Слова или действия. Или и то, и другое?

      В вагоне, на удивление, было безлюдно. Обычно в главное части собирает экипаж и гости, но сегодня очень спокойно.       Дань Хэн давно ждёт рыжеволосую женщину. Настолько, что в пустом вагоне стало скучно без чего-либо, поэтому видьядхаре пришлось рассматривать совсем наскучивший за время странствий по кораблям бескрайний космос. Он немного раздражённо выдохнул: как знал, что следовало взять с собой книгу или смартфон на этот «короткий разговор».       Из двери входит отнюдь не Химеко, а его напарник. — Привет. Келус, ты не видел Химеко? Она сказала ждать её здесь, но пропала, как и весь экипаж.       Первопроходец промолчал, чем заставил нахмуриться. Что вообще творится, в самом деле? — Не расскажешь, что происходит? — поднял бровь Хэн на не явно, но всё-таки смущённого Келуса. — Поговорим? — улыбнулся в ответ.       Всё пазлы сложились в голове Дань Хэна, после этого. Он кивнул, хотя нахмурился на секунду немного больше. Быстро расслабив лицо, наблюдал, как первопроходец садится в кресло напротив.       Этот разговор то, чего не сильно хотел Дань Хэн. Изначально он не был уверен, истинны ли его догадки относительно чувств Келуса, однако сейчас не стояло вопросов так ли это. Возможно, взаимность могла бы радовать — ведь какой шанс, что юноша, взявшийся из ниоткуда, и так же внезапно начавший вызывать неведомое им ранее чувство, прямо сейчас сидит перед ним, чтобы рассказать то, чего так хочет бессмертное сердце, — только если бы не настоящее обличие. Что будет, когда Келус узнает правду о нём? Будет смотреть так же, как и они когда-то, отвергнет за ужасные грехи прошлой жизни? Пока Дань Хэн не знает точно, что этот человек любит его в ответ, он не испытает столько боли, если его отвергнут. — Знаешь, куда мы отправимся дальше? После Лофу. — Знаю, — на забавно округлившимися глаза, которые теперь смотрели требовательно, Дань Хэн усмехнулся. — Но не скажу.       Келус затаил дыхание, внимательно впитывая вид такого напарника. Он что, улыбается при нём? Это событие практически вводило в ступор не меньше, чем внезапные объятья.       Когда первопроходец хотел открыть рот, чтобы как-нибудь прокомментировать увиденное, Дань Хэн его прервал, снова возвращая привычный холод. — Не надо этих предисловий и долгих диалогов. Ты ведь что-то хотел сказать? — Да… Дело в том, что я-       Предложение оборвалось неожиданно выключившимся светом. Видьядхара подорвался с места, призывая копьё. Кто же мог вторгнуться на экспресс? Неужели охотники за стелларонами принялись за дело.       Свет включился обратно. Однако вместо обычного освещения в вагоне будто горели звёзды космического неба. Дань Хэн опустил оружие, отзывая его и облегчённо вздыхая: это всё Пом-Пом и её происки. — Ого, — восхищённо протянул Келус, что стоял совсем рядом, видимо, тоже готовый отражать атаки. — Не знал, что так можно. Одно дело смотреть в окно, но это…       В свете множества мелких для глаза звёзд, Келус выглядел по особому. Кажется, он потерял нить того, что хотел сказать, засмотревшись на эту картину. Лицо его будто светилось, а оружие первопроходца растворилось вместе с его неуверенностью, когда он подошёл ещё ближе к напарнику. — Это я попросил Химеко устроить нам встречу. А сделал это ради того, чтобы сказать тебе, что ты, вероятно, и так знаешь.       Дань Хэн, что не отводил всё время взгляда от друга, сейчас смотрел на него умоляюще и с плохо скрываемым (по его меркам) ужасом. Жаль только, Келус сейчас не смотрел на него в ответ. — Ты мне нравишься куда больше, чем просто напарник на Пути Освоения. Могу ли я рассчитывать на взаимность моей симпатии?       Вместо ожидаемого безразличия в глазах, Келус обнаружил тяжёлое отчаяние. Дань Хэн совсем не хотел бы позволять ему видеть это, но и врать не мог. Так же не мог, как и сейчас отвергнуть заветные чувства. Серо-голубые глаза закрылись вместе со вздохом. Возможно, раньше он поступился бы эмоциями ради разума и здравого смысла, но в этот момент казалось, что всё точно будет в порядке и что этот человек будет рядом несмотря ни на что.       Когда Келус уже отвернулся, разочаровавшись, Дань Хэн осторожно прикоснулся губами к его виску. Благо одинаковый рост позволял сделать это без лишних прикосновений.       Первопроходец резко развернулся, удивлённый и с бешено колотящимся сердцем. Будто недавно удирал от непосильного ему монстра. Хотя нет — это ощущение куда лучше. Те проблески грусти в родных глазах превратились в нежность. — Значит, твой ответ… «Да»? — Ха-а. Я не хочу отвергать взаимные чувства, — Келус судорожно вдохнул на этих словах, поглощённый эмоциями, — …но ты не знаешь меня. Сколько грехов было совершено. Даже сейчас…       Дань Хэн оборвался, не осмелившься сказать «даже сейчас я вру тебе». Облик драконорождённого пугает людей, а Келус, он уверен, пока не подозревает вообще о существовании таких. — Мне всё равно, что ты делал до попадания на экспресс, — улыбнулся юноша. — Перед вступлением на Путь Освоения мы должны принимать и отпускать прошлое, если оно есть. И я готов принять и простить твоё. — Какой же ты упёртый, — качал головой видьядхара. Может, в этот раз он сможет довериться кому-то до конца. Келус не раз показывал свою преданность и в его слова охотно верится. — На Лофу тебя будет ждать много трудностей. Мне жаль, что я не могу пойти туда с тобой, чтобы помочь. — И надо было тебе это? — пробормотал первопроходец. Он оглянулся со вздохом: такая романтичная атмосфера, признания — а Дань Хэн взял и всё испортил. Келус рассмеялся, ведь ничего другого от него не следовало ожидать. — Что?       Келус поднял руку, чтобы притянуть голову напарника к себе и поцеловать, как давно хотелось. Сперва просто прикосновение, которое выбило из него весь дух под удивлённый взгляд. Впрочем, Дань Хэн сразу успокоился и ответ не заставил себя ждать. Юноша улыбнулся и превратил то прикосновение в полноценный поцелуй.       Этот поцелуй был неожиданностью, однако таким желанным, что противостоять ему не было сил. Непривычные чувства поселились в груди, и Дань Хэн неуверенно положил руку на талию возлюбленного. Будто только этого и ожидавший, Келус придвинулся вплотную.       Совсем забываясь в интимной близости и таких манящих губах, видьядхара прикусил их острыми клыками почти до крови. На это Келус тихо вскрикнул, резко отстраняясь. — Прости. Всё нормально, кровь не идёт?       Дань Хэн забеспокоился, что всё испортил. Он прошёлся пальцем по губам, с облегчением не обнаруживая ранки. Снова его настоящая сущность, а в частности по-драконьи острые клыки, испортили нечто важное. «Мне нужно больше работать над своей выдержкой», — сделал заключение Дань Хэн.       Он опустил голову на плечо первопроходца, успокаивая чувства.       Келус внезапно смущённо засмеялся. — Ты чего? Всё в порядке! Не говори, что холодный и безразличный ко всему Дань Хэн начал загонять себя, потому что расслабился в поцелуе со знаменитым носителем стелларона! — Так вот как ты меня видишь, — нарочито серьезно ответил Дань Хэн, чуть приподнимая голову к самому уху.       Он отстранился и прищурил глаза, всматриваясь в профиль «знаменитого».       Под такой взгляд Келус быстро стушевался. После он вдруг сильно покраснел, и поднял голову к сверкающему потолку. Они оба всё ещё стояли максимально близко, а одна из рук копейщика кольцом обнимала первопроходца за талию. — Только дошло? — поднял бровь Дань Хэн.       Тот только резво кивнул, после чего приложил руку к белоснежной щеке, начиная поглаживать её.       Молодой видьядхара прильнул ближе, нежно сминая губы юноши. Это ощущалось таким важным, что Дань Хэн не мог думать ни о чём другом, кроме как о Келусе. Тепле его тела, такого идеального в его объятьях, прикосновениях рук, что перебирали короткие тёмные пряди, и пылающих щеках, с начинающими краснеть губами.       Когда Дань Хэн сжал крепче руку на затылке, первопроходец издал стон от неожиданности. Нежный поцелуй ярко контрастировал с грубо сжатыми волосами. Келус смутился сильнее, и прекратил. Он ведь раньше даже мечтать о таком не смел. Эоны, они только что целовались?.. — А ты против? — кажется, последние слова он сказал вслух. — Правда ведь можно? — Почему нет? Мы же теперь пара? — всё ещё не уверенный в происходящем Дань Хэн, рассматривал размышляющего напарника, который точно не ожидал того, что сейчас было, хоть и явно этого хотел. — Пара… Тогда мне можно прикасаться к тебе как угодно, как я хочу? — Нет. Я ведь могу поставить счётчик твоих касаний ко мне. Уверен, что готов? — Келус уловил сарказм и решил подыграть.       Он медленно поднял ладонь выше по голове, чтобы начать гладить. — Ради тебя буду готов оплачивать, — прошептал Келус.