warm

— Ты так смотришь на меня. — Как «так»? — Ну…нежно что ли. Чжань медленно выдохнул и улыбнулся уголками губ, заметив, как младшего смутили его слова. — Обычно от твоего взгляда холодно. Как если бы меня заперли в холодильнике. А сейчас тепло, странно так. У Ибо по коже забегали мурашки. Словно эти слова значили для него немного больше, чем им придавали смысла. Он осторожно дотронулся холодными пальцами щек своего гэгэ, медленно загреб ими влажные после душа волосы на затылке, слегка взъерошивая их. На мгновенье растерялся и забегал глазами по любимому лицу. Был такими суетливым, что Чжань не смог удержаться от тихого смешка. — Ну что ты? Как будто впервые меня видишь. Нетерпеливо сглотнув, Ванг в тот же момент приблизился к его губам и осторожно поцеловал. Так нежно и чувственно, как только умел. Сяо почувствовал это всеми фибрами своего сердца, которое охватила почти болезненная истома. Сам того не заметив, он перенял инициативу на себя и не грубо, но настойчиво раздвинул кончиком языка чужие губы, углубляя поцелуй. Его руки непроизвольно обласкали чужие коленки и начали двигаться по сильным бёдрам. Ван позволил себе отстраниться всего на мгновенье. Рвано выдохнув, он опустил одну ладонь вниз и забрался ей под чужую футболку. Обхватив толкую талию старшего, он торопливо притянул ее ближе, словно испытывал до неприличия острую необходимость в том, чтобы пространства между ними совсем не осталось. Чжань как будто понимал это, поэтому, обхватил его за шею, прижимаясь всем телом. — Ван Ибо — тихо обронил он младшему на красное от смущения ушко. — А тебе со мной тепло? Ибо был искренне возмущен таким глупым вопросом. Нахмурившись, он прижался к чужому плечу горячими губами. А в следующее мгновенье неожиданно укусил его, на всякий случай прижимая вздрогнувшее тело сильнее, чтобы не вырывалось. — Сс… Ибо, ты… — не успел Чжань дошипеть своё недовольство, как его тихо перебили. — Больно? — Значит в курсе. Зачем тогда кусаешься? — На всякий случай. Сяо Чжань перевел дыхание, терпеливо прикрывая глаза. — Какой такой случай? — Если надумаешь сказать ещё что-нибудь тупое. — «Тупое»? — удивленно переспросил старший, вскидывая брови — Эй, мы снова начинаем? Ван Ибо, снова начинаем, спрашиваю? Но начинать Ибо ничего не планировал, а продолжить незаконченное явно был настроен решительно. Чуть отстранившись, он потянулся к возлюбленной родинке под нижней губой и шумно чмокнул ее. — Бесстыжий — в сердцах выдохнул старший, разглядывая игривую медовую радужку в глазах напротив. Его всегда удивляло, как Ибо удавалось оставаться невозмутимым в лице, когда в его взгляде плясали черти. — Не ворчи. — А то что? — Морщины появятся раньше времени— беззлобно объяснил Ван, расплываясь в улыбке. Кажется, его забавляло дразнить Сяо больше, чем все на свете. — Грубиян! — Это забота. Чжань тяжело вздохнул несколько раз подряд, прежде чем снова заговорить. — Все так сложно. Это потому что ты молод? Не знаю, как тебя понимать. Ибо на мгновенье задумался, словно совесть наконец настигла его. Но потом его руки вновь нагло скользнули под чужую одежду, оглаживая пальцами позвонки и заставляя Чжаня в очередной раз терять дар речи. — Понимать не надо. А вот от поцелуя я бы не отказался — заявил он с такой же легкой улыбкой на лице и ненавязчиво облизнул нижнюю губу, не отрывая взгляд от старшего. Сяо вновь оказался безоружен. Ему слишком нравилось, как улыбается Ван. А ещё больше нравилось то, что это происходит только рядом с ним. Нравилось чувствовать себя особенным для него. — Бесстыжий грубиян. — Повторяешься, как дед, гэгэ. — Тихо — прошипел напоследок Чжань и почти агрессивно припал к чужим губам. Ибо никогда не называет его «гэгэ», когда они наедине. А если называет — это провокация. Провокация, на которую Сяо с удовольствием ведётся каждый раз.