Неверные выводы

      Спустя три недели ночёвок на диване Майка Джон вернулся в квартиру 221В по Бейкер-стрит (с недавних пор он отказывался называть это место домом), чтобы забрать свои вещи. Он ожидал, что в чёрном лимузине его будет ждать мужчина с зонтиком, и глубоко внутри Джон даже надеялся, что высокомерный тон Майкрофта напомнит ему, что неравнодушие — не преимущество, и что с самого начала ему следовало держаться от Шерлока Холмса подальше.       Однако улица была пуста, прохладный осенний вечер совсем не располагал к прогулкам, и казалось, будто у каждого человека в этом городе рядом есть тот, с кем можно было бы разделить уют и тепло. У каждого, кроме Джона.       Вытащив связку ключей из кармана чёрных джинсов, Джон с грустной усмешкой подумал, что это любимая пара Шерлока, после чего толкнул входную дверь, тут же замечая свет из-под полуоткрытой двери, ведущей в квартиру миссис Хадсон. Только он собирался постучать, как заметил, что она уже поднялась на ноги и бросилась ему навстречу.       — О боже, как я рада снова видеть тебя дома. У вас с Шерлоком небольшая семейная ссора, да? Я беспокоюсь за него — с тех пор, как ты ушёл, он ни разу не вышел из квартиры. Я, конечно, приносила ему еду, но ты и сам знаешь, что он не из тех, кто может похвастаться хорошим аппетитом. Особенно в последнее время, — миссис Хадсон едва сдерживала слёзы. — Ему даже хуже, чем было после твоей свадьбы, я уже не знаю, что могу сделать, чтобы ему помочь. О, прости, ты наконец-то вернулся домой, а я тебя задерживаю! Тебе нужно подняться к нему, Джон, — с этими словами миссис Хадсон подтолкнула его к лестнице, из-за чего Джон чуть не споткнулся о первую ступеньку.       Когда только заходил, Джон собирался сказать, что вернулся всего лишь за вещами, но после такого приветствия у него просто духу не хватило во всём признаться.       Вместо этого он поднялся по лестнице, которая теперь казалась ещё темнее и ещё круче, чем когда-либо прежде, и, как сказал бы Шерлок, приготовился «к бою». Джон боялся найти его в луже собственной рвоты, скончавшегося от передозировки наркотиками.       Однако стоило ему открыть дверь, как он увидел Шерлока, сидящего перед камином, казалось, даже в расслабленной позе, и бросающего в пламя обрывки каких-то бумаг.       — Эмм, привет… Шерлок. Хотел сказать «мистер Холмс», но, учитывая нашу с тобой историю, это прозвучало бы глупо. В общем… Не стоит тебе оборачиваться. Не нужно делать всё ещё более неловким, чем оно и без того есть. Я вернулся, чтобы забрать свои вещи, полагаю, ты не стал их упаковывать, так что мне может потребоваться несколько минут. Прости, что беспокою тебя.       Всё это было высказано скорее копне чёрных кудрей, чем самому Шерлоку. Джон развернулся, чтобы подняться в свою комнату за сумкой для вещей, но остановился, потрясённый, когда вместо привычного глубокого баритона услышал слабый хриплый голос.       — Мой ответ… Если бы ты всё-таки спросил, я бы ответил «да». Тебе, наверное, уже ни к чему об этом знать, но я подумал… Я подумал, что так тебе будет проще всё это пережить. Когда ты поймёшь, что одержал победу. Моё сердце, мои мозги, я… Я больше не знаю, что со всем этим делать.       Не позволяя себе задуматься ни на секунду, Джон сжал кулаки и в несколько шагов пересёк гостиную, после чего схватил Шерлока за волосы и изо всех сил потянул назад.       — Даже не смей, Шерлок! Не смей заставлять МЕНЯ чувствовать себя виноватым. Это ТЫ всё разрушил. Ты знал о моих проблемах с доверием, знал, как сильно я боялся снова тебя потерять после прыжка с крыши. Чёрт, ты знал о моей бывшей жене, которая лгала и изменяла мне на протяжении всего нашего брака. И всё же… — Джон усилил хватку, едва ли вырывая пряди. — И всё же ты предал меня! Предал, потому что думаешь, что лучше всех всё знаешь. Что ж, сюрприз! Это не так.       Разжав пальцы, яростно сжимающие волосы Шерлока всего несколько мгновений назад, Джон почувствовал, что силы внезапно покинули его тело. Всхлипывая, он сполз на пол рядом с Шерлоком, не смевшим за всё это время произнести ни слова. Шерлок хотел обнять Джона, прижать к себе, пообещать, что всё будет хорошо. Однако он больше не имел на это право, и ему не оставалось ничего лучше, кроме как придвинуться ближе и слушать тихие всхлипывания и треск огня в камине.       Прошло не меньше пяти минут, прежде чем Шерлок осмелился что-то сказать, видимо, боясь, что может упустить последний шанс на искупление.       — Джон, когда я прошу прощения, я прекрасно понимаю, что этого и близко не достаточно, чтобы всё исправить. Я избавлю нас обоих от боли, которую принесут мои бессмысленные извинения. Вместо этого я хочу сказать, что ты был прав. Когда дело касается отношений, я становлюсь последним идиотом, и я, похоже, просчитался. Или, как бы сказал ты, — я облажался. По-крупному. Если я могу сделать хоть что-нибудь, чтобы ты почувствовал себя лучше, пожалуйста, дай мне знать. Я хотел сказать, что никогда не чувствовал себя настолько ужасно, как за прошедшие три недели, хотя, думаю, миссис Хадсон тебе и так уже всё рассказала. Но я не причинял себе вреда и уж точно не притрагивался к наркотикам. Уверен, Майкрофт будет рад это услышать.       Джон никак не отреагировал, и Шерлок сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить:       — Как только ты ушёл, я понял, что у меня больше нет смысла жить. Пожалуйста, не расценивай это как угрозу самоубийства, я просто говорю то, что чувствую. Ты не являешься частью моей жизни, Джон, потому что ты и есть вся моя жизнь. Блогер, друг, любимый человек, шеф-повар, врач и сиделка. Если в моей жизни есть ты, мне не нужен никто другой. Я хочу видеть тебя в своей жизни всем своим недалёким мозгом. Мозгом, который временами делает невероятно глупые выводы. Понимаю, что всё это… Нельзя ничего исправить, просто рассказав тебе о своих чувствах. Я знаю, как долго придётся работать, но ради тебя, Джон, я готов приложить все свои силы, чтобы измениться. Я хочу стать лучше ради тебя. Ты знаешь, я не из тех людей, кто будет умолять, но сегодня я умоляю тебя, пожалуйста, Джон, вернись домой. Дай мне шанс доказать, что я могу быть тем, с кем ты захочешь провести остаток своей жизни. Пожалуйста.       Шерлоку потребовалась вся его выдержка, чтобы сидеть молча, покорно ожидая ответа. Пусть лучше Джон снова на него накричит. Шерлок знал, что должен был дарить ему счастье, а не причинять настолько сильную боль, какую не в силах был причинить никто другой.       Ответа не последовало, и Шерлок, решив, что Джон просто заснул, поддался искушению, поднимая глаза, чтобы ещё раз на него посмотреть.       Неожиданно Джон склонил голову Шерлоку на плечо, тем самым заставая его врасплох, и Шерлок почувствовал запах любимого лимонного шампуня Джона.       Этой ночью не было произнесено больше ни слова, пока ещё слишком рано для «жили они долго и счастливо», однако именно эта ночь стала началом их собственной длинной истории.