Во всем виноваты виски, торт и мудак по имени Майкл

Во всем виноват виски. Именно эта мысль пришла в голову Сириуса Блэка после пробуждения. Во рту было суше, чем в пустыне Сахара, глаза воспалились и отказывались открываться, а голова гудела так, будто в неё угодил «Ступефай». Недовольно промычав ругательства, Сириус потянулся и медленно перевернулся набок, тут же оказавшись прижатым к чьему-то тёплому обнажённому телу. Так... Мозг Сириуса принялся лихорадочно припоминать события минувшего вечера. Он в компании Римуса, Гарри, Рона, Невилла и Кингсли засиделись в баре. Было много виски. А как же! Его крестника повысили. Такое событие нельзя было не отметить. Кажется в какой-то момент к их компании присоединились три миловидные девушки. Но как бы Сириус не старался, а вспомнить ни их лица, ни имена не получалось. К тому моменту он уже знатно набрался. Кажется после бара они направились в клуб, а дальше всё как в тумане. Понимая, что нет смысла гадать, Сириус медленно приоткрыл глаза и увидел копну тёмно-каштановых кудрей, рассыпанных по его подушке. Девушка лежала к нему спиной. Глаза Блэка невольно скользнули вниз, отмечая оливковую кожу, узкую обнаженную спину и его одеяло, прикрывающее женские ягодицы. Значит вернулся он домой не один. Сириус попытался немного привстать, но обнаружил, что незнакомка с очень красивой спиной использовала его руку в качестве подушки. Чёрт! Его рука затекла. Аккуратно, чтобы не потревожить свою гостью, Сириус попытался вытащить руку, но видимо он был не слишком осторожен, потому что девушка слабо зашевелилась. Лопатки под кожей пришли в движение, спина соблазнительно выгнулась, а одеяло немного сползло, открывая взору Блэка милые ямочки на пояснице. Сириус затаил дыхание. Девушка тихо застонала, сильнее выгибая спину, словно приглашая Блэка провести по нежной коже пальцами. Затем языком. Сириус гулко сглотнул, почувствовав жар внизу живота. Девушка перевернулась, сонно потирая ладонями лицо. Округлая небольшая грудь с нежно-розовыми сосками оказалась прямо перед его лицом. Сириусу всё больше начинало нравиться это утро. Она что-то промычала, отвела руки в сторону и распахнула глаза. Секунда. Оба подорвались со своих мест, как ошпаренные. — СИРИУС? — ГЕРМИОНА! Грейнджер лихорадочно принялась натягивать на себя одеяло, в то время как Сириус неуклюже путался в простыне. — Какого черта ты делаешь в моей постели? — истошно вопила Гермиона. — В твоей постели? Ты ничего не перепутала, дорогая? — фыркнул Сириус. Гермиона застыла и боязливо огляделась. С каждой прошедшей секундой, её лицо все больше заливала стыдливая краска, а глаза казалось могут выпасть из орбит. — Чёрт! — пискнула она, когда её взгляд остановился на груде собственной одежды, сваленной кучей на полу. — Я-я... — начала заикаться девушка, — Почему я здесь? — Ты меня спрашиваешь? — выгнул бровь Сириус. С губ Гермионы сорвался дрожащий вздох. — Я совершенно не имею представления, как здесь оказалась. Вчера я... — Гермиона замолчала и нахмурилась. Затем отвернулась от Сириуса и заглянула себе под одеяло. — Чёрт! — вновь выругалась она. — Я так понимаю под одеялом ничего нет, — насмешливо констатировал Блэк. Гермиона резко повернулась к нему. Она нервно жевала нижнюю губу и старательно не смотрела на Сириуса. — Я... Я вчера не... — нервно лепетала она. Серые глаза насмешливо сверкали. Сириус совершенно не собирался помогать ей сбавить градус неловкости и терпеливо ждал, пока она сформулирует мысль. Гермиона вновь тяжело вздохнула и сжала пальцами переносицу. — Я приставала к тебе? — обречённым голосом спросила она. Брови Сириуса удивлённо взлетели вверх. — А могла? — решил уточнить он. — Конечно, нет! — возмущению в голосе Гермионы не было предела, — Но... вчера я была очень расстроена и выпила лишнего. И... ну знаешь как бывает... — Не знаю, я в такой ситуации впервые. Гермиона обожгла его взглядом. Сириус усмехнулся. Он и раньше замечал, что Гермиона становилась очень привлекательной, когда злилась. Карие глаза гневно сверкали, черты лица становились острее, даже волосы, казалось, местами начинали электризоваться. Но дальше этого мысли Блэка никогда не уходили. — Ты можешь просто ответить: было между нами что-то или нет? — плотнее кутаясь в одеяло, спросила Гермиона. — Не знаю. Я ничего не помню. Так получилось, что вчера я тоже был пьян. Но раз мы оба голые оказались в одной постели, то предполагаю, что было. — Или... — с надеждой продолжила Гермиона, — мы оба были настолько пьяны, что вырубились сразу же, как доползли до постели. — Такой вариант тоже возможен, — согласился Сириус. — Отлично! — Гермиона радостно хлопнула в ладоши, выпустив одеяло из рук, которое тут же сползло вниз. Она с писком подхватила его у груди. Сириус вновь усмехнулся, наблюдая за краснеющей девушкой. Интересно, было бы очень бестактно с его стороны сообщить, что он уже видел её грудь? Даже успел оценить. — Тогда, если никто из нас ничего не помнит, сделаем вид, что этого утра вообще не было? — осторожно предложила Гермиона. — Хорошо. — Ладно. — Отлично. — Отлично! *** Впрочем, сделать вид, что ничего не было Сириус не смог. Просто потому что он не был готов к тому, что будет бесчисленное количество раз прокручивать в голове то утро. Первый раз Сириус поймал себя на том, что откровенно пялится на Гермиону, когда она привычно спустилась на кухню в лёгком летнем сарафане. Она всегда носила такие сарафаны по дому. Тонкие лямки, приталенный силуэт и короткий подол, доходящий до середины бедра и открывающий взор на её ноги. Почему раньше Сириус не замечал, что у неё такие красивые ноги? Наверное потому что просто не смотрел. Даже мысли такой не допускал. Ведь она всегда была для него... просто Гермионой. Той девочкой, которая когда-то верхом на гиппогрифе спасла его от казни. Лучшей подругой его крестника, которая практически выросла на его глазах. Да, Гермиона Грейнджер выросла. Повзрослела. Сейчас ей двадцать два. Она работает в Министерстве магии в отделе регулирования магических популяций. Один из самых перспективных сотрудников, которая успешно продвигает один проект за другим. Сразу после войны она поселилась на площади Гриммо вместе с Гарри и Сириусом. Идти тогда ей в общем-то было некуда. Мистер и миссис Грейнджер, после того как им вернули память, простили дочь, но предпочли остаться в Австралии. А позже ей не дали съехать Сириус и Гарри, которые уверяли, что она нисколько их не стесняет. И вообще, в особняке слишком много пустых комнат. Так Гермиона осталась на Гриммо на неопределённое время. И никогда Сириус не смотрел на Гермиону как на девушку. Она была другом, соратником, единомышленником и только. До недавнего момента. А теперь... Он то и дело ловил себя на том, что всё время смотрит неё. На её плечи, шею, декольте и ниже. На её щиколотки. Но самое интересное было, что и она на него смотрела. Украдкой, краем глаза, когда думала, что никто не видит. Но она была не так осторожна, как думала. Вот только Сириус не знал, с какими мыслями она на него смотрела. Может ей было неловко? Может... противно? Всё-таки она оказалась в постели не с каким-нибудь незнакомым красавцем, а с Сириусом. С крёстным отцом её лучшего друга. С человеком, который старше на двадцать лет. Хоть Сириус и выглядел неплохо для своего возраста, но прожитые годы и прошедшие две войны всё же оставили на нём свои следы. А ещё... ему недавно приснилось то утро. Вот только закончилось оно совсем по другому. Блэк смутно помнил, как потянулся к ней. Или она к нему? Гермиона выглядела такой сонной, милой и вкусной. Они целовались. Долго и чувственно. Она забралась на него сверху, одеяло оказалось отброшено в сторону. Сириус водил руками по её спине, нашёл пальцами те самые ямочки и притянул ближе, чтобы она тёрлась об него так, как ему хотелось. Она прикрыла глаза и сладко выгнулась. Её грудь оказалась прямо перед его лицом. Сириус потянулся, чтобы провести языком по розовому соску и... прозвучал сигнал будильника. Блэк проснулся со стояком и бешено колотящимся сердцем. *** Во всем виноват торт. Именно так думал Сириус, когда шоколадное суфле оказалось на его волосах. Ругаясь сквозь зубы, Сириус слишком сильно взмахнул венчиком, ещё сильнее разбрызгивая вокруг шоколадную смесь — Да чтоб тебя! — буркнул Блэк, когда суфле начало растекаться по его пальцам, — Как же его... На кухню зашла Гермиона и резко присела, уворачиваясь от летящего в разные стороны десерта. — Чёрт! Прости. — выкрикнул Блэк, взмахивая палочкой и пытаясь убрать бардак вокруг. — Осторожно! — пискнула Гермиона, но было слишком поздно. Сириус случайно сбил локтем бутыль с маслом, опрокидывая её на пол. Гермиона подбежала и подхватила бутыль, пока всё масло не вытекло на пол. На её светло-голубом сарафане осталось несколько пятен. — Что здесь произошло? — нахмурившись, спросила она. — Это всё этот чёртов торт! — обвинительно ткнув пальцем в миску с шоколадным суфле, сердито буркнул Сириус. Гермиона перевела растерянный взгляд с недовольного Сириуса на заляпанные вокруг стены, затем на венчик, снова на Сириуса и расхохоталась. У неё даже слёзы на глазах выступили. Сириус пробурчал, что это вовсе не смешно, но глядя на смеющуюся девушку, его губы тоже расползлись в улыбке. — Что вообще ты делаешь? — убирая бутыль в сторону, спросила Гермиона и прислонилась бедром к столешнице, наблюдая за манипуляциями Блэка. — Как что? Шоколадный торт, конечно. Завтра ведь у Лунатика день рождения. Забыла? — Не забыла, но зачем ты печёшь торт сам? Можно ведь купить. — Нет-нет. Это традиция, Гермиона. Каждый год примерно с пятнадцати лет мы с Джеймсом и Питером пекли для Римуса шоколадный торт на его день рождения. Как раз в тот год мать Римуса умерла, а она всегда пекла для него этот торт. После её смерти эту эстафету приняли мародеры, ну а теперь только я. Хотя, признаться честно, за столько лет я забыл как это делается. Да и раньше особо не умел, пекли в основном Джеймс и Питер, а я мешался у них под ногами. Но теперь кроме меня делать это некому. Поэтому я расшибусь в лепёшку, но испеку его. Гермиона прикусила нижнюю губу. — Это... так мило, Сириус! — тихо выдохнула она. — Я умею быть милым, — обольстительно улыбнулся Блэк, слизал с пальца шоколадное суфле и вынес вердикт: — Идеально! Подай коричневый сахар и мерную ложку, пожалуйста. Гермиона улыбнулась и протянула ему требуемое. Сириус начал не очень ловко взбивать суфле, слизывая с пальцев другой руки шоколадную смесь. — Ты ведь в курсе, что ешь сырое тесто? — решила на всякий случай уточнить Гермиона. — Конечно. Между прочим, это очень вкусно! — Гермиона с сомнением посмотрела на суфле на пальцах Блэка, — Что? Неужели ты никогда не облизывала ложечку с шоколадным суфле или кремом, пока твоя мама готовила торт? Даже я со своим чопорным воспитанием умудрялся проникать на кухню и по-тихому слизать крем со всем ложек, пока домовики не видели. — Моя мама не готовила торты, она их всегда покупала. — пожала плечами Гермиона. — Ты слишком многое упустила в жизни, — покачал головой Сириус и, зачерпнув ложкой суфле, тут же отправил его в рот. Немного смеси осталось на его губах, которые он тут же облизал. Гермиона невольно проследила взглядом за этим движением и гулко сглотнула. — Хочешь попробовать? Уверяю, ты в жизни никогда ничего вкуснее не ела. Мы с Джеймсом и Питером чётко следовали рецепту миссис Люпин, а позже, когда... Гермиона не дослушала. Подавшись вперёд, она ухватила Сириуса за левую руку, притянула ближе и втянула в рот указательный палец, тщательно слизывая с него суфле. Сириус застыл. Кажется даже дышать перестал, немигающим взглядом наблюдая за движениями рта и языка Гермионы. А Грейнджер, тем временем, точно так же облизала средний палец мужчины, медленно водя по нему языком. От собственной смелости вниз по шее побежали мурашки. В конце она с удовольствием причмокнула губами. — М-м, ты прав. Действительно очень вкусно! — улыбнулась девушка и, развернувшись, вышла из кухни. *** Гости посмеивались над смущённым Римусом, которого очень натурально изображала Тонкс. Гарри и Рон возились с Тедди, пытаясь его накормить, Джинни и Джордж о чем-то тихо шептались, а Гермиона интересовалась у Артура неким магическим артефактом, конфискованным недавно в Лютном. Сириус сидел немного в стороне, вел себя удивительно тихо и время от времени поглядывал на Гермиону. Та беззаботно покачивала ногой в такт музыке и кивала на слова Артура, который очень эмоционально ей что-то рассказывал. Её звонкий смех наполнил комнату, отскакивая от стен и пробуждая в груди Сириуса странную тяжесть. — Время есть торт! — объявила Молли, вынося на подносе немного кривой шоколадный десерт. — Тот! Тот! — весело кричал Тедди, радостно хлопая ладоши. Под общие аплодисменты и поздравления, Римус задул свечи. Тонкс и Джинни помогали резать торт и раскладывать его по тарелкам. — Так ты говоришь, что он испечён по рецепту твоей мамы? — поинтересовалась Молли. — Да, она всегда пекла его для меня на каждый день рождения. — грустно улыбнулся Римус и, повернувшись, подмигнул другу, — Этот приготовил Сириус. — Сириус? — удивились Молли, — Я и не знала. Какой молодец! Сириус натянуто улыбнулся и притянув свою порцию ближе, вновь скосил глаза в сторону. Гермиона поймала его взгляд и на её губах расползлась ухмылка. — Очень вкусно! — и она с удовольствием слизала с ложки шоколадный крем. Сириус стиснул в пальцах свою ложку, не замечая, как та согнулась пополам. *** Во всем виноват мудак по имени Майкл. Именно так думал Сириус, наблюдая, как к Гермионе подошёл высокий смазливый блондин и протянул бокал шампанского. Благотворительный бал, устроенный министерством проходил в одном из самых роскошных ресторанов Лондона. Разумеется Блэк получил приглашение. Как глава одного из самых именитых домов, как член Визенгамота и как человек, чей сейф считается одним из самых богатых в Гринготтсе. Здесь же был и Гарри, который выглядел страшно скучающим и нетерпеливо поглядывал на часы. А уж не заметить Гермиону вообще не представлялось возможным, даже будь Сириус абсолютно слеп. С некоторых пор казалось, что её присутствие он ощущает нутром. Девушка выглядела ослепительно. Шелковистые волосы волнистыми прядями спадали на оголённые плечи. Длинное золотое платье с открытой спинкой оставляло мало места воображению. Сириус забыл как дышать, когда увидел её сегодня вечером. И он был в этом далеко не одинок. Добрая половина мужчин провожали взглядом Гермиону, которая приковала к себе всё внимание. Блэк отпил из своего бокала. К нему подошёл Гарри. — Как тебе вечер? — спросил Поттер. Сириус сморщился. — Не люблю подобные мероприятия. Напоминают балы, которые любила устраивать моя матушка. Дождусь, когда можно будет внести пожертвование, и уйду. Брови Гарри едва заметно дёрнулись вверх. — Что? — Сириус скосил на крестника подозрительный взгляд. — Да нет, ничего, — покачал головой Гарри и после неловкой паузы добавил: — Просто не думал, что ты захочешь оставить Гермиону одну. Тем более, когда она выглядит вот так. Сириус замер, не донеся бокал до рта, и потрясённо уставился на Гарри. — Что?.. О чём ты? — О, да брось! — закатил глаза Гарри, — Ты же не можешь всерьёз думать, что все вокруг слепые идиоты, которые ничего не замечают. Джинни говорит, что вы искрите уже несколько месяцев. Тонкс и Римус поспорили, кто из вас сорвётся первым. Молли гадает, в каком стиле вы захотите организовать свадьбу. А я... ну... — Поттер слегка покраснел, а его глаза неловко забегали по залу, — Помнишь тот вечер, когда мы отмечали моё повышение? — Сириус настороженно кивнул, — Я тогда вернулся домой почти сразу за тобой. Хотел убедиться, что ты в порядке, ты тогда сильно перебрал. В общем... я видел как вы целовались. Сириус нетерпеливо поджал губы, ожидая продолжения. — И всё? — уточнил он. Гарри недоумённо моргнул. — В смысле? — Мы только целовались и всё? Больше ничего не было? — Ты что ничего не помнишь? — шокировано спросил Поттер. — Гарри, потом будешь удивлённо хлопать глазами. Ответь на чёртов вопрос! — Сириус вцепился в свой бокал, чтобы точно так же не вцепиться в плечи крестника. — Ну не совсем. Слушай, мне и так было очень неловко. Я старался не смотреть, но то, что успел увидеть, выглядело очень многообещающе. Да и потом... Мерлина ради, вы что, не могли позаботиться о заглушающих чарах? Мне пришлось идти ночевать в другой конец дома, чтобы не слышать эти... звуки. Под конец своей тирады у Гарри покраснели даже уши. Сириус издал победный смешок. — Значит между нами всё было, — кивнул он сам себе. — Ты действительно ничего не помнишь? — Нет. Она тоже. Утром мы проснулись в одной постели и решили, что раз никто ничего не помнит, то ничего и не было. Гарри нахмурился, что-то напряжённо обдумывая. — То есть, вы не вместе? — Нет. — покачал головой Сириус и, залпом осушив свой стакан, с заговорщицкой ухмылкой добавил: — Пока что. Гарри широко улыбнулся. — Тогда советую поторопиться, иначе тебя опередят, — Поттер многозначительно указал мужчине за спину. Сириус обернулся и его глаза тут же зло сузились. Грёбаный Майкл вывел Гермиону в центр зала и они закружились в танце. Хмыкнув, Сириус сунул в руки крестника свой стакан и широким шагом направился к ним, уверенно рассекая толпу. — Прошу прощения, но мисс Грейнджер обещала первый танец мне, — мягко перехватывая девичью руку, сказал Сириус, обжигая блондина угрожающим взглядом, — как и все последующие танцы тоже. Майкл нахмурился, но не стал спорить, когда в их сторону были направлены столько взглядов. Он коротко кивнул и отошёл в сторону. Гермиона обернулась. У Сириуса, в который раз за вечер, перехватило дыхание. — Выглядишь восхитительно! — с искренним восхищением выдохнул Блэк. — Спасибо, — мягко улыбнулась Гермиона. — Ты тоже отлично выглядишь. Но что-то я не припоминаю, чтобы обещала тебе хоть один танец. — Ты много чего не помнишь, дорогая, — ухмыльнулся Сириус и, положив руку на девичью талию, притянул её ближе. — Но это вовсе не означает, что этого не было. Гермиона покраснела от этого намёка и вздрогнула ощутив его пальцы на своей обнажённой спине. — Может мне следует освежить память? — с вызовом задрав подбородок, дерзко заявила Грейнджер. Сириус ощутил, как в помещении резко стало не хватать воздуха. — Какая прекрасная мысль! — хрипло прошептал Блэк, — Не зря тебя называют самой выдающейся ведьмой своего времени. — Сбор пожертвований начнётся через двадцать минут, потом можем уйти. — Мерлин, дай сил пережить эти двадцать минут.