Хогвартс всегда будет вашим домом

      Ещё вчера казавшийся уютным кабинет директрисы, сегодня давил своей атмосферой. Он как будто становился темнее, мрачнее, таинственнее и впервые был пугающим. Из него хотелось сбежать туда, обратно, в светлый кабинет трансфигурации, вернуться к беззаботным веселящимся детям, улыбки которых согревают, делая день лучше.       Но Драко не может позволить себе такую роскошь. Приходится сидеть на диванчике между милейшей Гермионой, которая пресекает любые попытки своего мужа незаметно кинуть жалящее в него, и Поттером. Почему Поттер обогнал его и устроился рядом сбоку — непонятно. В общем, эта троица сделала всё возможное, чтобы он начал нервничать еще больше. Змея в львятнике. От этой мысли Малфой напрягся. Его спина была выгнута ровно по струнке, нога на ногу, руки сложены в замок на коленях. Он здесь единственный, кто помимо директрисы, соблюдает рамки приличия. Уизли развалился на диванчике, расставив ноги и вытянув их вперёд, откинувшись на спинку. Корпус Гермионы был сильно наклонён вперед. Поттер вовсе сидел практически на самом краю, постоянно касаясь своим бедром ноги зельевара.       Как вообще можно построить конструктивный диалог в такой обстановке?!       Повезло еще, что его не видел профессор Снейп. Дамблдор тоже куда-то запропастился со своего портрета. Хотя, этого следовало ожидать.             — Пока профессор Малфой вел занятия, я успела посветить наших гостей во все подробности ситуации, — поведала директриса. — Гарри прав, если не разобраться с проблемой сразу, то последствия не заставят себя долго ждать.       Драко невольно кинул осторожный, даже взволнованный, взгляд на Поттера. Кажется, в этот раз их мысли были схожи. Даже не приглядываясь, можно было заметить всю серьёзность. Каждый мускул его тела был напряжён. Глаза были направлены на директрису, но создавалось впечатление, если не подумав, сделать хотя бы одно резкое движение — тебя моментально скрутят и уложат на лопатки. Эта мысль показалась интригующей. Малфой сразу же отвёл взгляд.             — Это письмо мы получили от Гарри, — Гермиона достала из своей сумки конверт. Она протянула пергамент Макгонагалл. — Сначала мы подумали, что он наложил чары шифровки, но всё осмотрев, поняли, что это не так.             — Гарри — бывший Аврор, — заметил Уизли. — Ты бы не стал просто так посылать письмо с каракулями, — уверенно добавил он, — поэтому мы забеспокоились и поспешили в Хогвартс. Я не понимаю, — он нахмурился и наклонился вперёд, — Хогвартс, будто на него напали. Из-за чего тогда ученики не могут сдать свою домашку, а мы получить нормальное письмо?             — С приездом Рона и Гермионы у меня появилась теория, — он посмотрел на Драко. — Малфой, то письмо Гермионы с тобой?       Зельевар, которому до этого момента удавалось слёзными молчаливыми молитвами Мерлину и Моргане оставаться незамеченным и никак не встревать, крупно вздрогнул от обращения к нему. Он в недоумении похлопал глазами, чуть позже сообразив, что от него хотят. Между его тонких пальцев тут же оказался сложной вдвое пергамент.             — Читать чужую почту — моветон, прошу заметить, — проворчал Драко, передавая письмо Поттеру.       Гарри поджал губы, скрывая улыбку. Он решил не говорить всем, что ему позволили посмотреть это послание в первый же день, в ту же минуту, как оно было распечатано. В то время, видимо, Драко этот самый моветон нисколько не смущал.             — Когда Малфою пришло письмо, мне удалось мельком взглянуть на него. Поэтому, заметив похожие закорючки в тетрадях учеников, я поспешил к нему, чтобы сравнить.       Он развернул пергамент зельевара и тот, что был у Грейнджер, и положил их на стол директрисы.             — Дело в том, что даже расположение и размер чёрточек — идентичны, Макгонагалл взяла письма в руки и стала внимательно рассматривать. — В тот же день профессор Малфой послал мне сову с запиской, чтобы проверить, влияет ли данный эффект на преподавателей, — когда он достал стикер, Драко наклонился вперёд. Неужели сейчас всем расскажет? — Ответ: да. Вместо положенного мне послания, я получил те же закорючки. Из этого я сделал вывод, что, скорее всего, это работает со всеми магами в Хогвартсе. Может быть, даже эпицентром эффекта — является сам Хогвартс.       Когда Поттер развернул бумажку и показал всем каракули, у Малфоя с плеч как будто свалился тяжёлый груз. Даже дышать стало легче.             — Откуда ты знаешь, что он не решил опять подшутить над тобой? — недоверчиво спросил Уизли, складывая руки на груди.             — Рональд! — возмущённо воскликнула Гермиона. — Мы взрослые люди.       Ну тут я бы поспорил, конечно, промелькнуло в голове бывшего Аврора.                    — Я знаю, что это не шутка, — уверенно ответил Поттер, расплываясь в улыбке.             — То есть ты знаешь, что хотел послать тебе Драко, — скорее утвердила, нежели спросила, любопытная девушка.             — Знаю, — бывший Аврор широко улыбнулся, посмотрев на зельевара. Тот, в свою очередь, увлечённо рассматривал пол у себя под ногами, который знал до последней чёрточки.             — Уверен, это была какая-то гадость, — высказался Рон, отводя глаза в сторону.             — Это было очень милое послание, — заявил Гарри, заставляя всех недоверчиво на него посмотреть. Он пожал плечами. — Лично мне оно показалось милым.       Драко мог поклясться, что слышит в этих словах нотки чистого издевательства в его слизеринскую сторону. Он недоумённо уставился на Поттера, перебросился красноречивым взглядом с Минервой и Гермионой, закатывая глаза и крутя пальцем у виска. Они обе тихо засмеялись, но Гарри лишь снова пожал плечами. Для него такое поведение Малфоя было привычным. Когда спустя тринадцать лет он встретился с холодной вежливостью, в этом было что-то неправильное. Что-то совсем неестественное и неподходящее Драко. На сердце было радостно, когда бывший сокурсник отвечал язвительно, плевался ядом и пускал тихие смешки. Вот это поведение казалось правильным для того Малфоя, которого он всегда знал.             — Можно сказать, что у нас нарушается письменная коммуникация, — сделала выводы Макгонагалл, откладывая пергаменты. Она сняла очки для чтения и положила их в футляр. — Это помеха учебному процессу, а потому я не могу закрыть на подобное глаза.             — Диагностические чары не показали признаков проклятия или шифровки, — словно по щелчку пальцев, Гарри стал серьёзен. Широкая улыбка исчезла с его лица. — Я поговорил с учениками, но они отрицают какую-либо причастность. Да и при учёте, что преподаватели также столкнулись с такой проблемой, я сильно сомневаюсь, что они могли это сделать.             — Что вы предлагаете? — поинтересовалась Минерва, складывая руки в замок.             — Прошу прощения, — вставил Драко, опередив Поттера. — Я бы предложил не спешить списывать причастность студентов со счетов. Как вы все знаете, тринадцать лет назад… — Малфой запнулся. Он поджал губы и отвёл взгляд. — Четырнадцать лет назад именно я починил исчезательный шкаф и впустил Пожирателей смерти. На тот момент я тоже был просто учеником.       Драко почувствовал тёплую ладонь Гермионы на своих руках. Он был ей действительно благодарен за молчаливую поддержку. Вспоминать о тех событиях не хотелось, а говорить и подавно. Сейчас он понимает, что был всего лишь ребёнком, который хотел защитить своих родителей. Но чувство вины и горечи на языке это не отменяет. У него нет оправдания для своих действий. Иногда в голове возникает мысль, если бы он умер тогда, в туалете плаксы Миртл на втором этаже, может было бы лучше? Вряд ли бы кто-то кроме него мог починить шкаф на тот момент. Может быть, той битвы тогда бы вообще не состоялось. Возможно, он бы не совершил столько ошибок.       Молчание продолжалось слишком долго. Драко посмотрел на лица присутствующих. Кажется, они тоже с болью вспоминали седьмой год обучения, но по своим причинам. Он остановил свои глаза на помалкивающем Уизли. Неужели ничего не скажет?             — Мне не нравишься ты лично, но я могу понять, почему ты это сделал. Если бы моим родным угрожала опасность, я бы тоже сделал что угодно, чтобы их спасти, — словно прочитав его мысли, ответил Рон. Он как ни в чём не бывало пожал плечами. — Я не сволочь, чтобы не понимать, в какой ситуации ты был.       Драко поджал губы. Это всё равно не оправдывает его.             — Что же, теперь я думаю, что профессор Малфой прав, — прочистив горло, согласился Гарри. — Предлагаю внимательно присматриваться ко всем в школе. Я уже исключил двоих преподавателей из списка подозреваемых: Невилл и сам профессор Малфой, — он обернулся к директрисе. — Конечно, вы тоже вне этого списка. Полагаю, через несколько недель, имена в списке значительно сократятся.       Макгонагалл кивнула.             — Тогда, пока что, на этом и остановимся, — женщина отдала оба пергамента Поттеру. — А сегодня, — наконец на её лице заиграла улыбка, — почему бы нашим гостям не вспомнить школьные времена и ненадолго остаться? Прогуляетесь по Хогвартсу, встретите старых друзей.