Тяжелый сон

Сегодняшний дождь застилал взор с окна второго этажа дома пацанок, гром слышен был даже в укромном местечке в комнате. Обстановка была просто зашибись об стенку головой, поэтому испытание отменили, оставив девушек в доме. Владлина лежала на своей кровати возле окна, где молнии мелькали почти что каждое мгновенье чертово. Пальцем своим листала поиск браузера, надеясь найти что-то стоящее среди реклам вечных. Мафтуна плетётся с комнаты Оксаны и Кульгавой, ловит взгляд резкий со стороны Абрамовой. Та лишь ухмыляется по-своему, найдя то, что нужно, и спрашивает тоном манящим. — Фильмец глянем, Маф? Мафтуна лишь вопросительно глядит, прищуриваясь. Руки сами по себе скрестились, пока девушка шагает не спеша к нередко поскрипывавшей кровати. — Какой хоть? — присаживается на край матраса, щурясь, смотрит на экран. Зрение совсем подводит, поэтому и не видит толком даже обложку, расположившуюся на половину экрана. — Оно, это как фильм ужасов, — губу нижнюю от радости прикусывает Алча, поглядывая с надеждой на брюнетку. — Ты, что, гонишь? — резко выпаливает изо рта своего, глазами хлопая от такого предложения. Она не любила страшные фильмы, просто не выносила, что даже смотреть не решалась. — Да, Маф, тебе понравится, — тянет к себе за руку Абдиеву, полностью усаживая на кровать мягкую. Мафтуна спорить с девушкой не стала, лишь улеглась на живот, теснясь на кровати. Владлина нажала на фильм; прождав пару реклам, на экране девушки увидели заставку, те же молнии, тот же дождь с названием сия творения. Десять минут фильма прошло, — как бы сказать, чтобы не соврать, — ужасно для Мафтуны и увлеченно для Аврамовой. Парню в желтом плаще уже откусили руку, это было дикостью для Абдиевой и нечто смешным для Алчи. Влада считала, что эта сцена неестественна во всех смыслах, поэтому погнать беса здесь — не грех. Ничего интересного не происходило минут двадцать, конечно же, в фильме. В жизни всё довольно интереснее обстоит: Абдиева вздрагивает от шороха в темноте, страшных рожиц, резких скримеров, пока Влада поглаживает её по спине, успокаивая. Всё Мафтуне кажется страшным, но не настолько, что она готова закричать до слез первых. Скорее, это всё было неожиданностью кроткой, которая дергала постоянно. Владлина же смотрит в экран, засыпая, рукой иногда поглаживает, когда движения непроизвольные со стороны Мафтуны выдирают из сна. Любимый фильм, но, оказывается, он так ей поднадоел, что сейчас не вызывает ажиотажа сильного. От лиц перекошенных её не дёргает как раньше, лишь обижает чем-то непонятным ужасное отношение общества к главным героям. Владлина захотела в туалет, несмотря на грядущий сон, на самом «страшном» моменте, ведь недавно она выпила кружку кофейка, чтоб не заснуть под любимый фильмец. Как хорошо, что он даже не подействовал на организм девушки, а то это была бы пытка адская. Она перелезла Мафтуну, отойдя ненадолго в туалет. Абдиева ставит на стоп фильм и смотрит в след девушке, уходящей в темноту молчащую. Пару минут всего прошло, не было ни одного происшествия пугающего для Мафтуны, и Влада, слава Господи, возвращается, шаркая ногами. Она никогда так не делала, отчего получила взгляд непонятливый в лоб свой. Алча стала как-будто бы какой-то другой за это время ушедшее. Лицо стало вечно улыбающимся, обнажая красивые ровные зубы девушки, натягивая кожу губ по-среднему. Будто бы Аврамова встретила кого-то, кто рассмешил её не по-детски, по пути сюда, но она бы так не среагировала ни на кого, даже на Роксану. И Мафтуна это знала, отчего настораживалась немного. Подходя всё ближе и ближе, улыбка Владлины становится всё страшнее и страшнее, либо это Абдиева всё себе надумывает от просмотра фильма. Ей кажется, будто в девушку вселился сам сатана, но тот по легенде не улыбается вовсе. Усаживаясь на колени перед кроватью, Влада своими глазами горящими посмотрела на брюнетку снизу вверх. И, облизнув своим необычайно длинным языком губы пересохшие, Алча положила руку свою на лежащую, но при этом напряженную, ногу девушки. — Маф, — голову клонит к бедру Абдиевой, протягивая имя неестественно, — хочешь закончить смотреть этот ебаный фильм? — Аврамова легко прикусывает мягкую кожу ноги, отчего Мафтуна от неожиданности издала тихий стон. Она принимает всю тактильность Владлины, но до укусов ещё не доходило. Были засосы, были объятия долгие, поцелуи в щеку, макушку, руки. Было многое, но не тактильность вперемешку с болью. — Ай, я твой рот, Влада, — Маф, губу свою цепляя, шикает негромко, когда брюнетка повторила укус немного выше. Абдиева привстала на локтях и села напротив девушки, устраиваясь поудобнее на кровати, ноги расставив как всегда. — Конечно, хочу закончить, он больной какой-то. — Хорошо, я тебя услышала, — лезет к девушке, вставая с колен, ноги шире раздвигает пальцами длинными. Мафтуна недовольно смотрит на девушку, на глаза сверкающие из-под почти кромешной темноты. Молнии сверкают за окном. Наклоняется Влада к лицу Абдиевой, улыбку обличая неестественную, зубы её стали будто бы длиннее. — Эй, Владок, мы на такое не договаривались, — на слова эти Аврамова не реагировала, лишь коленку свою поставила между ног у Мафтуны. Пальцами своими начинает массировать кожу девушки, лицом своим примыкая почти что к смуглой шее, но такой чистой, что её хотелось испортить засосами. Но она кусает шею. До крови.

Абдиева ужасно громко вздыхает, пытаясь подавить боль, разрастающуюся в шее. В глазах карих мутнеет слегка.

— Твоя шея, — Алча, отстраняясь от тела Мафтуны, говорит так, будто не она только что укусила её. Она встревожилась, испугалась, стала маленьким ребёнком, который увидел человека изрезанного на операционном столе. — Маф, прости. — Да ничего, просто не делай так больше, — Абдиева слышит соглашающееся мычание, после чего глаза прикрывает от головокружения лёгкого. Чувствует она, как девушка с кровати слезает медленно, а потом слышит, что Аврамова между коленями её устроилась. Взгляд из-под приоткрытых век проглядывается. Владлина целует нежно чашечку колена, иногда позволяя себе облизать кожу губ. Мафтуна лишь смотрит неодобрительно, ей впервые целуют, так сказать, ноги. Но Влада и останавливаться не хочет, привставая с колен немного. Выше, к бедру, с поцелуями направляется, уже облизывая кожу под губами своими. Остановившись почти что на середине, смотрит в глаза Мафтуны своим сверкающим взглядом, прикусывает бедро девушки слегка. — Какая у тебя вкусная кожа, — прошептала Владлина нечеловеческим голосом, прокусывая кожу полностью. Её зубы заострились, отчего смогли ранить, даже можно сказать, оставить Мафтуну без кусочка кожи бедра. Кровь выступает на месте, пока Абдиева вскрикивает до тошноты в горле, прикрывая рот ладонью. Глаза машинально закрылись, а в уголке проступили слёзы. Влада даже останавливаться не планирует, кусая дальше, уходя всё ниже и ниже к колену. Мычание не прекращается, Мафтуну будто бы парализовало, пока Аврамова её кусает. Глаза открывая на мгновение, видит глаза желтые, да и лицо белое, в крови сильно запачканное. Свою же ногу видит так, будто бы ей на операции вырезали по ошибке здоровую часть кожи, то есть всю. Аврамоваотстраняется от колена; видя заплаканное лицо брюнетки, улыбается и обнажает большое количество мелких острых зубов в своем рту. В горле виднелся свет белый, который завораживает сильно, отчего Абдиева почти что отключается. Владлине лишь на руку, отчего кусает она бедро второй ноги полностью, отдирая мясо от кости. Мафтуна не чувствует ничего, даже кричать не хочется, она дышит размерено, глаза сильнее закрывает. Сейчас уже чувствуется рука на голове, а положение её тела будто поменялось за секунду. Абдиева приходит в свое сознание, приоткрывая глаза. Она видит всё тот же дождь, ту же комнату, но лежит она совсем на другой кровати, да и свет горит в комнате. Слегка привстаёт, пока рука с волос её медленно убирается. — Проснулась? — слышится над головой её, нежный голос обволакивал. Взгляд свой Маф поднимает, видит каре-зеленые глаза с ресничками черными. Мягкая улыбка виднелась на светлом лице. — Сонь, это была жесть, — глаза потирает пальцами правой руки, чувствуя, как с неё ещё что-то слетает потихоньку. Слёз не было, будто бы испарились они. — Жесть была, Маф, тогда, когда ты с температурой на испытании шлёпнулась, — Григорьева руку свою на чужую кладет, поглаживая нежно. Взгляд был обеспокоенным. — Чего? — под щеку ладошку подставляет, опираясь на неё. — Что-то типа простуды у тебя, — натягивает на девушку одеяло, которое сползает нагло с тела Абдиевой. — Все за тебя перепугались, дурочка. Мафтуна лишь заливается смехом, смотря на лицо любимое. Соня была её спасеньем с первых недель знакомства. Девушка утешала её, помогала выбраться из кошмаров, да и справляться с агрессией научила. Соня — человек, что помогает ей… — Эй, девчонки, мыла не найдется? — Владлина произносит громко, обращая на себя внимание. Лицо, руки, одежда, — всё это в крови. Мафтуна вспоминает свой сон, а сердце уходит в пятки, отчего руку Григорьевой сжимает. — Да, оно в тумбочке в ванной комнате, — Софья смотрит на Абдиеву, поглаживая напряженную руку брюнетки. Аврамова почти уходит, пока не услышит вопрос интересующий. — Ты где так измазалась? — Да там девки плакат рисуют, Мирзаян тоже с нами, помочь хочет, — кричит Влада, скрывшись уже давно за закрывшейся дверью. Мафтуна выдыхает, руку расслабляя, кажется, она только что заново пережила смерть. — Ты чего? — Григорьева голос подает, видя лицо Абдиевой, которое уже давало надежду на слезы нескончаемые. — Всё нормально, Сонь, — тянется к телу сидящей девушки, хрипло говоря. Целует в бедро мягко, гладит рукой правой по колену. Мафтуна успокоить хочет, но кого — она не знает. Лишь целует в одно место, будто бы извиняясь за всё, что произошло и будет происходить. Что почти что изменила своей Соне во сне с Владой, которая превращалась в страшного клоуна с этими мерзкими зубами. — Всё хорошо. Она готова повторять ещё раз пятнадцать, что у неё всё нормально, лишь бы её девушка не волновалась, не смотрела взглядом обеспокоенным на тело Абдиевой, не держалась за сердце, как мама за ребёнка своего. Мафтуна готова не просто повторять в пустую, ведь так надо, да и можно соврать; девушка и вправду чувствует себя лучше рядом с Григорьевой. Никакие объятия, безрассудные засосы Владлины ей не заменят нежного взгляда, легких прикосновений, слов поддержки от Софьи. — Спасибо Богу, что он послал меня сюда, где я нашла тебя, — глаза прикрывает, выдыхая в кожу бедра.