Хогвартс всегда будет вашим домом

      После разговора с Поттером мысли в кучку не собирались. Шестнадцатая глава шла медленно и с трудом. Недавно написанное в топку, потому что с первого, да из шестого взгляда казалось бездарным. Разум твердил, гордо и упёрто, что все эти шифры и заговоры не должны волновать его, пока никто из детей не в опасности. Но подсознание подсказывало, что если не избавиться от этой проблемы на корню, то последствия могут быть необратимыми.       Прошлый год в Хогвартсе был великолепно спокойным. Первые месяцы освоения дети настороженно относились к нему, но узнав поближе — бежали на урок зельеварения, с улыбками на лицах. У них всегда было много вопросов, глаза горели, а от желания сварить новое зелье — аж руки дрожали. Драко был счастлив преподавать свой любимый предмет новому поколению.       Кстати о новом поколении. Юная Мисс Уизли подкинула ему отличную идею, которую следует обсудить с директрисой. Воодушевлённый этой мыслью, Малфой вышел из кабинета и поспешил наверх в башню директора. Сейчас ещё не так поздно, и по пути встречались кучки студентов. Краем глаза он заметил несколько подростков из разных факультетов. Это не должно быть чем-то странным для него сейчас, но то, как они общались. Они шептались, озираясь по сторонам. Было в этом что-то настораживающие. Драко уже собирался подойти, как когтевранцы и пуффендуйцы разбежались в разные стороны. Теперь из просто настораживающего это стало подозрительным.       Война факультетов закончилось много лет назад, когда Макгонагалл поменяла политику образования школы. Но работая второй год, Малфой мог с уверенностью сказать, что эти два факультета достаточно редко пересекались друг с другом. Жили мирно — да, но подходы у них всегда разные к обучению. С Когтеврана, на его памяти, самой адекватной была Лавгуд. Она, конечно, с приветом, но у неё не было той кровожадности в погоне за знаниями. Факультет с эмблемой ворона редко получал кубок школы не из-за того, что другие были лучше, а потому, что у них было больше всего нарушений: поход в запретный лес, использование запрещённых зелий, изучения тёмной магии. Честным и упорным, а самое главное спокойным Пуффендуйцам такой подход близок не был. Наверное, они единственные факультет, который полностью соблюдает правила Хогвартса. «Не трогай нас — мы не тронем тебя» — девиз студентов с эмблемой барсука.       В то же время, увидеть сейчас вместе Слизеринца и Гриффиндорца — обычное явление. Темпераментный и честный лев хорошо дополняет любознательных и хитрых змей. Порой их идеи совпадали, и тогда такую парочку было не остановить. Был случай, когда две подружки решили устроить вечеринку, одна подготовила место и пригласила людей, а вторая протащила алкоголь. Кто с какого факультета сомневаться не стоило. Драко по какой-то причине. нравится взаимодействие слизерина и гриффиндора. Скорпиус хорошо ладит с юной Мисс Уизли.       Когда он дошёл до кабинета директора, из него вышел Невилл с, кто бы мог подумать, Поттером. Не сдержавшись, Малфой весело фыркнул. Они шли, тихо переговариваясь.             — О, Драко, — Лонгботом повернулся к нему. — Гарри сказал, что ты тоже столкнулся с «закорючками», — он показал кавычки пальцами.       Зельевар выгнул бровь.                          — В Аврорате мы давали кодовые названия происшествиям, чтобы было проще в них ориентироваться, — учтиво пояснил бывший Аврор.             — О, как мило с твоей стороны, посвятить меня в терминологию, с которой я знаком не хуже тебя, Поттер, — снисходительно улыбнулся Драко. Широкая улыбка Гарри вызвала недоумение у него, которое было быстро скрыто. — Что сказала директриса?             — Проверит некоторые записи прошлых директоров, найдёт пару книг. Я также послал Рону и Гермионе сову. Не уверен, что оно до них дойдёт, но попробовать стоило. Из-за того, что пока нельзя определить к какой категории относятся происшествие, я не знаю с чего начать. В свободное время соберу информацию, — он поднял глаза на Драко. — Если будет что-то странное — свяжись со мной.       От этого взгляда Малфой оцепенел. Строгий, профессиональный. Подчиняющий. Такой есть только у авроров, работающих много лет. Они не теряют голову в опасной ситуации, привыкли руководить большой группой людей и решать проблемы точно и до конца. На него так смотрели во Франции во время полевой практики. Под таким взглядом, он первый раз в жизни почувствовал себя ягнёнком перед хищником. Беспомощным.       Это не было похоже на то удушающее ощущение перед аврорами на суде.       Это было возбуждающе.       Драко тяжело выдохнул. Кажется, только годы практики помогли ему держать лицо ровно сейчас. Он запихал свои воспоминания в самый дальний ящик своего подсознания, который потом закинул на самую верхнюю полку, до которой никогда не достанет.             — Ладно, — согласился зельевар, коротко кивая. — Если хочешь поиграть здесь в Аврора — твоё право. Только учеников зазря не трогай. Остальное меня не волнует.       Малфой махнул рукой и направился в кабинет директрисы. Он совсем не заметил ехидной усмешки и блеснувших зелёных глаз.       В некотором роде, кабинет директрисы Макгонагалл стал ему родным. Всегда светлый, — здесь теперь были большие окна, — чистые и организованные шкафы с полками, на столе аккуратно лежали документы и письма. Сюда можно было всегда заглянуть на чай, обсудить новые сплетни, или рассказать о своих наблюдениях. Минерва совсем не была похожа на кажущегося возвышенным Дамблдора. Рассуждала не метафорами, спорила и говорила прямо. Драко это всегда нравилось, можно было нормально поговорить.             — Мини, — воодушевлённо начал Малфой, заходя в кабинет быстро оценив ситуацию, — ты не поверишь. Хотя, после Поттера с Невиллом, мои новости более приземлённые.       Макгонагалл тепло улыбнулась ему, убирая книгу в сторону.             — Драко, — ласково произнесла она. — Проходи, я с радостью тебя послушаю, — её лицо вдруг стало серьёзным. — Это ведь не касается каких-то там проблем с тетрадями учеников и письмами?             — Мерлин, нет, — брезгливо бросил зельевар, садясь в мягкое кресло. — этим пусть лучше Поттер занимается. Пусть веселится и играет Аврора дальше, — на этих словах лицо Минервы снова посветлело, а у глаз появились смешинки. Краем мозга Малфой догадывался, о чём она подумала, но не стал развивать эту тему. — Скорпиус, вместе с Рози Уизли, рассказал мне кое-что интересное, — он сделал лёгкую драматичную паузу. — Оказывается, она анимаг!       Женщина прикрыла рот рукой в удивление, а её брови высоко поднялись. Она наклонилась вперёд.             — Мисс Уизли, через Скорпиуса, спросила меня, могу ли я провести несколько занятий по анимагии для неё. Видимо, Скорпиус уже позанимался с ней, но этого оказалось недостаточно.             — О, — улыбнулась директриса, — Драко, ты хочешь спросить меня, могу ли я чем-то помочь?       Малфой кивнул.             — А ещё я хотел предложить провести полноценное занятие для студентов, — по становящейся шире улыбке Минервы, он понял, что идея ей импонирует.             — Это было бы замечательно, Драко! — в сердцах воскликнула она. — Знаешь, мне всегда казалось, что многие недооценивают анимагию, — проворчала она. — Никакой дисциплины по ней нет, а узнают об анимагах лишь из книг, и то, только когда лично с ней сталкиваются. Даже раздел, посвященный анимагии, совсем небольшой, — она мечтательно прикрыла глаза. — Помню, как перерыла всю библиотеку, в поисках информации. А когда я стала преподавать — дети обращались ко мне за помощью.       Драко внимательно слушал рассказ директрисы. На губах играла легкая улыбка. Его история была немного похожа на её. Когда он сам впервые заинтересовался анимагией, то сначала пошёл в библиотеку. Но куда больше ему помогла разобраться мама. В семье Малфоев он был третьим анимагом, Скорпиус оказался четвёртым.             — Когда думаешь провести занятия? Я помогу всё устроить, — Макгонагалл отвлеклась от воспоминаний, заинтересованно смотря на зельевара.             — У меня сегодня ещё есть время подготовить информацию. Хотелось бы сделать это завтра, если будет возможно, — сразу же поведал он, но взволнованный взгляд минервы заставил его забеспокоиться. — Что?             — Драко, — мягко произнесла она, — ты всё ещё плохо спишь?       Малфой откинулся на спинку кресла. Устало вздохнув, он прикрыл глаза на пару секунд.             — Мини, — тихо проговорил он, — мы ведь это обсуждали, — зельевар открыл глаза, грустно посмотрев на женщину. — Я пытался. Целители разума, магловские психологи — ничего не помогает. Я просто стараюсь сохранять ясность ума.       Директриса тяжело вздохнула и понимающе кивнула. Она вернула себе ласковую улыбку.             — Я поговорю с другими преподавателями, и сообщу тебе всё завтра, хорошо?             — Да, я буду этому рад.       Малфой покидал кабинет в смешанных чувствах. Вроде бы идея с занятиями по анимагии встретилась с распростёртыми объятиями, а с другой стороны снова подняли вопрос о его бессоннице. Остаётся надеяться, что завтра всё пройдёт хорошо.