики и другой портовой груз. поставив согнутую ногу на ближайшую вертикальную поверхность, блондин пригнулся и с силой оттолкнулся, тем самым повалив и себя и незнакомца сзади на землю. лежать долго не пришлось, неизвестный сбросил тушку феликса с себя и начал что-то бормотать. — неужели мозги на дурь променял — язвительно произнес голос. — ага, сразу же после семьи — в привычной равнодушной манере ответил ликс. языками чесать блондин не намерен, поэтому сразу же перешел к действиям. обернувшись на парня, ли застыл не в силах вымолвить и слова. каким героем в прошлой жизни нужно было быть, чтобы урвать такую внешность. шелковые на вид темные волосы, которые доставали до плеч. разрез приоткрытых карих глаз прибавлял дерзости, а крошечная родинка создавала изюминку. образы у них были похожи. оба не светились радужной одеждой, отдавая предпочтение черной классике. на мафиозников похожи, только если незнакомец на элитного босса смахивает, то феликс максимум на чудаковатого уборщика. да уж, тогда его уродливые веснушки, которые лихорадочно разбросаны по щекам будут похожи на разлетевшейся дерьмо. усмехнувшись такому нелепому сравнению, ликс продолжил пялиться на падшего ангела с нужным белым лекарством в кармане. если брюнет сейчас достанет косу и отрубит блондину башку — ли посчитает это божьим даром. он слишком заебался. слишком много мыслей. веснушчатый всеми полу-здоровыми органами чувствовал как медленно погибает внутри. буквально. вся эта дрянь разъедает его изнутри. — так и будешь на меня пялиться? — спросило подобие мен-версии афродиты. — где стэн? мне не сообщали про замену — посчитав вопрос собеседника риторическим, ликс поинтересовался о старом знакомом, по совместительству его первым кладменом. — его поймали, поэтому нам нужно быть осторожнее. клад находится за деревянным ящиком у выхода — прошептал брюнет, стряхивая невидимую пыль с плеч.       больше разговор не продолжился и оба разошлись, как в море корабли. уже в пяти километрах от нового кладмена, блондин почему-то обернулся. желание посмотреть на него или же страх, что тот является скрытым копом? ну не может такой человек быть на такой работе, верно ведь? словив себя на паранойи, парень поспешил ретироваться куда подальше, в надежде, что больше лицом к лицу они не встретятся. *** испустив небольшое кольцо дыма, феликс начал тихонько посмеиваться. бордовая софа была антиквариатом, которые оставили прошлые жильцы квартиры. вещь хоть и старая, но пиздец какая удобная и стильная. на ней ликс чувствовал себя сексуальным вампиром или богатым шейхом. ноги перекинуты через подлокотник, а голова свисает к полу. пепельные волосы играют роль тряпки для полов, но кого это заботит — уж точно не феликса. его сейчас вообще ничто не колошит. спасибо чудо-порошку за незабываемый экстаз. все стало в триллион раз веселее и красочней. ликс даже поверил, что заново полюбил этот черствый мир. но. это только на пять ахуительных часов, дальше жизнь кажется премерзкой. сейчас юноша расслабиться и сладко уснет, не зная проблем бытия и ужасной головной боли, что долгое время его преследует. только вот… вместо сонливости организм жаждет страсти. мутное сознание феликса пребывает в недоумении. он давно потерял половое влечение, что к парням, что к девушкам. теперь же его дружку становится так тесно в боксерах. неожиданно всплывает образ его нового ангела смерти. почему же сейчас хочется оказаться в его руках? стать послушным рабом, что готов слизывать грязь с подошв его обуви. хотеть чего-то большего, чем недавнего несуразного разговора, после которого он не сказал даже своего имени. феликс медленно вел ладонь, дабы наконец найти свой горячий и пульсирующий орган. дыхание затрудняется, а язык заплетается даже когда парень молчит. сейчас стоит помолится, чтобы не откинутся просто дроча под кайфом. — ах…блять. — тихие стоны заполняют темную комнату, которую освещает лишь полумесяц за окном. блондин стоит на коленях, держась одной рукой за спинку софы, а второй лаская себя снизу. спина прогибается под удовольствием, а голова откидывается назад. сырые волосы мешают обзору, а бусинки пота скатываются по едва рельефному молочному телу. конечности дрожат, а глаза закатываются в блаженстве. но почему-то внутри как-то слишком пусто. хочется заполнить эту дыру чем-то горячим. душевные муки останутся, а вот физически вполне можно. убрав руку от члена, ли пристроил палец к анусу, но в последний момент засомневался. «черт, сейчас будет больно» — пронеслось в голове кареглазого, когда он начал потихоньку вводить палец. да, ощущение не из приятных, но нарастающее возбуждение нахлынуло новой волной. собирая соки со своего члена, ликс продолжал водить пальцем не доходя до простаты. в эту ночь парень так и не уснет. сколько прошло времени с того момента. год, а может два? нет. всего лишь пол месяца. с каждым разом, с каждой чертовой встречей с дилером феликсу становилось плохо. будто ломка растянулась на всю оставшуюся жизнь блондина. как бы тот не старался заглушить ее, даже увеличил дозу в три раза, не задумываясь о том, чтобы может сдохнуть от передозировки. ничего не помогало. становилось лишь хуже, поскольку каждая сделка заканчивалась бессонной ночью с пальцами в заднице. феликс сменил свой привычный героин на многие другие наркотические вещества. ни одна не давала такого кайфа, как прежде. ли впал в отчаяние, а после пребывал в депрессии. неожиданно дурь сменилась антидепрессантами и успокоительным. спало лишь курение, только уже не вишневых сигарет, а настоящих убийц легких. со временем ликс начал выбрасывать когда-то дорогие душе пакетики в мусорку, тратя деньги лишь на встречу с хёнджином. тот продолжал являться свету, вместо удобного мессенджера. их встречи заканчивались разговорами по душам, а после они уходили и больше никогда не видели друг друга в повседневной жизни. но все снова начиналось стоило времени сменится и звездная ночь вступала в свои законные права. привычный порт, шум моря, яркие фонари и его ангел смерти. снова пришел неотразимым. что не скажешь про бледного феликса, чей цвет лица сливался с волосами. зато зрачки приобрели более человеческую форму и теперь даже реагируют на свет. потушив сигарету, парень двинулся на встречу к хвану. — я уж думал не дождусь — усмехнулся блондин, потирая сонные глаза. — прости, пришлось не много задержаться. аккуратность наше все — с полуулыбкой произнес хёнджин, наблюдая за парнем чуть ниже его по росту. — дилер, который извиняется. не каждый день такое увидишь. мне стоит загадать желание? — со смешком спросил ликс. — валяй, почему нет. готов сегодня побыть твоим джином из лампы — бросил хван, поправляя пуговицы на неглаженной и большеватой рубашке феликса. — побудь сегодня моим парнем. дома слишком скучно одному. хочу кого-то обнять — прошептал блондин, беря ладонь парня напротив в свои руки. вместо ответа, хёнджин подошел еще ближе и обнял феликса. в его объятиях ли утонул, был похож на маленького ребенка, наконец понявший как же ему не хватало простого тепла. брюнет обхватил хрупкое тело, чьи кости немного выпирало, а ладони ликса покоились на талии хвана. первая хрустальная слеза стекла по бледной щеке. а ведь феликс так старался над макияжем сегодня, хотел произвести на хёнджина впечатление не простого полу-мертвого торчка, а живого человека. ладони его дрожали, только от чего неясно, даже из легкий воздух парой с трудом выходил. пепельноволосый просто беззвучно плакал, утыкаясь в плечо того, кого до одури любил. так сильно, что эта любовь заменила зависимость от веществ. так сильно, что обычное серое месиво во снах, превратилось в прекрасное будущее где он счастлив с ним. с самим хван хёнджином. а потом парень просыпался и рыдал от безысходности. кому нужен грубиян с обкуренной башкой? верно — никому, даже семье. а сейчас что? почему вместо пощечины его нежно зажимают в объятиях. «неужели я сорвался и снова вколол дурь?» — отвратительная мысль крутилась в голове. феликс знал, ему очень сложно контролировать себя. порой он даже не помнил, что что-то употреблял. было страшно сейчас посмотреть в шоколадные глаза напротив. это все сон? открыв глаза, парень увидел белое помещение с мягкими стенами. в одной из них было большое стекло, из которого на него смотрели заплаканные родители. наркотическую зависимость перекрыло сумасшествие. взрослый мужчина достигший тридцати шести лет навсегда остался в семнадцатилетнем возрасте. именно тогда погибал его организм, но учащенно билось сердце, ведь рядом был тот, кому оно беспрекословно принадлежало. тот, кому безумно нравился вишневый запах. он был старше феликса на десять лет, по началу ассоциировался с отцом, а после ли по уши втрескался в него. восхищался тем, кто доставляет ему белую смерть с ангельской улыбкой. могло ли быть между ними что-то большее, чем просто сделки? этого ликс так и не узнал, ведь мужчину поймали, а впоследствии убили, местные стражи порядка. ночной порт лос-анджелеса стал могилой на двоих. брюнет с пулей в правом боку и феликс с дырой в сердце. «моей первой любовью был кладмен, во второй раз я влюбился в его галлюцинацию. здесь так одиноко и страшно. порой молодые медсестры хотят использовать мое тело. кажется будто я перестаю различать сон и реальность. мне никто не отвечает. однажды я спросил время, а на меня накричали. хочу снова побыть в порту и посмотреть на ночной пейзаж. вместе с ним. вместе с моим навсегда любимым Хван Хёнджином»