опьянён лишь тобой

Атмосфера в ночном Сеуле всегда казалась Субину особенной. Парень любит спокойствие и даже какое-то своего рода отчуждение, ведь в этом есть так называемое чувство комфорта или что-то вроде того. Бесконечно наблюдать за тем, как тьма окутывает высокие здания столицы, хотя всего пару минут назад он восхищался очередным закатом, который не был похож ни на один предыдущий. Смотря на этот закат он невольно задумался о человеке.... человеке, что так же не похож ни на одного другого. До балкона доносится звук дверного звонка. Опоздал. Но ему простительно. Парень открывает дверь и внутри всё сразу заполняется таким теплом, любовью, ведь он видит перед собой Хёна, который наконец-то соизволил придти к нему в гости. — ты так внезапно позвал меня выпить Говорит Ёнджун, пока снимает обувь. — я не помню, чтобы мы когда-то планировали свои встречи. обычно они всегда происходят внезапно. тем более мы давно вместе не выпивали, а сегодня такой прекрасный и спокойный вечер. Слышится голос Субина из кухни. Чхве Старший проходит вглубь комнаты, ставит бутылку алкоголя на стол, и наблюдает за Блондином, который стоит к нему спиной, нарезая сыр. Эта картина так заседает в голове Парня, что он на секунду задумался, что.....ему бы хотелось видеть её каждый день. — ты просил купить вино Настолько нежный голос небольшим эхом разносится по просторной кухне. Есть ощущение, что своим приходом Ёнджун распугал всех призраков одиночества, не уюта и холода, которые обитают в квартире Младшего. Не прошло и часа, как бутылка уже почти опустошена. Спокойная музыка ещё больше расслабляет опьяневший разум парней, которые совсем не замечают, как быстро проходит время в компании друг друга. Теплые и комфортные разговоры о бесконечном, как же они оба по ним скучали. Иногда кажется, что рассказывать уже нечего, но новые темы всегда появляются в нужный момент. — о чем задумался? Слегка пьяный голос Ёнджуна очень завораживает и дурманит разум. Он стоит уперевшись о столешницу, и уже несколько минут наблюдает, как Парень напротив будто погряз в самом себе. Младший направляет взгляд на Джуна и неспеша рассматривает любимые черты. — не знаю...хотел на одну ночь избавиться от мыслей, а они только сильнее начинают врезаться в голову. А всему виною Старший, который уже больше полугода не даёт покоя сердцу Субина. — выглядишь так, будто на что-то решаешься И он прав...Бин почти что весь этот вечер какой-то уж слишком задумчивый, словно действительно размышляет над какими-то действиями, и о их дальнейших последствиях. Блондин выпивает оставшееся вино залпом, встаёт со стола, и подходит к Ёнджуну. Но он не становится рядом, нет....он упирается руками об столешницу по обе стороны от талии Брюнета, буквально блокируя пути возможного отступления. Парень намного выше своего Хёна, поэтому этот взгляд глаза в глаза снизу вверх настолько привлекает, что Младшему хочется отпечатать его в памяти навсегда. Убирает наполовину полный бокал из рук Джуна, затем берет свободную ладонь в свою, и аккуратно целует костяшки пальцев. Ждёт реакции, а в глазах напротив видит лишь непонимание и в какой-то степени удивление. Старший не совсем трезво мыслит, но виноват ли в этом лишь алкоголь? В следующую секунду Субин буквально перечёркивает все возможные границы. Приближается к лицу Чхве, без разрешения врываясь в его личное пространство, думая, что тут же получит отпор. Но Брюнета будто парализовало, глаза прикрыты, брови слегка сдвинуты к переносице, а голова совсем немного вжалась в плечи. — ты чего?... Субин удивлён, ведь был уверен, что получит не хилую пощечину за подобные действия. Пусть он так и не притронулся к губам, пусть Джун сейчас немного пьяный, но если бы ему не нравилось, то он бы оттолкнул Чхве Младшего. Неожиданный вопрос приводит Старшего в чувства. Он пытается выбраться из "ловушки" и сделать вид, что это всё алкоголь, и якобы его голова сейчас не соображает. Но Бин слишком хорошо знает, что от одной бутылки вина на двоих, Ёнджун точно не опьянеет до такой степени, что не сможет адекватно оценивать действия других по отношению к себе. Брюнет хотел выкрутиться, но крепкие руки тут же обратно прижимают хрупкое тело к столешнице, после чего настойчиво целуя. "Не дал отпор? Почему? Хотел, чтобы это всё-таки случилось? Значит теперь я просто так его не отпущу" примерно такие вопросы всплывали в голове у Младшего. Их сердца стали биться в одном темпе, периодически, то пропуская удары, то набирая обороты. Настолько сильные эмоции они будто ещё никогда не испытывали. С одной стороны Субин, желание которого растет с каждой секундой, а руки непослушно лезут под чужую одежду, обжигая холодную кожу. С другой стороны Ёнджун, который в один момент будто потерял контроль над своим телом, что стало таким податливым в чужих руках. Джуна ведёт от такого сильного напора, поэтому Блондину приходится подложить руку под голову Хёна, чтобы тот не откидывал её назад, а мог опереться об его ладонь. Немного надавливает на подбородок и проходится языком по нижней губе Старшего, прося приоткрыть рот. Влажный поцелуй будто высасывает всю душу Брюнета. Ёнджун умеет целоваться, даже очень хорошо, но вот только рядом с Субином он ощущает себя настолько крошечным, маленьким, что неудивительно, ведь если посмотреть со стороны, то есть ощущение, будто Младший возвышается над ним, как кот перед маленьким мышонком, что утратил здравомыслие, и так по-детски жмется. Алкоголь ударяет в голову, хотя, если хорошо подумать, то вино тут играет совсем не первую роль, а скорее даже последнюю. Сейчас ими руководят чувства, желание, какая-то необъяснимая потребность именно друг в друге. Зарывается пальцами в мягкие темные волосы, аккуратно отводя Ёнджуна от столешницы, направляя в сторону спальни. Джун всё-таки доверяется в действительности надёжные руки Блондина, ведь....он давно мечтал сдаться именно в его, заботливые, теплые и мягкие руки, которые точно никогда не отпустят, и не заставят сомневаться в их опоре. В слепую доходят до комнаты, где настолько темно, поэтому все ощущается в два раза сильнее, а желание вырастает до такой степени, что эти двое полностью отключают рассудок и поддаются чувствам, которые так долго скрывали из-за каких-то своих тараканов в голове. Старший вновь оказывается прижатым к стене, чувствует, как с его плеч срывают рубашку, кидая куда-то в дальний угол. Поцелуи уже собираются опускаться ниже, но Младший в порыве чувств теряется в пространстве, и падает спиной на кровать. Ёнджун оказывается над Субином, что для него достаточно неожиданно. Парень замечает в глазах Брюнета некую растерянность, поэтому сразу же меняется с ним местами, укладывая Хёна под себя. Да, Джун старше, но всё-таки у Бина есть хоть какой никакой опыт в подобных отношениях. Пусть небольшой, пусть ему тоже в какой-то степени страшно, но тем не менее он не боится взять на себя ответственность. Нависает над хрупким телом, и ему до такой степени нравится этот слегка смущённый взгляд, с пеленой возбуждения и явного желания. Душа ликует и буквально расцветает от своей же собственной любви к этому, безумно милому и трогательному Хёну, которого хочется обнять и защищать, словно самое ценное сокровище в мире. Губы целуют линию челюсти, переходит на шею и чувствует, как пульс, медленно, но ускоряется. Пальцы аккуратно касаются чувствительного живота, выводя узоры, которые понятны лишь этому художнику. Грудь Старшего часто вздымается, тело вздрагивает от каждого прикосновения к нежной коже. А сама кожа пахнет не совсем сладко, но Субин и не любит сладкие ароматы. Она пахнет шелестом листьев ранней осенью и какой-то приятной свежестью. Кончик носа проходится за ухом, немного цепляя сережку на хрящике. Опускается до тонкой шеи, хочется оставить всего один засос на бледной коже. Блондин думает пару секунд, и всё-таки припадает к нежному участку, впиваясь влажными губами, оставляя метку. Ёнджун чувствует это, и как ни странно, немного покалывающие, но в то же время нежные ощущения ему очень нравятся. Он цепляется за широкие плечи над ним, и откидывает голову назад, открывая Субину чистое и нетронутое полотно для его "творчества". Младший оставляет ещё один засос, затем ещё один. Как бы ему не хочется видеть свои отметины на Джуне, всё равно желание наслаждаться его абсолютно девственной кожей намного сильнее. Ему просто не хочется портить это красивое тело, хочется быть нежным, аккуратным, подарить Хёну максимальное удовольствие. Неудобная рубашка сковывает движения Блондина, поэтому почти сразу же летит следом за рубашкой Старшего. Даже в полной темноте Субин видит этот завороженный взгляд Ёнджуна, который рассматривает его тело. Брюнету очень хочется прикоснуться к оголенному торсу, что нависает над ним, но не успевает. Младший припадает к груди, медленно опускается мокрыми поцелуями по всему телу, и до ушей доносится еле слышный стон, что так робко вырывается из приоткрытых, зацелованных губ. Субину слишком нравится наблюдать, как мурашки покрывают кожу Старшего от контраста температуры их двоих. Нравится, как под его руками от поглаживаний содрогается тело Ёнджуна, как ему непривычно, но видно, что очень приятно. Его холодная кожа мигом сжигается от горячих губ и ладоней Бина, которые буквально везде и повсюду, что Брюнет просто не успевает за их движениями и переменой ласк. Влажные поцелуи уже чувствуются на животе, заставляя Джуна сжать в слабых кулаках простынь, и выгибаться навстречу губам, которые уже доходят до пояса брюк. Ненужная вещь мигом оказывается на полу. Устраивается между ног Старшего, вновь целуя уж слишком желанные губы. Слегка дрожащие пальцы Брюнета зарываются в соломенные пряди, немного сжимая у корней, когда Блондин случайно кусает чужие губы, сразу же зализывая их, как бы извиняясь. Ему сложно сдерживать себя, ведь такое дикое желание он заглушал в себе очень долго. Но любовь к Хёну намного сильнее и выше собственных желаний, поэтому он хочет быть ласковым и внимательным. Субин аккуратно поглаживает тонкую щиколотку Ёнджуна, после чего Старший чувствует горячие губы на внутренней стороне бедра, и пытается свести ноги вместе, но широкий торс Младшего между ними не даёт этого сделать, тем самым вынуждая Джуна жалобно заскулить. Кажется, что рядом с Бином все его тело превращается в одну сплошную эрогенную зону, и он ощущает всё настолько остро, сильно и приятно, что хочется буквально сгореть заживо под одним лишь взглядом, который он ощущает на себе, даже сквозь закрытые глаза. Одним движением переворачивает Ёнджуна на живот, открывая себе вид на изящные плечи, что немного сжимаются, слегка выпирающий позвоночник, и тонкую талию, которая со спины кажется ещё у́же. Новая волна возбуждения с головой накрывает Старшего, когда кончики чужих пальцев практически невесомо проходятся по столь чувствительному позвоночнику, заставляя выгнуться почти до хруста, и невольно поднять таз, упираясь им прямо в бедра Субина. Младшему почти что сносит крышу от подобного действия, он освобождает двоих от лишней одежды, нависает всем телом над Хёном, и наконец-то заканчивает прелюдии. Двигается очень аккуратно, медленно, чувствует и слышит, как Джуну больно, поэтому останавливается, чтобы тот привык к новым ощущениям. Брюнет сжимает подушку зубами, сминает простыни, пытаясь расслабиться. Бин заботливо целует затылок, хрупкие плечи, поглаживает живот, шепчет слова, которые действительно помогают Старшему расслабиться. — продолжай... Смущающая просьба тонким и настолько нежным голосом будто эхом расплывается в сердце Блондина. Он почти что готов расплакаться от такого Хёна, который сейчас очень нуждается в нём, в его ласке, заботе, и любви. А Субин отдаст всего себя ради него, не прося ничего взамен, только бы слышать этот родной голос всю оставшуюся жизнь. Продолжает двигаться так же медленно и ритмично, пока не услышит полноценный стон, от которого сердце почти что выпрыгивает из груди. Младший льнёт к любимой шее, что пахнет так по родному. Ласково целует висок, постепенно набирая темп. Горячее дыхание возле уха так опаляет кожу Брюнета, он будто тает под таким обжигающим телом, словно на костре, в котором кипит бесконечная любовь. Темп с каждой минутой становится только быстрее, Бин сжимает тонкую талию, направляя её навстречу своим движением. Уже более громкие стоны ласкают его слух, как самая красивая мелодия. А у Ёнджуна темнеет в глазах, он пытается хоть как-то ухватиться за реальный мир, и набрать воздух в лёгкие, но из-за быстрого темпа кружится голова, буквально запрещая нормально мыслить. Младший сразу же это замечает и замедляет движения, чтобы Джуну было комфортнее. Субин наконец-то находит идеальный темп для них двоих. Шлепки двух тел, стоны, и скрип кровати эхом ударяются об стены комнаты, немного оглушая. Они сейчас не могут думать ни о чем, кроме их самих, в мыслях только то, как сделать друг другу приятнее, и как просто напросто не умереть от таких пылких чувств. Последние толчки, по телу Старшего расплываются приятные разряды тока. Тело и голос дрожит, руки трясутся, когда он пытается вытереть мокрый лоб. Младший без сил ложится на спину Хёна, заботливо убирает пряди растрёпанных волос со вспотевшего лица. Оба пытаются отдышаться. Блондин устало целует нежные плечи, слегка поглаживает и утыкается носом в изгибы шеи, в попытках успокоить дрожащего парня под ним. Ранее утро, без десяти 5. За окном все тихо, лишь густой туман будто шёпотом поет вместе с птицами, и будит разве что только насекомых. На теплую постель через занавески проникают лучи солнца. Соприкосновения их тел ощущается таким прекрасным, и то, как Субин сквозь сон прижимает хрупкое тело Ёнджуна к своему, пряча лицо в темных волосах Старшего, который в свою очередь еле слышно сопит, а ресницы его немного вздрагивают от снов. Это утро действительно было добрым...