Подари любовь Венере

Минако достает наушник из уха. По подоконнику продолжает барабанить дождь. На кресле мирно посапывает Артемис, а полумрак мягко стелется по квартире, прогоняя последние лучи заходящего солнца. Девушка усмехается и вставляет наушник обратно. Неудачный получился вечер. С того момента, как ЧибиУса вернулась из будущего вместе с Дианой, Артемис частенько баловал себя игрой в хорошего отца и большую часть времени проводил со своей кошачьей семьей. Но иногда его тщедушная душонка требовала отдыха от этой чрезмерно идеальной жизни, и под предлогом помощи своей подопечной воительнице он без малейшего проявления совести спокойно дрых на своей огромной подушке. Сегодня Минако хотелось бы побыть одной. Открыть шкаф и достать из него коробку из-под сапог, запрятанную в самом низу. Там припасено несколько бутылок невероятно вкусного вина, которое они опробовали вместе с Усаги, когда решили учредить тайное общество никем не понятых блондинок. Вечер прошел тогда намного интереснее, чем сейчас. Минако закрывает глаза, наматывает на палец локон и погружается в воспоминания. Кто бы мог подумать, что чужие откровения способны оставлять шрамы. После четвертого бокала Усаги перестала и хихикать, и плакать. Лишь щурилась и силилась достать из коробки шоколадную конфету с начинкой, которая ей точно придется по вкусу. - - Если нас кто-то увидит в таком виде, будет большо-о-о-о-ой скандал! - будущая королева распахнула руки в попытке наглядно продемонстрировать масштаб возможного бедствия, но не удержала равновесие и завалилась на пол. - Мы никому не скажем. Честно. - Минако расхохоталась, помогая подруге подняться. - Настоящие леди молчат о том, что они пьют по вечерам вино и закусывают его конфетами, которые скверно сказываются на их талии. - А принцессы вообще не пьют, нет. И какают бабочками. Никогда не толстеют. И целуются только с наследными принцами. В комнате повисла неловкая тишина. Айно отодвинулась от подруги и сделала несколько жадных глотков из бокала. Они договорились не вспоминать об этом, не обсуждать и всю жизнь делать вид, что ничего подобного никогда не случалось. Но сама Усаги, которая так отчаянно требовала с подруги пообещать, что она никому не расскажет и не вспомнит об этом, нарушила табу. - Прости меня? - За что? - Минако оборачивается и внимательно смотрит на подругу. Усаги подтянула колени к груди и крепче сжала в руке бокал. Так странно. Вместе с появившимся от алкоголя румянцем из нее исчезла детская неуклюжесть и скованность. Она словно расцвела по-настоящему. Словно не было никакого перерождения и она так и осталась наследной лунной принцессой, выросшей во дворце. - Я этого хотела. Я хотела этого всем сердцем и душой. Я, конечно же, понимаю, что все это совершенно неправильно. Что я уже давно невеста и моя судьба предрешена, но... Просто я подумала, что никогда ведь не влюблялась так, чтобы нормально. Ну, знаешь, по-обычному. Ни когда тебя спасают, ни когда воспоминания о прошлой жизни толкают тебя в объятия совершенно незнакомого парня, а вот так... просто. Встретились мальчик и девочка, которые не умеют нормально проявлять свои чувства и...и .. - И целуются. Минако усмехается и наливает себе еще вина. - Ты не должна передо мной оправдываться, Усаги. Я не собираюсь тебя судить и уж тем более не стану хуже к тебе относиться. Я тебя понимаю и...даже немного завидую. - Завидуешь?! - Усаги наклоняется к подруге, широко распахнув глаза. - Чему тут завидовать?! Это просто ужасное чувство, когда ты сама не знаешь, чего хочешь! Вернее теперь знаешь, но от этого так стыдно и больно! Почему я такая тупая, что просто не могу делать все нормально, без совершения глупостей?! - Ты не тупая, Усаги. - Минако положила ладошку на плечо подруге.- - Мне кажется, что мы все ведем себя невероятно тупо, когда впервые сталкиваемся с какой-то ситуацией. На самом деле я страшно тебе завидую. Минако подмигнула подруге и салютовала ей бокалом. Усаги продолжала рассеянно хлопать ресницами. - Разве есть чему завидовать? У Меня было все: любимый парень, сделавший мне предложение, мое будущее с ним... А я... я ему изменила. - Ну, во-первых, не изменила, а поддавшись порыву просто поцеловала парня. Можешь считать меня в конец испорченной, но я не вижу в этом ничего плохого. Всю жизнь любить одного человека - это прекрасно, но где-то на грани фантастики. Как узнать, что твой любимый именно тот самый единственный и неповторимый, если не испытаешь чувств, когда прикасаешься к руке другого парня. Тебе было приятно держать Сейю за руку? - Приятно, но...Это совсем другое. - Без бабочек в животе, да? Усаги молча кивает, внимательно глядя на подругу. Складывается такое впечатление, что Айно читает ее, как открытую книгу. Предположение о том, что она просто могла испытывать что-то подобное, в голову почему-то не приходит. - Ты завидуешь мне, потому что хочешь поцеловать Ятена? - Я ведь тоже не знаю, чего хочу, Усаги. Знаешь, мне иногда кажется, что мне все равно, будет это Ятен или кто-то другой. Лишь бы только он сам хотел меня поцеловать. Лишь бы перестать быть бесхозной собачонкой и бегать за каждым, кто хотя бы отдалённо напоминает мужика. Усаги ставит бокал на пол и сгребает подругу в объятия. - Венера дарит всем любовь, помнишь? - - Звучит как рекламный слоган проститутки, - Айно усмехается и быстро вытирает бегущие по щекам слёзы. - Я устала, Усаги. У тебя есть друзья, любимый. У меня - только я сама. - Эти неправда! - будущая королева злится, строго глядя на Минако. - У тебя есть все мы! Мы не бросим и всегда будем рядом. - С вами не заведёшь семью и не устроишь романтический вечер. Не сходишь на свидание. И «люблю» несёт в себе совсем другой смысл. Ты же помнишь проклятие Адониса? Он унёс мою любовь с собой в могилу. - Ты говоришь очень страшные вещи, Минако! - А мы ведь не в сказке живем, Усаги. Наши руки по локоть в крови, пусть и демонической. И нам от этого никогда не отмыться. Мы не всегда можем предотвратить смерть. На самом деле все мы уже давно поломанные. Но из-за всех сил стараемся держаться. Так что забей, принцесса. Твой поцелуй с Сейей - ничто по сравнение со всеми остальными нашими грехами. И вообще, давай уже допьём и ляжем спать, а то меня тянет на крайне депрессивные рассуждения. - Ладно-ладно! Усаги отползает и допивает вино из бокала, прислоняется спиной к кровати и с трудом фокусирует взгляд. - Сейчас я встану. Я точно встану. Через пару мгновений она уже крепко спит, перестав тревожиться обо всем, что было и будет. Минако встаёт, пошатываясь, убирает следы их неправильного поведения, стаскивает с кровати подушку и устраивается рядом с подругой на полу. На душе гадко, и она уже не знает, как себе помочь. Айно отбрасывает в сторону наушники и идёт в ванную. Дурацкие мысли снова заполняют голову, поэтому от них надо немедленно забавляться. Она не включает свет, достаточно фонарика телефона, закрывается на щеколду и достаёт из кармана пушистого халата пачку сигарет и зажигалку. Когда-то она действительно мечтала быть похожей на девочку с экрана: идеальная причёска, модный наряд, девочка-мечта. Годы сражений с демонами эту мечту сломали. Осознание своего предназначения лишает возможности мечтать. В любой момент нужно быть готовой отдать свою жизнь за принцессу и этот мир, который уже давно не кажется прекрасным. Сизый дым наполняет легкие. Выпуская его, Минако кажется, что так она выпускает наружу часть накопившейся в ней боли. Виновато ли проклятие Адониса или она сама - уже не так уж важно. Девочка-любовь дарит нежность и свет окружающим, ничего не получая в ответ. Когда-то она рыдала навзрыд, крича, что это несправедливо. Сейчас она думает, что справедливости просто нет. И с этим просто надо научиться жить.