Патология

Венти и Сяо встречались почти три года и слыли в своей компании самой неконфликтной парой. На несколько неприятных моментов, когда Венти вдрызг напивался, милостиво закрывали глаза - тут сами Архонты велели мозги выполоскать, а Сяо ещё и очень волновался за здоровье старшего, поэтому мог позволить себе немного более резкие выражения, чем следовало бы. Кэйа и Дилюк, например, под особенно дурное настроение устраивали концерты на куда большее количество зрителей и выражения не выбирали вообще, не взирая на факты и обстоятельства. Но, конечно, никто - даже названный старший брат Сяо, Чжун Ли - понятия не имел, что Сяо на самом деле чертовски ревнивый. Венти клянётся, когда они целуются, он чувствует пыль от стёртых в напряжённом скрежетании зубов своего парня. А из ревнивости вытекало... Практически патологическое желание обладать. Целиком и без остатка. И никаких компромиссов. А Венти был слишком общительным. Он не изменял своему парню, нет! Но до Сяо у него и правда было... Некоторое количество партнёров. И любое их упоминание почти сразу переключало милого, на самом деле, парня в режим берсерка. И Венти это чертовски заводило. Не у одного Сяо тут практически патология, ага. Но в этот раз Венти абсолютно, определённо, совершенно однозначно перегнул палку. Да, они снова поссорились. Да, снова накричали друг на друга, потому что Сяо не понравилось, что его парня засосала бывшая этого самого парня. Прямо на улице. Назвав это "приветственным поцелуем". Венти даже мог бы признать, что был не прав - задним числом. В пылу же ссоры он ничего гениальнее не придумал, чем заявить, что его достала ограничивающая его ревность Сяо, и что он от него съедет! К кому? Да хоть к той же милой девушке, уж она точно не откажется его приютить! Неоново-красной мигающей строки с надписью "стоп", "тормози" или "тебе капец, беги, пока живой" к Сяо, к сожалению, не прилагалось, а к Венти не всегда прилагался инстинкт самосохранения. Что ж... Аминь. Так он и оказался в этой ужасно-ужасно-ужасно-ужасно унизительной ситуации. Абсолютно голый, растрёпанный, с кошачьими ушками на голове и кляпом во рту, покрытый липкой испариной, он находился на их кровати в полутёмной спальне - миниатюрное тело, утопающее ноющей из-за зажимов на проколотых сосках грудью и коленями в мягком матрасе. Руки были плотно - запястья к локтям - связаны за спиной, плетения неожиданно бирюзовой верёвки нежно охватывали шею и тонкую талию. Дрожащие колени давно бы разъехались, полностью укладывая его на постель, если бы не удерживающая их на месте распорка. А между ног болтался кошачий хвост. Грёбаный кошачий хвост, крепящийся к вибрирующей в его наспех растянутой заднице анальной пробке. Больно не было, было - хорошо. До боли хорошо. Сяо, мерзавец, знал, как довести его до полностью бессознательного состояния и, похоже, был зол как раз в той мере, чтобы этим способом воспользоваться. Венти невольно вздрогнул, когда при мысли о разозлившемся Сяо его член, сжатый у самого основания ограничительным кольцом, выплеснул щедрую порцию семени. Пробка сместилась, в очередной раз проходя по натёртой простате и посылая по телу сладкие импульсы. Венти завыл сквозь кляп, потому что натёртые зажимами проколотые сосочки проехались по простыням. Парень проклинал тот день, когда его возлюбленный узнал, что грудь - его сама эрогенная зона. Но первым проклятым днём в его жизни мог считаться только тот, в который сам Бард решил их проколоть. Было тяжело. Постоянное, не спадающее возбуждение выматывало. От долгого стояния в одной позе все мышцы ныли, а думать о своей груди было больно физически. В комнате было ужасно душно - или это из-за кляпа Венти было так тяжело дышать? Вибрирующая пробка снова прошлась по простате, и на глаза навернулись слёзы, а изо рта вырвался приглушённый скулёж. Венти невольно сильнее выгнул поясницу, стремясь то ли сильнее надавить на точку удовольствия, то ли убрать давление - добился он, в любом случае, первого, от чего его едва не подбросило на простынях. Несколько слезинок сорвалось с ресниц, почти сразу впитываясь в насквозь промокшую от слюны подушку, пока смазка пропитывала простыни. Венти просто хочет верить, что Сяо сидит в соседней комнате - прислушивается или наоборот заткнул уши наушниками, мечется из угла в угол, не находя, куда выплеснуть кипящий внутри гнев, или сидит на диване в телефоне, но только бы он был там. Очень страшно думать, что Сяо мог разозлиться настолько, чтобы оставить его в таком положении одного - а Сяо мог, Венти прекрасно знал, что гнев и ревность его парню после некоторого предела застилали глаза на всё, начиная со здравого смысла. Они вместе собирались пойти на вечеринку по случаю празднования дня рождения Итера - нового парня Скарамуччи, с которым Венти не пойми как скорешился ещё в школе. Сяо со Скарро сошёлся на взаимном нейтралитете. В смысле, Сяо принципиально не замечал никого, кроме Венти, а Сказитель, один раз окинув нового бойфренда Венти взглядом, сразу заявил - "держи свою бешеную псину на привязи". То ли что-то знал, то ли просто подозревал, то ли увидел в Сяо ту же червоточинку с ума сводящей ревности. Болезненное возбуждение в очередной раз сводит низ живота, простреливает позвоночник, отдаваясь горячей пульсацией в груди и, особенно, сосках, так что Венти воет, закатывая глаза, поэтому не замечает, как тихо шуршит по ворсу ковра открывающаяся дверь. О присутствии в комнате второго человека он узнаёт, только когда между его широко раздвинутых ног чуть сильнее прогибается матрас, и тихо гремят крепления распорки, реагируя на движение рядом. Затем Венти вовсе теряет ориентацию в пространстве: голова, и до этого слегка идущая кругом от возбуждения и лёгкого удушья, совсем перестаёт соображать, когда сильные руки за верёвку вздёргивают тело вверх. Зрение плывёт окончательно от уже безостановочно текущих слёз, но оно и не нужно, чтобы понять, что его притянули спиной к груди, усаживая на чужие крепкие бёдра. Одно из них едва ощутимо смещается, и Венти замирает каменной статуей, откинув голову на чужое плечо и слепо пялясь в потолок. Мог бы, раскрыл бы рот в немом крике, но кляп уже и так раскрыл его по максимуму. Ускорившаяся пробка, до этого чуть выскальзывающая из тела от обилия смазки, движением чужой ноги была загнана внутрь разгорячённого тела целиком, а в сидячем положении так больно-хорошо вдавливалась в простату, усиливая стимуляцию до предела. А затем Сяо - это не мог быть больше никто, его ревнивый любовник бы не позволил никому увидеть даже их спальню, не то, что самого Венти с задранным кверху задом... Сяо опустил руку и надавил, безошибочно находя пальцами уплотнение игрушки под тонким слоем мышц плоского животика. - Аааамхф! - Венти, вопреки здравому смыслу, поддался ближе, усиливая прикосновение, и захлебнулся собственной слюной, когда перед глазами рассыпались звёзды - Сяо, каким бы ревнивым садистом ни был, любил его и подобрал самый восхитительный момент, чтобы снять ограничительное кольцо. Оргазм был... Разрушительным. Настолько, что Венти бессознательно обмяк, тихо поскуливая, почти сразу, хотя его возлюбленный рукой продолжал "выдаивать" остатки семени из покрасневшего от напряжения члена. Ноги сводило, Венти бы не смог даже пошевелить ими, и, вероятно, не сможет минимум до завтрашнего вечера, голова была абсолютно пустой, а взгляд лазурных глаз даже близко нельзя было назвать осмысленным.

⋆˚˳✧₊°⋆.༚✦°⁎⁺˳✧°.⋆

Сяо горящими глазами осмотрел возлюбленного с дрожащих ног с поджавшимися пальчиками до безвольно закинутой ему на плечо растрёпанной головки, с силой втирая сперму с пальцев в чужое бедро - чётко по контуру бледнеющей татуировки, которой Венти всего полгода как перекрыл имя своего первого парня. Скарамучча пошутил про вечную невесту, потому что татуировка действительно сильно напоминала свадебную подвязку, а Сяо обещал организовать им личное свидание - без мордобоя разошлись чудом. Сяо издаёт что-то, смутно похожее на рык: эта татуировка никогда благодушно не влияла на его настроение, но Венти сейчас едва ли это понимает, только бессознательно раздвигает колени ещё шире, поддаваясь давлению, и что ж. Сяо считает это за приглашение. Расстегнув быстрыми движениями крепления, Сяо с тихим звоном сбрасывает распорку с кровати. Следующая на очереди пробка. Сяо выдёргивает её резко, намотав кошачий хвост на кулак, и тело в его руках вздрагивает. Венти тихо, жалобно скулит сквозь пластмассовый шарик и прикрывает мокрые от пролитых слёз глаза. Брюнет бережно укладывает парня на спину, подкладывая подушки так, чтобы связанные руки доставляли как можно меньше дискомфорта, и любуется несколько бесконечных секунд: Венти безусловно прекрасен, но вот такой он просто божественен. Сяо вообще редко когда может отвести от своего парня влюблённый взгляд, так что Венти иногда даже смущённо просит его прекратить пялиться. Поэтому, пока Венти вообще ни о чём не может попросить, Сяо беззастенчиво и абсолютно бессовестно пялится, проводя руками по чужим мягким бёдрам вверх, к паху, но минует его, бережно оглаживая дрогнувший животик, медленно подбираясь к призывно покрасневшим сосочкам с ярко-жёлтыми зажимами-прищепками. Сяо придвигается вплотную, садясь между раздвинутых ножек возлюбленного, продолжая рисовать кончиками пальцев незамысловатые узоры вокруг, постепенно приближаясь к креплениям зажимов. Брюнет прекрасно знал, насколько эта часть тела его парня чувствительная: Венти мог кончить только от стимуляции груди. Одна из причин, по которой Сяо почти не касался этой части возлюбленного даже во время секса, но сейчас... Парень медленно освободил сначала правую, а затем и левую розовые бусинки, слушая тихие всхлипы - Венти, несмотря на явную измотанность, снова начал возбуждаться, и это то, чего Сяо и добивался, так что он склоняется, нависая, чтобы поцеловать поочерёдно, а затем втянуть один из сосков в рот, посасывая. Венти вскрикнул раненой птицей, содрогаясь, застучал пятками по кровати, даже попытался отползти или оттолкнуть, сдвинув дрожащие ноги, но только слабо сжал коленями чужие бока. Сяо даже взгляд не поднял, широко лизнув измученную кожу, безжалостно выкрутив второй, сжав указательным и средним пальцами. И только после этого оторвался от чужой плоской груди, потянувшись выше: оставил пару засосов на ключицах, игриво прикусил дёрнувшийся кадык и наконец широким мазком слизал дорожки слюны, набежавший из-за кляпа. - С-сяо... - первое, что шепчет Венти, когда его парень наконец бережно вытягивает пошло блестящий из-за слюны шарик изо рта, следя, чтобы элементы застёжки не запутались в шелковых покрашенных прядях. Он снова возбуждён, бедра и низ живота сводит красивой дрожью - Венти знает, что Сяо сейчас пялится именно туда, чувствует его горящий взгляд, медленно сканирующий его тело, находящееся сейчас в абсолютной власти другого человека. Это - именно тот способ, о котором Сяо знает лучше всех. Сколько бы Бард не отрицал, что голодный взгляд янтарных глаз его смущает - это заводило. Ревность Сяо, вечные болезненно ноющие собственнические метки по всему телу, резкие, грубые движения, оставляющие синяки - Венти обожал всё это. Он всегда любил погрубее, чтобы до слёз и до звёзд перед глазами, до криков сорванным горлом и без возможности пошевелиться после. До Сяо, впрочем, Венти никому не позволял брать над собой контроль - только его видимость, которую он в любой момент мог разрушить, вырвавшись или взяв ситуацию в свои руки. Но с Сяо... С Сяо хотелось: всего и сразу, и в том числе - позволять брать себя, едва ли не как безвольную куклу. Венти понятия не имел, что у них дома уже появилась специальная верёвка для шибари, сентиментально подобранная под цвет его глаз, но идея её приобретения пошла именно от него. - Ахммм... - всхлипнул-простонал парень, когда горячие ладони легли на почти по-женски тонкую талию, поддевая пальцами ту самую верёвку и растирая кожу под ней, - С-сяо... Любимый, пожаааах!... П-пожал-луйста... - Что "пожалуйста"? - Сяо поднимает голодный, хищный взгляд, заставляя Венти содрогнуться от очередной волны возбуждения, когда они встречаются глазами. - Р-развяжи, прошуууу... - хнычет Бард, подаваясь бёдрами навстречу, когда Сяо бессознательное трётся жёсткой тканью джинсов о его мошонку. Его ревнивец тоже возбуждён, и это должно быть очень больно, и Венти хочет сам стянуть лишнюю - то есть абсолютно всю - ткань со своего парня, но сегодня ему не позволено. - Нет. И Венти вскрикивает и выгибается в пояснице, получая очередной укус, заключающий в кольцо один из сосков. По и так мокрому животу размазывается очередная капля смазки. Но вес чужого тела неожиданно пропадает, и парень почти паникует: если Сяо вернулся, значит, он немного остыл, больше не так сильно злиться, значит, наказание Венти закончено, Сяо не может вот так просто оставить его и уйти! - С-Сяо? - зовёт Венти почти напуганно и откровенно жалобно скулит, когда из-за мягкости подушек вокруг не может даже приподняться, чтобы увидеть, где его возлюбленный, - Куда ты?... Не-не уходи, пожалуйста, пожалуйста-пожалуйста, не оставляй меня. Сяо! Венти не успевает начать совсем уж откровенно паниковать, когда тот, кого он так звал, вновь нависает над ним, полностью раздетый - бледно-зелёная татуировка на правом плече словно мерцает в полумраке, но это всего лишь игра света, в отличие от голодного блеска янтарных глаз. Венти приоткрывает рот, чтобы снова попытаться убедить партнёра развязать его - руки, на самом деле, уже практически не чувствовались - но Сяо воспользовался этой возможностью и протолкнул свой язык в чужой рот, сразу прикусывая нижнюю губу, отчего Бард недовольно замычал, переходя на крик. Сяо толкнулся в него резко и сразу на всю длину, замирая на несколько секунд: больно не было, поспешную растяжку вполне компенсировала анальная пробка, просто очередное прикосновение к и без того натёртой простате выбило слёзы из голубых глаз. - С-сяо! Ох! П-подожди! - простонал парень, но его никто не собирался слушать: Сяо несколько часов сходил с ума, слушая жалобные всхлипы и стоны своего возлюбленного из соседней комнаты, не в силах отвлечься на что-нибудь. Поэтому сейчас он навалился на миниатюрное тело под собой, сжав в ладонях округлые полушария, пока буквально слизывал чужие звонкие стоны - и толкался. Взял сразу быстрый, безжалостный темп, от которого Венти всегда так красиво изгибался, пытаясь толкнуться навстречу, и при котором они оба долго не выдерживали, но сейчас это и не было нужно: оба уже были на пределе. - С-сяо! Я! Ах! Я сейчас! - Венти заметался, насколько мог, прижатый к матрасу весом возлюбленного, слабо сжимая дрожащими коленями его бока, и действительно всего через несколько фрикций издал тонкий, пронзительный крик, выгибаясь и тем самым притираясь ближе к любовнику, орошая их животы тонкой жемчужной ниточкой спермы. В этот же момент Сяо низко стонет ему в плечо, которое до этого покусывал, и внутри Венти разливается приятное тепло. - Сяо...? Ты же не...? - через несколько минут, едва отдышавшись, с ужасом уточняет Бард, чувствуя, что возлюбленный так и не вытащил из него вновь твердеющий орган, - С-сяо? П-пожалуйста? Венти бормочет ещё пару сдержанных просьб, потому что абсолютно уверен, что не выдержит ещё одного раунда, пока едва не задыхается в собственном стоне, когда мощный толчок едва не протаскивает его по изрядно помятой, влажной горе подушек...

⋆˚˳✧₊°⋆.༚✦°⁎⁺˳✧°.⋆

- Ты - тиран, - бурчит Венти. Он уже давно освобождён от верёвок, и Сяо даже успел бережно растереть покрасневшие руки и смазать заживляющей мазью потёртость на шее после душа. Сяо заставил его кончить ещё дважды, пока они были в постели, не упустив возможность поиграть с болезненно раздразнёнными сосками, снова этим доведя Венти до слёз, а затем с садистским удовольствием довёл его до ещё одного оргазма уже в душе, пока "помогал" промыть судорожно сжимающуюся дырочку, удерживая миниатюрное тело на своих бёдрах, пока Венти порывисто дышал куда-то в шею, оставляя на плечах едва ощутимые красные полосы от накрашенных ноготков. - Сатрап. Деспот! - продолжает парень, пока тот, кого он на все лады ругает, лежит рядом, почти оплетая его обеими руками и ногами. Венти лежит на спине на неизменной куче подушек, потому что так легче ощущается боль в перенапряжённых мышцах, а Сяо лежит на боку рядом, сплетя с ним ноги и притянув к своей груди сильными, натренированными руками. - Ещё и день рождения Итера пропустили... - вздыхает Бард, когда осознаёт, что Сяо на его ругательства плевать хотел с высокой горы. Это раньше он испуганно замирал и смотрел глазами ни за что побитого щеночка, стоило Венти даже просто в шутку в чем-то его упрекнуть. А сейчас заматерел. Вырос, блин, на его голову, даже головомойку как следует не устроить. Впрочем, головомойку сегодня и Венти заслужил... - Прости, - выдавливает голубоглазый и на чужую вскинутую голову поясняет, - Я не должен был говорить, что уйду от тебя. Я люблю тебя, и только тебя. Венти оставляет слабый поцелуй сухими губами на чужом лице, не совсем удачно попадая в правое крыло носа, но в целом в его состоянии сойдёт и так. Сяо притирается носом о чужую щёку, тоже в каком-то смысле ласкаясь, и только после этого подаёт голос. - И ты меня прости... - он стыдливо прячет глаза под растрёпанной чёлкой, расстроенно вздыхая, - Я совсем себя не контролировал и сделал тебе больно. - Мне не было больно, - возражает Венти, тоже вздыхая, - Просто всего этого было... Чуть-чуть чересчур. Сяо тихо угукает, оставляя тёплое прикосновение губ на левом плече - эта сторона пострадала меньше, на правом плече от укусов и засосов свободного места не осталось совсем, и Венти даже думать не хочет, как он будет ближайшие дни это прятать: середина апреля, свитер с высоким горлом уже не нацепишь.