Малиновый лимонад

пальцами тонкими

Скажи Доёну кто-нибудь, что его опасения по поводу парня, который одним своим взглядом мог прожечь в нем сквозную дыру, в итоге закончатся так, он бы посмеялся. Страх, переживания, кромешный ужас поначалу – все превратилось в ироничную шутку судьбы, которая легким, незамысловатым, но в то же время очень изощренным жестом подарила ему настоящего друга. Близкого человека, о каком он даже мечтать не мог. Доён не считал себя нелюдимым, несмотря на всю нерасторопность в общении с окружающими, несмотря на свою скованность и скрытность. У него были друзья. Однако жизнь в какой-то момент сделала интересный поворот – и сейчас Доён находился там, где находился. И, вопреки логике и чувству самосохранения, ему нравились и постоянная суета, и недостаток времени буквально на что угодно, и смертельная усталость, и явная нехватка сна. Его все устраивало, но Доён бы соврал, сказав, что все это давалось ему так легко, не будь рядом друга. Не будь рядом Тэёна. Доёну нравилось, как они, развалившись на его кровати, вслух мечтали о том, как сорвутся в один момент и махнут к океану. Неважно к какому, неважно куда – лишь бы к океану. Тэён хотел снять домик на берегу и первым делом выспаться на год вперед. Доён его планы критиковал и говорил, что, оказавшись в столь живописном месте, которое они себе нарисовали в воображении, бездельничать в постели стало бы преступлением и надо было использовать свободное время по максимуму: например, освоить серфинг, обязательно обойти все достопримечательности, сделать миллион фотографий и – этот пункт Тэён горячо поддерживал – объесться местной экзотической кухней, пусть даже она окажется отвратительной. Во время посиделок в их квартире, на которые приходили даже те, кто не жил по соседству, Доён смеялся громче всех, глядя на в очередной раз напившегося и пытавшегося встать с дивана Тэёна. Но в этом никогда не было насмешки. Это было, скорее, принятие неизбежного факта: Доёну снова – опять – придется тащить Тэёна в спальню на себе, включать гирлянды над его кроватью, потому как тот боялся темноты, и совать под бок огромного плюшевого розового зайца, без которого Тэён спать категорически отказывался. И уже позже, вернувшись к остальным, отбиваться от дружеских подколок о том, каково это – быть всегда начеку, потому что Тэён напивался непредсказуемо и внезапно: вот он еще вполне трезво смеется над какой-то глупой шуткой Лукаса или кого-то еще, а вот – уже сонный обнимает диванную подушку и жалобно смотрит на Доёна. Помощь других он не принимал, стоически показывая, что и сам в состоянии добраться до кровати, но стоило только Доёну приблизится к нему – моментально обмякал, превращаясь в очень податливую и очень пьяную субстанцию. В один из таких вечеров Тэён повалил его на кровать и начал щекотать, сам при этом едва не скатываясь с постели. Доён терпеть не мог щекотку, но вывернуться из цепкой хватки Тэёна у него не хватало сил. Он все-таки тоже пил далеко не чай. – Знаешь, Доён, – Тэён наконец его отпустил и, перекатившись на спину, мечтательно уставился в потолок. – Я тут понял, что никогда раньше не влюблялся. Доён удивленно повернулся к нему: – И какое по счету пиво привело тебя к таким мыслям? – не сдержался от насмешливого замечания он. – Мм… – задумчиво протянул Тэён. – Да просто, подумалось, – он прикрыл глаза. – А ты влюблялся? Доён повел плечом и закинул руки за голову: – Нет. – А хотел бы? – смазанно уточнил Тэён и тут же громко зевнул. Доён прошелся взглядом по горящим над кроватью разноцветным лампочкам гирлянды: – Не знаю, – честно ответил он. – Мне кажется, тебе бы понравилось, – пробормотал Тэён и, заворочавшись, отвернулся к стене. – Это такое чувство… – он причмокнул губами. – Будто у тебя в животе что-то загорается, когда ты смотришь на того, кто тебе нравится. А когда ловишь его взгляд, у тебя перехватывает дыхание и… – Тэён вздохнул. – Я так напился, – вдруг несчастным голосом произнес он. – Опять несу всякую чушь. Доён беззлобно рассмеялся и, поднявшись с кровати, плотнее укрыл Тэёна одеялом: – Спи уже. Водички я тебе принесу. – Спасибо, – прошептал Тэён и, глубоко вздохнув, сонно засопел. Доён вышел из комнаты и тихо хмыкнул. Может, Тэён прав. Может, влюбиться и было хорошей идеей, вот только откуда об этом знать самому Тэёну. Доён далеко не сразу понял, что все, о чем сказал ему Тэён, не было навеяно какой-то романтической комедией. . Осознал он это в тот момент, когда Тэён, еще секунду назад разговаривавший с ним, вдруг странно вздрогнул и едва заметно покраснел, глядя куда-то Доёну за спину. Он обернулся, чтобы проследить за взглядом, и непонимающе приподнял брови, заметив вошедшего в раздевалку Тэна. – Тэён! – он щелкнул пальцами перед носом Тэёна, привлекая внимание. – Так что насчет вечера? Мне покупать билеты? – секунду назад они действительно собирались сходить вечером в кино. – Д-да, – запнувшись, отозвался Тэён и зарделся еще сильнее. – Тогда попкорн с меня, – он криво улыбнулся и, еще раз скользнув глазами мимо Доёна, вылетел из раздевалки в зал. Доён оглянулся на Тэна. Тот, приветливо ему подмигнув, начал переодеваться – и на этом их короткий обмен приветствиями закончился. Доён тогда решил, что непонятная реакция Тэёна ему померещилась, потому как всю тренировку и целый вечер после, который они провели в кино, а затем и дома, обсуждая увиденное, тот вел себя как обычно: повторял самые несмешные шутки во всем фильме и громко над ними смеялся, бросался в Доёна остатками попкорна, выходя из кинотеатра, и, лениво развалившись на кровати в собственной комнате, пересчитывал огоньки гирлянды, напевая при этом какую-то детскую песенку. И только один раз Доёну снова показалось, что что-то не так – когда телефон Тэёна завибрировал уведомлением и тот, прочитав сообщение, посмотрел на Доёна блестящими глазами: – Тэн предлагает завтра вечером собраться и устроить вечеринку прямо в зале. Доён, моргнув, неверяще мотнул головой: – Он совсем с ума сошел? – Это же Тэн, – Тэён, улыбнувшись, прикусил губу и стал быстро печатать ответ. – Я написал, что мы в деле, – торжественно изрек он и отбросил мобильный в сторону. Доён закрыл лицо руками и застонал: – Ты тоже совсем с ума сошел? Тэён хихикнул, подполз к Доёну поближе и встрепал его волосы: – Возможно, – прошептал он и, резко напрыгнув сверху, начал его щекотать. Доён, пихаясь и тщетно пытаясь увернуться, где-то в глубине души чувствовал, что не все так просто. И если бы он только знал насколько.