Твое безумно красивое сердце

«Ожидание сводит с ума, но желание дождаться заставляет жить.»

За широкими окнами приятно светило солнце, птицы ненавязчиво щебетали, оповещая о прекрасном тёплом дне. Сейчас бы погулять в парке, поедая вкусное, сладкое мороженое. Разговаривать на интересные темы с друзьями, либо же, слушать в одиночку прекрасную музыку из своего плейлиста. Но это всё мечты, а серая реальность же, в свою очередь, обстоит таким образом, что в данный момент приходится сидеть в душной аудитории, записывая монотонную речь преподавателя, формируя из сказанного конспект. Даже здесь облом! — Совсем скоро начнутся экзамены, надеюсь, вы понимаете насколько они важны. Настоятельно рекомендую вам подготовиться к ним, с ещё большим усердием, удачи! — Молодой преподаватель, воодушевлённо пытался направить на верный путь, даже самых безответственных студентов. Рвение омеги опрометчиво: такие люди не подвластны агитациям. Тем более, молодые альфы принижают значимость омег, превышая себя за счёт физических сил, что присуще большинству из них. Тэхену, по большей части было всё равно на результат стараний короткостриженого мужчины, что стоял около доски. И без его наставлений, тот знал всю важность сдачи экзаменов. Волнение не отступало, но и сомневаться в себе тот не намерен, уж слишком много амбиций у светловолосого парнишки. Первый год в институте прошёл незаметно, словно вчера он в первый раз переступил через порог громадного здания знаний, что внушал ему непонятный, не присущий тому, страх под кожей. Теперь же, Киму нечего бояться, пусть только попробуют к нему подойти… Сидящих в аудитории людей отвлёк громкий звонок, что оповещал об окончании занятий. Все стали неспешно расходиться, собирая тетради в одну стопку. Тэ не стал исключением. Немного поправив широкую футболку, он вышел из аудитории. Всё его внимание было устремлено, лишь в ярко горящий экран Айфона. Мельтешащие перед ним люди, ни за что в жизни не смогли бы оторвать его внимания от обожаемого, до глубины души, им номера человека, что был по ту сторону. Сердце трепещет, словно между ними не было тех бессонных ночей и той прочной связи, что заманила их и окутала целиком. Самая обыкновенная системная мелодия звонка Айфона, заставляла сердце парня переворачивать кульбиты, от понимания того, что тот услышит родной голос любимого человека. Большой палец быстро нажал кнопку принятия звонка, как только Тэ отошёл подальше к окну, чтобы посторонние звуки не мешали слушать любимый голос, с хрипотцой. — Привет, — первым разговор начал светловолосый, в предвкушении затаив дыхание. Его взгляд хаотично бегал, пытаясь зацепиться хотя бы за незначительную деталь, чтобы унять бесконтрольное волнение. — Малыш? С тобой всё хорошо? — Звонивший быстро понял, разгадал и раскусил все попытки успокоить дрожащий голос, точно указывая на неладное. — Ты… — Смятение и радость будоражили нутро, сбивая попытки здраво мыслить, — ты… — Глубокий, сосредоточенный вздох, казалось бы, снял затмившую пелену радости, за которой скрывались возмущение и агрессия. — Да я ждал твоего звонка целый день! — Схватившись за подоконник, молодой парень стал сжимать деревянную поверхность до побеления костяшек. На той стороне линии послышался приятный смех с хрипотцой, которого так не хватало все эти дни. Захотелось улыбнуться и засунуть куда подальше наигранную обиду, прижаться к родному телу и забыться, но Тэхен не из робкого десятка, чтобы спускать всё на тормозах. — Маленький, ты соскучился по мне? — Зная слабые места своего мальчика, голос мужчины стал намного глубже, возбуждающе и маняще. Не услышав ответа, его персональный искуситель продолжил. — Я тоже безумно скучал, не было ни дня, чтобы в мою голову не прокрадывался твой образ. Да ты и сам это знаешь, Тэхен~и. Младший готов поклясться, что воочию видит оскал черноволосого мужчины, который ловко манипулирует его чувствами. Он пытается, пытается всеми силами злиться, но появившийся румянец предательски обволакивает белоснежные щёки. Становится жарко, всего лишь, от милых слов. Хочется растечься лужицей по холодному полу. Такая перспектива, в данном случае, омеге совершенно не нравится, он не тряпка, никогда ей не был и не будет. Но в руках любимого мужчины, безумно хотелось быть именно таким — беззащитным, робким и невинным. — Что-то не видно, чтобы ты по мне скучал. — Пересилив себя, Тэ всё же принимает защитную позицию. Ноги неспешно отрываются от блестящего кафеля, к которому, буквально несколько секунд назад, тот прирос. Благо людей в коридоре не так много, что позволяет концентрироваться лишь на одних ощущениях. — Почему же не звонил тогда? Даже трубку не брал… — Понуро продолжал он. — Зайка, я набрал твой номер, как только смог. Было много отчётов и документов, бесконечные бумаги… Мне уже не в радость эта ёбаная поездка, — даже маты из любимых уст кажутся чем-то правильным, вызывая улыбку. Да Тэхен безнадёжно влюблён… — Не злись на меня, связь там хреновая, даже сообщение не мог отправить, предупредить. Как же хочу поскорее тебя увидеть, будто не неделя прошла, а целая вечность. Сердце Тэ моментально потеплело, более того — растаяло. Дурные мысли, что закрадывались на протяжении суток, стали понемногу рассеиваться, словно грозовые тучи открывали вид на яркое тёплое солнце. Почему же, парочка незначительных фраз, может настолько сильно влиять на эмоциональное состояние человека? Для Тэхена, данный вопрос до сих пор остаётся нескончаемой загадкой. И ведь её не хочется разгадывать, есть лишь неистовое желание раствориться в любимом человеке, в его заботе и ласке. — Гук~и, — обожаемое имя парень произнес практически шёпотом, будто оно было чем-то сокровенным и запретным. Он совершенно не привык показывать свои чувства, тем более на людях, образ колкого мальчишки, созданный его же руками, безумно мешал проявлять эмоции. — Я скучаю, честно скучаю, не знаю, как ещё вытерпеть 2 дня… — Чуть ли ни хныча, затараторил младший, благо, неведомыми ему путями, тот забрёл в безлюдный коридор. — Очень сильно хочу к тебе. — Малыш, ты сейчас в универе? — Голос альфы в ту же секунду меняется, чувствуя настроение своего омеги. Чон тоже напряжён и тоже до безумия хочет оказаться рядом. — Блять… — Как-то отстранённо продолжил тот, под громкий звук гудка. — Урод! Тебя там что, ездить не научили?! Так какого хуя ты попёрся на трассу? — Грубость мужчины, не направленная на него, заставляла почувствовать приятный узел внизу живота. — Прости зайка, ну так что насчёт универа? — С глубоким вздохом мужчины, ушла и агрессия. Смешок застрял в горле, принуждая себя не вырываться наружу, но совершенно глупая улыбка не хотела спадать с лица. Лишь Тэхену было позволено видеть такую перемену настроения, лишь к нему направлено ласковое обращение альфы. Но из-за всех этих будоражащих мыслей и приятного волнения, его понемногу выбивает реальность. Отдалённые всхлипы в самом дальнем углу коридора, затрагивают душу. Не прерывая разговора, он направляется в нужную сторону. — Да, я в универе… Вот пары закончились… Ты за рулём, что ли? — Говорить стало намного сложнее, ведь помимо тихих всхлипов, ещё послышались голоса нескольких парней. — Да. Тут один дебил чуть машину мне не поцарапал… — После нескольких секунд продолжил. — У меня для тебя есть сюрприз… — Загадочно произнёс старший и захотел было продолжить, как его прерывают. — Оу! Смотрите пацаны, да у нас сегодня счастливый день! Шлюха самого Чон Чонгука пожаловала к нам в руки! — Громко и радостно восклицал, ненавистный Мин Юнги, с каждым шагом становясь ближе. — Чего один и без охраны? Или того раза тебе не хватило? — Малыш, кто там? — Чон всё слышал, от того и голос в одночасье стал напряженнее. — Я перезвоню… — В спешке бросив трубку, чтобы не заставлять переживать своего парня, Тэ глубоко вздохнул и перевёл взгляд на задиристого альфу. — Мудак, — без капли страха, тот проходит мимо Юна, на продолжающиеся всхлипы в глубине коридора. Ему не впервой ввязываться в драку, этот омега далеко не из робкого десятка, но сейчас важнее узнать, в порядке ли тот человек, прежде чем махать кулаками. Юнги со своей шайкой отбитых, но здоровых «шкафов», внушает страх на молодых студентов. Самый идеальный пример пословицы: «Силы есть — ума не надо». Казалось, Мин просто обожает своё напускное превосходство. С самого начала учебного года отношения у них не задались, Юнги по своей глупости думал, что ему удастся подмять под себя светловолосого. Из-за чего хорошенько получал в морду не только от самого омеги, но и от Чонгука. На время его пыл поутих, но сейчас, не видя рядом с Тэхеном защитников, значительно поверил в себя. Пройдя за угол, взгляд голубоглазого цепко устремился, на зажато сидящего в углу паренька. Над ним возвышались трое громил, оскорбляя и пиная хрупкое тело. Тот беспомощно взялся за свои колени и зажмурил глаза, будто пытаясь как можно быстрее пережить ненавистные им секунды боли. Даже лившиеся ручьём слёзы, забитого в угол, не могли остановить гадких действий этих мразей. Им смешно. В них нет ни капли сожаления. Внезапно появившаяся ярость затмила глаза, ладони крепко сжались в кулаки, до побеления костяшек. — Чимин, боже… — Со всей силы оттолкнув двоих альф, наконец можно было подобраться поближе к этому нежному комочку, которому пришлось испытать не предназначенную для него боль. Тэхен спустился на колени и ласково обнял своего друга, пытаясь успокоить. Пак машинально прижался, пытаясь найти любую защиту. Сердце Кима болезненно кольнуло, зачем же было трогать настолько беззащитного малыша? — Вы ещё тут сопли разведите. — Юнги забавляла эта картина, но ещё больше тот хотел завершить начатое. Голос Мина ядовито отражался на слуху, кажется, это было последней каплей, молодой альфа никогда не стыдился переходить черту. Мягко отстранившись от дрожащего Чимина и пообещав, что всё будет хорошо, Тэ повернулся к возвышающемуся над ними Юнги. — Ублюдок, — поравнявшись с ним, заглядывал прямо в глаза. — Зачем ты это сделал? Совсем мозги себе отбил? Хотя сомневаюсь, что до этого они у тебя были. — В голосе Кима не было ни капли страха, лишь безграничная ярость. — Да как ты смеешь мне указывать, подстилка? — Неожиданно сильно схватил он светлые волосы на затылке, вынуждая опрокинуть голову. — Когда я о чём-то спрашиваю, нужно отвечать. — Метнув беглый взгляд на парня сзади, продолжил. — Пак получил по заслугам, за свой острый язычок. Ты будешь следующим. Немного отойдя от быстрого, оцепеняющего шока, Тэхён умело вырвался из хватки парня. — Ну так давайте, пойдите на меня вчетвером, мрази. — Немного отойдя подальше, он облокотился спиной к стене, во избежании ударов сзади. — Я посмотрю, ты осмелел, а то раньше бегал, поджав яйца. — На милом лице появился насмешливый оскал. — Ох, любишь же ты нарываться на проблемы. — Юнги недобро покачал головой, подходя ближе, с ним и остальные парни. Радовало лишь одно, сейчас Чимин в безопасности. Тэхену удалось прекратить издевательство над другом. — Где же твой любимый папочка? М? Неужто, нашёл себе шлюшку получше? Тэхен~и некому защитить? — Исказив гримасу сожаления, тот вытер невидимую слезу. — Завали своё никчёмное ебало! — Нескончаемые попытки оскорбить, изрядно надоели, нужно заканчивать с этим. — Самоутверждаешься, только когда пиздишь беззащитных? — Проглотив комок подступающего страха, он уверенно продолжал держаться. Предполагая дальнейшие действия альфы напротив, Тэхен понимал, что разговорам наступил конец. Замахнувшись, он нанёс первый удар кулаком по челюсти Мина, стоящего вплотную. Дальше чередой последовали, второй и третий размашистый удар, всё происходило быстро, будто не по-настоящему. Никто, из рядом стоящих, не успел опомниться. Юнги болезненно приложил руку, к правому глазу. Тэ полностью окружен, отступать некуда, да и бежать не хотелось. Он бы ни за что не оставил друга в беде. Тем более, такого робкого, невинного и беззащитного… Чим не из тех людей, которые могут постоять за себя, хоть и безумно сильно этого хочет, а придурки, такие как шайка Юнги, умело этим пользуются. Сердцебиение ускорилось, а дыхание участилось, Тэ чувствовал скорую отдачу, в четырёхкратном усилении. Его руки крепко сжали двое альф по бокам, прижимая сильнее к стене. Под негромкую усмешку Мина, острая боль ответ пронзила челюсть. Кулак у этого парня не из лёгких. — Сука! — Рыкнув у самого лица, разъярённый ударом парень продолжил размашисто бить по телу. — Да знаешь, что я после такого из тебя сделаю? Даже родня твоего лица не узнает. Тэхен понял, в какой западне оказался, Юнги никогда не играл по правилам. Каждый удар отражался резкой болью, хотелось съёжиться, позвать на помощь, призвать всех, кого только можно, чтобы боль прекратилась. Раньше, их стычки не были настолько несправедливыми. Единственное, что осталось у Тэхена — ноги. Превозмогая ноющую боль в теле, он согнул левую ногу в колене и со всей силы ударил Юнги в пах. Тот пошатнулся и сгорбился, непроизвольно хватаясь за своё достоинство. Даже сейчас, стоя в захвате двух альф и принимая удары от третьего, голова Тэхена была забита одними безмолвными мольбами, лишь бы Чимин не рвался его защищать. И тот будто слышал его, оставаясь в стороне. Маленький омега, всё равно бы, не смог противостоять, хотя бы одному альфе. Как только стоящий в стороне, четвёртый громадный альфа захотел преподать Тэхёну урок, Юнги не дал тому ничего сделать, снова подходя ближе. — Видимо, ты до сих пор не понимаешь, в чьих руках находишься. Я всё это время недостаточно сильно бил тебя? Хах, ты сам нарвался. — Мин яро поднял кулак вверх, точно целясь в голову. Ким стыдливо зажмурил глаза, готовясь к новой порции ослепляющей боли. Слёзы стекали по щекам, а главным желанием было — разреветься. Их силы изначально не были равными, он прекрасно знал на что шёл. Крупная дрожь пробежала по телу, готовясь принять удар, но почему-то его не последовало. Может, он в бреду не смог различать боли? — Убрали руки от него! Живо! — Стальной голос заставляет съёжиться. Странно, но голос кажется таким родным… Ноги совсем не держат, а сильные руки альф, что крепко прижимали к стене, послушно отпускают молодого омегу. Очень сильно хочется открыть глаза, посмотреть на нового человека, что предотвратил болезненные истязания, но внезапная паника мешает двигаться и хоть как-то подавать признаки жизни. Единственное, на что он способен, это прижиматься спиной к стене, будто надеясь пройти сквозь неё. — Я, блять, что тебе говорил, сука?! — Тяжёлые уверенные шаги, громко отражались в тишине блестящего кафеля. — Ты ответишь за каждый, мать его, синяк на его теле! — Нестерпимо рявкнул незнакомец. Шаги становились отчётливее, а появившийся оттенок любимого запаха лесных орехов, заставлял по странному чувствовать себя защищённым. Его альфа здесь. Сомнений быть не может, из-за непреодолимого страха, пронзившего всё тело, он так и не различил свой любимый голос. Ещё в неверии, Тэ понемногу открывал, со всей силы зажмуренные глаза, будто не виденье мира тому могло чем-то помочь. Эмоции, словно два цунами сливались воедино, по одну сторону были исключительно — страх, паника и безнадёжность, по другую — тепло разливалось под кожей, принося за собой защиту, любовь и умиротворение. Они бились друг о друга, пытаясь соединиться воедино, но это казалось невозможным, одно пересиливало другое. Ноги всё так же предательски подкашивались, но всё же, держали своего хозяина. Перед глазами омеги воцарилась неожиданная картина. Чонгук выглядел чертовски злым. Его кулаки сжаты до побеления костяшек. Смолянисто чёрные волосы были зачёсаны назад, открывая вид на безупречно красивое лицо, животный оскал на бледно розовых губах устрашал и внушал панику. Неестественно громкое дыхание, предвещало начало неотъемлемого пиздеца. Уверенные шаги заставляли сжиматься сердце, а резкие движения съёжиться. Тот ещё ничего не сделал, но давал понять, что за своего малыша, набьёт нахальные морды всем и не пожалеет ни единого. Тэхен же, испытывал совсем иные чувства, по отношению к этому человеку. Сердце как-то странно сжималось и трепетало от происходящего, восторг и счастье затаились где-то внутри, в животе приятно зарождался узел. Природный запах альфы, пытался успокоить своего омегу. Он подействовал незамедлительно: страх постепенно притуплялся, Тэ понял, что теперь находится в безопасности, под крылом своего мужчины. Он смотрел на Чонгука совершенно другим взглядом, его вид был не столько страшен, как чертовски притягателен. Внешность Чона завораживала, одежда на крепком накаченном теле сидела безупречно, подчёркивая подтянутые бёдра и натренированные руки, с большим количеством татуировок. Юнги же, будучи раньше таким резким и колким, сейчас впал в небольшой ступор. Тот явно не разделял любовных чувств Тэхена, Чонгук представлял для него опасность, подавляя своими феромонами. Надвигался на него, а Мин словно статуей стоял на одном месте. — Что притих, уёбок? Твои дружки тебе больше не помогают? Тоже зассали, да?! — И снова, до прекрасного ужасающий голос Чона, раздался уже возле лица Юна. Немного осмелев, Тэхен стал оглядываться из стороны в сторону, всё ещё припечатанный к стене, только уже не амбалами, а самим собой. Рядом с Гуком стояли ещё двое знакомых альф — Намджун и Хосок. Они отвлекали на себя четверых молодых, высоких шестёрок Юнги, тем самым первыми начали драку. Каждый из четверых был уверен в своей победе, но в скором времени поняли насколько сильно заблуждались. Хос и Джун не жалея сил ударяли жёстко и размашисто, не получая ответных ударов, те просто не поспевали опомниться, как получали последующую острую боль. — Как ты Тэхена назвал? А, мразь? — Резко взяв за грудки футболку Юнги, прорычал в самое лицо Чон. В нём нет жалости и снисходительности, к этому человеку. Пора бы давно преподать урок ублюдку. — Шлюхой? — Казалось, ещё немного и Мину придётся покупать новую, так как ткань практически сейчас разорвётся. — Так попробуй повтори мне в лицо, сученыш! — Черные глаза мужчины, прожигали молодого парня насквозь. Тэхен мог лишь гадать, как Юн ещё стоит на ногах. От безумного напора чёрноволосого, даже у него самого поджимались колени. Но по судорожно двигающемуся кадыку, сразу становилось понятно, как сильно Мину неприятен контакт. — Думаешь, мне тяжело повторить? — Кажется невероятным, что Юнги находит себе силы оторвать язык от нёба и съязвить. Его безграничная дерзость всегда удивляла, будто тот не понимал последствий сказанного. — Научи свою шлюху манерам, имбицил ходячий! — Сказав это, он предпринимает попытку резко отдёрнуть цепкий хват Чона, что оказывается провальным. Такое впечатление, что молодой альфа ходил по тонкому острому лезвию ножа. И наконец, оступился. У Чонгука, словно обрываются все крепкие цепи самообладания. Сказать честно, он не ожидал такой дерзости. Это было последней каплей. — Блять… — В столь коротком слове, можно буквально прочитать: «Тебе конец». — Я сейчас вырву с корнями твой поганый язык и запихаю в жопу. А ещё выбью всю дурь, чтобы даже мысли не было приближаться к Тэхену. — Интонация в голосе, будто сама выделяла до одури любимое имя Чона, становясь резче и угрожающе (хотя, куда ещё больше). Гук уже не в силах вести диалоги с этим придурком, время на разговоры вышло, да и услышанного полностью хватало, для того, чтобы разбить наглый хавальник. Не отпуская своего крепкого захвата с несчастной футболки, правой рукой мужчина наотмашь бьёт в челюсть, всё ещё стоящего в ступоре Юнги. Скорее всего, у того перед глазами появляется темнота и множество звёздочек, что кружатся по часовой стрелке. Чон даже не планирует отпускать, тяжело дышащего Мина. Жалеть его сегодня никто не собирается. Перемена рук и совершенно идентичный удар, только с другой стороны, обезоруживает некогда крутого Юна. Ряд ударов завершает третий — ровно в нос. Выпустив из крепкого захвата, Чонгуку представляется обворожительная возможность смотреть затем, как на подшатывающихся ногах Юнги пытается найти ближайшую стену, чтобы облокотиться. Его нос кровоточит, голова неимоверно кружится, а челюсть всё ещё пронзает острая боль. Он даже не смог дать отпор, настолько быстро всё произошло. — Ну что, больно тебе, сука? — Издевательски спрашивал, надвигаясь ближе Чон. — А как бить омег ты первый. Моего омегу, даже пальцем трогать нельзя! — Контролировать себя становится чем-то нереальным. Кулаки так и чешутся предоставить новую порцию боли. — Так где же ты был всю неделю?! А? — Неизвестно, где берёт в себе силы Юнги, но даже после таких ударов может себе позволить язвить. — Когда я бил его, а он своими жалкими попытками пытался дать отпор? Как жаль, что не выдавалось возможности уединиться в укромном месте… Если бы всё случилось раньше, от твоего любимого Тэхен~и, живого места не осталось. — Сплевывая кровь, Мин смотрел прямо в глаза, без страха и даже с каким-то самоудовлетворением. Сказанное им, действительно обескуражило Чона — тот не знал ни о чём таком, находясь в командировке. Тэ, как настоящий партизан отмалчивался и не желал рассказывать об этом. В этом весь он — отважный и бесстрашный. Даже если хочется разреветься, он будет терпеть до последнего. Даже если на кону его жизнь, он будет защищать всех до последнего. Даже если тому будет страшно, всё равно пойдёт в бой. С Тэхеном, Чонгук разберётся потом, ярость совсем затмила глаза. Перед ним стоит ненавистный всей его душой Мин, мать его, Юнги — пацан, который возомнил о себе, бог знает что. Предотвратив жалкую атаку со стороны мечущегося Юна, тот без зазрения совести усиливает порцию ударов, теперь не просто по лицу, но и по телу. Намджун и Хосок, тем временем, надирают задницы остальным засранцам. Теперь четверо Альф не кажутся такими уж крепкими ребятами, по сравнению с друзьями Чона. Двое против четверых совершенно нечестно, но смотря, как ловко они справляются с неумелыми атаками молодых парней, становится немного даже смешно. По всей видимости, те альфы имели дело исключительно с омегами, подбирая себе совсем беззащитных жертв. Немного отходя от переполняющих чувств и эмоций, Тэ постепенно возвращается в реальность. Ему не хочется на этот раз прекращать драку, от слова совсем. Единственным, кем забита на данный момент голова, является Чимин. Он всё так же забито сидит в углу, ошарашенно смотря на происходящее. Маленький всё ещё дрожит от страха. Ким срывается с места, совсем позабыв о резкой боли от ударов. Ему совершенно плевать на своё состояние, главное помочь младшему. — Чимин~и, — ласково обращается он, спускаясь на колени и прижимаясь рядом. — Всё хорошо, я рядом, я с тобой. — Нежный голос Тэ пытался всеми силами, хотя бы немного успокоить Пака. Тот казался совсем крошечным в его тёплых объятиях, судорожно прижимаясь всем телом. Чим мягко утыкался в шею своим носиком, пытаясь утонуть в приятном запахе с головой. — Прости-прости-прости, — затараторил младший. — Прости меня, Тэ! — Небольшие руки друга цеплялись за плечи. Всхлипы разрывали сердце. Тэхён не понимал в чём дело. За что тот извиняется? — Зайка, ну ты чего? Ты ничего не сделал, тебе не за что извиняться. — Ким нежно поцеловал в лоб Чимина. Кажется, у того начинается паническая атака. Что было, если бы Тэхен не успел… — Вот именно! Я… Я ничего не сделал… Никак тебе не помог… Мне было страшно… Я должен был… — Чим заикался из-за слёз, прерываясь на тихие всхлипы. — Боже, Чимин~и! Даже не думай об этом! Солнце, ты бы ничего не смог сделать против этих придурков! Молодец, что остался здесь… — Тэхеновы объятия стали крепче, а поглаживания по спине успокаивающе. За успокаиванием маленького комочка нежности, Тэ совсем перестал следить за развитием драки за спиной. А она казалось, уже заканчивалась. Светловолосому, удаётся уловить лишь последние фразы сзади. — И не думай уёбок, что это всё! Мы с тобой ещё не закончили! — Тяжело вздохнув, Чон держал избитого Мина за волосы. — Ходи и оглядывайся теперь. Нужно было давно преподать тебе урок. Хос с Джуном тоже подрались на славу — выдохлись, но не дали себя в обиду. Даже не верится, что всё это время они действительно находились в университете. За всё время, ни один человек не дошёл до укромного места и не поднял шум. Удивительно, но факт. Наконец они остались впятером: Юнги со своей бандой убежали, сверкая пятками. — Тэхен~а, Чимин~а, вы как? — Ласковый голос Чона, выбивал землю из-под ног. Он подошёл ближе и сел на корточки, поглаживая спину прижавшегося к Чимину, Тэхёна. Простые мягкие касания, образовывали дрожь по всему телу. Хочется расплакаться в крепких объятиях альфы. Прижаться, вцепиться в шею мёртвой хваткой и никогда не отпускать. Плакать, плакать и ещё раз плакать. Но не сейчас, сейчас нельзя, нужно держаться. — Теперь хорошо, — выскабливая в себе остаток сил, произнёс Тэ с дрожью в голосе. — Чим~и, ты сможешь рассказать, что сделал Юнги? — Намджун, тоже сел на корточки, нежно беря руку младшего, нервозно стискивал зубы, чтобы хоть немного унять агрессию, по отношению к произнесённому имени. Он всей душой ненавидел, когда обижают беззащитных. — Д-да… — Чим цепко схватился за мощную руку старшего, чувствуя себя в полной безопасности. — Он… Подошёл ко мне и начал спрашивать, где находится Тэ… После того, как я ничего не ответил и отпирался от его вопросов… Он начал оскорблять Тэ… Я подумал, что справлюсь с ним и первым ударил, не желая слушать бред… А потом… Он… Он… — Всепоглощающий и внезапно нахлынувший страх, не давал ему сказать и слово. — Тише, тише, маленький, не нужно. — Джун притянул Пака ближе и позволил уткнуться себе в шею, успокаивая своим запахом. Альфа по-настоящему надеялся, что это поможет. А ведь слов действительно не нужно, всё и так понятно — Чимина били. От этих мыслей становится безумно больно, глубоко внутри. Сердце по новой разрывается на части. — Тэ, малыш, иди ко мне, ты сам весь трясёшься. — Из переживаний за друга, вырывает любимый голос. Он совсем рядом, совсем близко, его запах обволакивает лёгкие, не грех им задохнуться. За Чимина теперь волноваться не нужно — к нему пришёл свой персональный защитник, от всех бед и несчастий. Наконец, отходя от паники за чужую тонкую душевную организацию, Тэ придаётся чувствам. Смотрит в глаза напротив: в них скопилось столько тёплых чувств, что невозможно не утонуть в тепле доброго взгляда. Ким не может больше терпеть, он так долго не прикасался к своему альфе, грёбаная неделя, казалась вечностью. Отрывая онемевшие руки от холодного кафеля, тот судорожно цепляется за крепкую шею Чона. Словно боится утонуть. Жилистые руки аккуратно подхватывают тонкую талию, позволяя стойко держаться на месте. Родной запах орехов, действительно успокаивает и навевает спокойствие. Дрожь проходит по всему телу, когда аккуратный носик омеги, жадно вдыхает приятный аромат. — Тише, тише… Всё закончилось… — Гук ближе прижимает к себе, хрупкое дрожащие тело. — Как? Как ты нас нашёл? И вообще, как вы все здесь оказались? — Практически шёпотом говорил Тэ, сил ни на что не оставалось. В голове крутилось лишь одно: не отпускай, не отпускай, не отпускай. — Помнишь, я тебе говорил про сюрприз? Вот и он, правда, не думал, что наша встреча пройдёт именно так. Я смог завершить все дела на 2 дня раньше, думал заехать за тобой, встретить около универа, но как услышал Юнги… — Кулаки Чона непроизвольно сжались, будто тот недостаточно навалял задиристому парню. — А потом все как в тумане, будто предчувствие появилось, что нужно быстрее к тебе… — Да уж… — Встрял взъерошенный Хосок, — этот ополоумевший поднял нас с Намом на уши, хотя на самом деле, этих сопляков мог бы и сам завалить. Найти вас проще некуда: здесь повсюду камеры, в этом закутке конечно их нет, но легко было вычислить куда ты пошёл, по последней камере, которая тебя засекла. Связи решают всё, а здесь они у меня неплохие, сам знаешь. — Я не знал, что тут происходит. Нужно было перестраховаться. — Цокал языком Чон. Его всегда бесили придирки друга. — Хрен с ним, — отмахнулся Хос, переводя внимание на Тэ. — Ладно ему, но мне ты почему ничего не говорил? — Эй, ты сейчас договоришься. С чего это он ничего мне не скажет? — Пробурчал Гук. — Цц, не тупи, ты был в командировке, чтобы мог сделать? — Хосок шутливо пихает того в плечо, в ответ на это получая тяжёлый вздох. — Я думал сам справлюсь… Он никогда не переходил черту. Мы могли помахаться кулаками, но сегодня… — Тэ ещё сильнее прижимался к Чону, будто хотел пролезть в него. — Всё, всё, мы тебя поняли, не нужно этого вспоминать, — Чон укоризненно посмотрел на Хоса, всем видом давая понять, что не нужно сейчас заводить таких тем. — Поехали домой… Нам всем нужно отдохнуть… Тэ послушно закивал головой, Чим, что тоже приятно устроился в руках старшего, совершенно не был против подобному развитию событий. Из-за пережитой истерики, безумно хотелось спать. — Ты поедешь со мной. — Утвердительно говорил Чиму, Намджун. Рыпаться и отказываться у младшего не было сил, поэтому тот лишь кивнул и прижался ближе. — Я тебя понесу на руках. — Оповещал Чон, тем самым вызывая шок. — Нет, нет, я и сам смогу дойти до машины, — брыкался Тэ. — На нас будут странно смотреть… Не дождавшись ответа, он быстро встал на ноги, дабы показать всю свою готовность. Конечности же, предательски не слушались парня — ноги подкашивались, а сам он судорожно пытался вцепиться хотя бы за что-нибудь, чтобы не потерять равновесие. — Какой неугомонный… — С глубоким обречённым вздохом, Чон легко подхватил на руки, своего любимого непослушного мальчика. Со стороны казалось, что парень совершенно ничего не весит. — Насрать мне на людей, что нас увидят. Тебе нужен мой запах, чтобы восстановить силы. Ким на этот раз не стал спорить, прижавшись к шее, прикрыл глаза, видимо понимая, что его альфа прав. Все наконец, пошли на выход. — И опять я один, как лох… — Неохотно бурчал себе под нос Хосок, неспеша шагая позади. — А как же Джин? — По лисьи прищурившись, Тэ попал в самую точку. — Он интересовался тобой. Спрашивал, как ты. Хосок ничего не ответил, но по его виду, сразу стало понятно, что такие новости были ему по душе. Отношений у этих двоих абсолютно не было, да и больше того, они виделись два раза в жизни, когда Хос, по доброте душевной, забирал из универа уставшего Тэхена. При встрече они очень долго смотрели друг на друга, но дальше приветствий ничего не шло. Как дети, ей богу. Тем не менее, маленькому Киму, удалось воодушевить бурчащего Хоса. Прячась от внешнего мира в крепкой шее Чонгука, Тэ не заметил, как они подошли к чёрной BMW. Быстро попрощавшись со всеми, они аккуратно залезли в машину, устроившись на переднем сидении. — Нужно обработать раны. — Суетливо говорил Гук, доставая аптечку первой помощи. Открыв небольшой белый чемоданчик, с красным крестом посередине, он внимательно искал необходимые средства, из-за чего со стороны выглядел весьма умилительно. Нет той самой дерзости и взгляда, внушающего страх, на смену им пришло беспокойство. За родного и до одури любимого человека. Скулы потеряли своё острое очертание на безупречном лице, тело мужчины полностью расслаблено, его взгляд источает то самое, необходимое тепло. Кажется, он может согреть Тэхёна лучше, чем любая печь, стоит тому лишь прижаться поближе. Тэ просто не может не улыбнуться в ответ на заботу и любовь дарившего, некогда грозного, Гука. Движения мужчины легки и плавны, будто тот боялся лишний раз неправильно задеть кровоточащую рану, нежно прижимая кусок, пропитанной в растворе, ватки. — Сцш! — Непроизвольно омега шикнул и отстранился, от внезапной боли. Без лишних слов, Чон притянул его обратно и начал неспешно дуть на рану, параллельно касаясь её ватой. Щека саднила, но благодаря заботе альфы, боль постепенно уходила. Гук повторял аналогичные действия ещё несколько раз — много же его мальчику досталось пережить. Салон автомобиля пропах их смешанными запахами, от которых легче становилось дышать. Тэ всё больше и больше обмякал в приятной атмосфере. — Малыш… — С долей грусти в голосе, произнес Чон. — Мне невыносимо смотреть, когда тебе причиняют боль… — Сильная рука, легла на нежную щёку, практически невесомо поглаживая. Обработав все раны и отложив второй рукой аптечку подальше, между ними не осталось никаких преград, чтобы придвинуться друг к другу ещё ближе. — Почему ты молчал? Почему не хотел рассказывать об этом? Под «этим», он явно имел ввиду ненавистную персону, Мин Юнги. — Я… — Тэ никак не мог сосредоточиться на мыслях, из-за безумно короткого расстояния, между их лицами. Горячее дыхание мужчины обжигало кожу, большой палец всё так же размеренно поглаживал, заалевшую щёчку. От невыносимой близости и недельного недостатка внимания, внизу живота приятно тянуло. Трепет и волнение смешались воедино, будто между ними не было долгих отношений. — Я такой жалкий… — Крокодильи слёзы, градом начали стекать по щекам. Тэ мелко затрясся на месте. — Иди сюда, — Чон аккуратно притянул маленький комочек к себе на колени, удобно усаживая. Из-за быстрой смены настроения своего мальчика, мужчину одолела паника на несколько секунд, но быстро сориентировавшись, тот понял, что нужно быть как можно ближе. Они погрузились в объятья друг друга, длинные пальчики Тэхена вцепились мёртвой хваткой в футболку Чона, пока тот успокаивающе поглаживал по спине. — Малыш, не смей никогда говорить такую чушь, ты лучше любого человека, которого я встречал… Если не хочешь об этом говорить, я пойму, не издевайся над собой. — Хриплый тихий голос, вызывал новую волну мурашек по всему телу. Киму хочется просто утонуть, в невероятных ощущениях. Так ничего и не сказав, тот глубокими вдохами набирает в лёгкие, как можно больше невероятного аромата лесных орехов. — Я… — Отчаянно всхлипывая, тот пытался настроиться на разговор. Было видно, что он хочет поделиться накопившимися маленькими тайнами. — Я думал, что справлюсь сам. Не хочу быть тряпкой и той омегой, которая дрожит как осиновый лист, только от прикосновения. Не хочу, не хочу, не хочу. — Вжимаясь всем телом в Чона, безостановочно повторял Тэ. — Но ничего не смог сделать… Опять… — Стеклянные глаза парня, смотрели в любимые напротив. У Чонгука сжималось сердце. С самой первой встречи он бы никогда не подумал, что перед ним стоит робкий омега. У Тэхена есть своеобразная черта в характере — он может рискнуть своей жизнью, взамен на другую. Будет защищать до последнего, чего бы тому не стоило. И со всем справиться сам. Только вот до него никак не дойдёт, что воевать в одиночку вовсе не нужно, он не один и никогда не будет. С ним его Альфа. Прямо сейчас они вдвоём: белокурый паренёк удобно сидит на накаченных бёдрах, любящего его мужчины. Нежные объятия которого, оберегают от всех невзгод и напастей. Их лица совсем близко, те буквально опаляют горячим дыханием губы друг друга. В машине становится предательски душно, из-за лёгкого возбуждения. Командировка Чона полностью избавила их от физического контакта, многочасовые ночные разговоры по видеосвязи, никак не могли заменить близость в жизни. Первым не выдержал Гук, аккуратно притянув за затылок своего любимого мальчика, их губы нежно соприкоснулись друг с другом, поцелуй совсем невинный, такой нежный и робкий, будто первый. Пятерня Чона аккуратно массировала макушку парня, в то время как вторая рука приятно поглаживала спину. Пальчики Тэ мелко подрагивали, но ещё сильнее вцепились за футболку альфы, словно он боялся выпустить того из рук. Хотелось ближе и больше. Чонгук словно обладал телепатией, ведь в ту же секунду углубил поцелуй, он был таким же нежным и чувственным, никакой грубости и резкости. Их языки сплетались друг с другом, принося за собой волну удовольствия. Дыхание предательски участилось, хотя и воздуха совершенно не хватало. Придётся оторваться не надолго, чтобы восстановить потерянный контроль над дыханием. — Маленький, — Гук нежно трётся щекой о чужую, — они играли нечестно, впятером идти против одного, ужасно. В тот день, когда мы встретились, была абсолютно та же ситуация, ты не обязан противостоять всем на свете, для этого у тебя есть я. У тебя безумно красивое сердце для этого мира, ты добр ко всем и не требуешь ничего взамен… — Целуя куда-то в шею, говорил он. — Пойми, что не зазорно обращаться за помощью, тем более ко мне. Это тяжело, но постепенно у тебя получится, честно-честно, не нужно тащить все невзгоды на себе, правда… — Короткие поцелуи альфы, прошлись по всему омежьему лицу. От переизбытка чувств, Тэхёну захотелось разреветься ещё больше и ему совершенно никто не запрещает этого делать. Нежность, забота, тепло, любовь, ласка, умиротворение: это именно то, чего безумно не хватало все эти дни. — Я постараюсь… — Хоть и шёпотом, но голос паренька звучал довольно убедительно. Он заметно улыбался, хоть и слёзы до сих пор лились из его глаз, только уже не от печали, а от радости. — А что… Что будет с Юнги и теми альфами? — Немного не уверено, но всё же, не задать подобный вопрос, он не мог. Тэ прекрасно понимал, что простыми побоями они не отделаются, осталось только понять степень их наказания. — Не знаю. — Без раздумий отвечал Чон. — Зная Намджуна, он их убьёт. — У-убьет? — Голос Тэ дрогнул, он явно не ожидал такого поворота событий. — Угу, а я закопаю. — Так же ровно оповещал тот. — З-закопаешь? — Округлил глаза Ким, слёзы внезапно испарились, на замену им пришло удивление. Звонкий и бархатистый смех Чона раздался совсем рядом, у самого уха. Бедный Тэхен, совсем потерялся. — Да шучу я! — По доброму посмотрев на белокурого, он слегка шлёпнул его по ягодице под рукой. — Цц, ну какого хорошего ты обо мне мнения, оказывается… — Глупая улыбка озарила их лица. — Просто поговорим, без мордобоя и чего-то подобного, они слишком много себе позволяют. Куда только смотрит администрация… Тэ по новой прижался к любимому. Всё закончилось, а бояться теперь уж точно нечего. Ему помогут, обязательно помогут, придут на помощь в самые нужные моменты, сказав такие простые, но безумно важные слова: — Я люблю тебя, малыш..