The neighbour

Когда Сигма искал соседа по комнате, он знал на что идёт. Переехать в другой город на время учёбы само по себе дело сложное. Ещё сложнее отказаться от общежития и найти квартиру в другом месте, дешёвую квартиру, что важно. В общежитии было тяжко. Людей слишком много, все они шумные, через стенку можно услышать абсолютно любые вещи, которые любой предпочёл бы не слышать. Да и качество комнат оставляет желать лучшего — сплошная плесень, тараканы и прочие ужасы, с которыми ужиться нереально. Сигма нашёл квартиру, но ему нужен сосед, ибо в одиночку платить выходит дорого. У него есть стипендия, но тратить её только лишь на аренду… Это означало бы питаться воздухом и надеяться на лучший исход. И вот человек нашёлся. Коля Гоголь, второкурсник с совсем другого факультета. В первый раз они встретились уже в квартире, хозяйке он отчего-то понравился, а вот Сигма напрягся. Он не был тактильным человеком, а Гоголь сразу же его обнял, причём так крепко, будто хотел этим жестом выдавить весь воздух из Сигмы. Затем они оба въехали в квартиру, поделили пространство и в целом уживаться можно было. Сигма проводил большую часть времени в университете, сидел допоздна в библиотеке и приходил лишь на ночь, чтобы поспать и вернуться обратно на учёбу. Колю он видел редко, тот приходил очень поздно, а по утрам пропускал пары и спал в своей комнате за закрытой дверью. Сигма его не трогал — чужая посещаемость явно не его забота. На выходных тоже достаточно легко. Сигма проводит время в спальне, Коля уходит куда-то рано утром в субботу и приходит обычно поздно вечером в воскресенье, не говорит при этом ни слова и лишь принимает душ, после которого всё в том же молчании уходит спать. Сигма иногда задерживает на нём взгляд дольше обычного, рассматривает, будто хочет разгадать, куда этот человек пропадает, но видит лишь красивые черты лица и усталость, после чего он отводит взгляд и делает вид, что не замечает, как Гоголь пялится в его сторону в ответ. Иногда бывает интересно. Коля кажется Сигме достаточно спонтанным человеком, потому что раз в пару недель случается заметить его в ванной в три часа ночи, красящим свои волосы. Сигма проходит по коридору, чтобы взять воды, но останавливается у двери в ванную, которая открыта. Коля, сгорбившись над раковиной, промывает волосы, а когда поднимается, то у него уже есть пара ярких прядей. Он улыбается широко, замечая Сигму, а тот лишь кивает в молчании и продолжает свой маршрут до кухни и обратно. Однажды Сигма сидел на кухне, пил чай, который они заварили ещё два дня назад и так не купили новую заварку, чтобы сделать свежий, и читал один из своих конспектов, когда увидел в окне Колю. Тот бежал, непонятно сперва почему и отчего, а затем из-за поворота выбежало ещё человек пять, и все они, очевидно, гнались за Колей. Тот оглядывался через плечо пару раз, прежде чем быстро открыть дверь в подъезд и ещё быстрее её за собой захлопнуть. Даже изнутри квартиры Сигма мог слышать, как тот шумно дышит и как его дыхание отдаётся эхом по всему подъезду. Те парни агрессивно били в дверь, но их умело разогнали какие-то соседские бабушки, грозно пригрозив вызвать ментов. Если Сигме не показалось, то одна из бабушек дала какому-то парню по голове тростью, тот скривился и все они быстро ушли, крикнув напоследок угрозы. Коля вошёл в квартиру, держался то за бок, то за сердце, выравнивая дыхание. Сигма ничего не спрашивал, протянул стакан с водой и ответил кивком на раздавшиеся после этого жеста благодарности. — Тебе неинтересно, кто это был? — спросил Коля тогда. Сигма пожал плечами в ответ. Ему интересно, но это лишь любопытство и его возможно пересилить. — Зато я купил чай. Коля с широкой улыбкой поднял руку с каким-то пакетом вверх. Сигма удивлённо вскинул брови и заглянул внутрь, там и правда была упаковка хорошего чая и ещё что-то, завёрнутое в полотенце. Сигма не задавал вопросов, вытащил упаковку и вернулся на кухню, чтобы: во-первых, вылить свой давно остывший чай в раковину, во-вторых, включить чайник и заварить таки новый чай. Коля пришёл как раз когда чайник вскипел, в домашней одежде — свободных штанах и растянутой футболке, которая так и норовила сползти с плеча и оголить больше кожи. Сигма поймал себя на мысли, что смотрел на чужую ключицу, пускай Коля и не заметил этого. — Я всего лишь обыграл их в карты, — зачем-то сказал Гоголь. Сигма вскинул бровь и посмотрел на него с удивлением, не совсем понимая, к чему это сказано было. Параллельно он наливает чай в две кружки и протягивает одну из них Коле. — Те парни, что гнались за мной. Мы играли на деньги, я выигрывал, а они подумали, что я мухлюю. — Но ты мухлевал, — заметил Сигма, осведомлённый о способностях своего соседа. Пару раз они играли в дурака, чтобы решить, кому из них нужно мыть посуду, в те редкие дни, когда они оба были дома. Коля всегда выигрывал, а Сигма всегда замечал нечестную игру за ним. — В этот раз нет! — вскинул руки Коля, чуть не опрокинув кружку. — Чёрт. Сигма заметил, как Коля стучал пальцами по кружке, нервно так, хотя сам улыбался и дышал вполне ровно. Не хочет показывать испуг, заключил Сигма и решил не поднимать пока эту тему. Вместо этого он открыл один из верхних шкафчиков на кухне и вытащил оттуда упаковку вафлей, протянув её Коле. Тот посмотрел на эти вафли с горящими глазами, будто это самая драгоценная вещь на свете. — Купил на днях, можешь съесть, — подсказал Сигма, затем решил добавить, — заметил, что ты их любишь. — Ты замечательный! — искренне обрадовался Коля и расплылся в широкой улыбке. Он бы сейчас обнял Сигму, если бы тот не сказал однажды, что не совсем тактильный человек и подобные жесты не сильно любит. — Правда, замечательный! Как же я справлялся без тебя? — Взаимно, — усмехнулся Сигма, не совсем уверенный, можно ли пошутить про то, как ему в жизни не хватало такой наполненной экшеном доставки чая. Они сидели на кухне некоторое время. Это был один из редких вечеров, когда они действительно разговаривали друг с другом. Сигма больше молчал и с интересом слушал все истории Коли, не совсем уверенный, какие из этих баек реальны, а какие лишь вымысел ради хвастовства. Коля же выступал энергичным рассказчиком, который очень эксцентрично и эмоционально доносил истории. В следующие выходные Коля не уходит никуда. Он остаётся в квартире и спит до обеда, а Сигма даже не замечает, привыкший к его постоянному отсутствию. Наверное поэтому он подпрыгивает от испуга, когда Коля выходит из своей спальни. — Эй, это всего лишь я, — хриплым от сна голосом говорит Коля, расплываясь в улыбке. Его глаза ещё слипаются, он потирает их руками и вместе с этим пытается что-то сделать с волосами, которые вчера так и остались заплетены в косичку, отчего сейчас стали полнейшим кошмаром. — Ты разве не уходишь по выходным? — спрашивает Сигма. — Э… ну знаешь, — Коля тянет слова, его только проснувшийся мозг явно не может сгенерировать какую-то достойную ложь, поэтому Сигма просто качает головой, мол, всё в порядке, можешь не отвечать. — Будешь кофе? — вместо этого спрашивает он и кивает в сторону кухни. Коля кивает и они оба идут туда. Коля пьёт кофе и грызёт вафли, которые они теперь регулярно покупают, Сигма распутывает его волосы аккуратно, придавая им более менее приличный вид. Он получает за это полный благодарности взгляд и непроизвольно улыбается. — Есть планы на сегодня? — спрашивает Сигма зачем-то. — Мне нужно знать, готовить ли ужин на тебя. — Я дома сегодня, — отвечает Коля и смотрит на часы, чтобы убедиться, что понял правильно. Время почти три часа дня, вот почему Сигма говорит только про ужин и не упоминает обед. Ну, вафли тоже еда. А потом он задумывается на мгновение и ему становится неловко. — Не волнуйся, я приготовлю ужин сам, — уверенно заявляет Коля, а Сигма едва не отвечает «Ты умеешь готовить?», вовремя сдержавшись, прикусив язык и мысленно поругавшись на самого себя за грубость. — Если настаиваешь… — пожимает он плечами в ответ на это предложение и уходит в свою комнату. Нужно закончить учебные дела. Коля остаётся на кухне один и пытается понять, как работает кухонная плита. Он совсем не знает как готовить. Вечером Сигма выходит из комнаты, когда слышит шум с кухни. Он отчего-то накручивает себя и вылетает мигом, боясь, что это грабители. Он снова забыл, что Коля дома. — Стой, ещё не готово! — заявляет Коля, не допуская его даже к порогу комнаты. — Иди-иди, я позову, когда закончу. Сигма смотрит на него внимательно, прищуривается, но подчиняется и уходит обратно, теперь не закрывая за собой дверь. Коля же панически оглядывается и включает обратно подробный гайд на ютубе о том, как жарить картошку. Не то чтобы он совсем ничего не умел… Коля видел как это делают другие на кухне в общежитии, и он с удовольствием подбивался к этим людям в компанию на вечер, чтобы они сами захотели предложить ему порцию. Так и выживал. А сейчас он один на один со сковородкой с маслом на ней, непонятно как включающейся конфоркой, но он кажется разобрался немного и теперь хотя бы огонь под сковородкой есть, и кучей порезов на пальцах, потому что он не совсем умеет чистить картошку. В этот вечер они едят подгоревшую жареную картошку, где-то пересоленную, где-то пресную. Сигма делает вид, что всё нормально, он просто чаще запивает это водой и улыбается, мол, да, вкусно. Коля собой разочарован, но тем не менее ест. — Я могу заказать что-нибудь, — предлагает он, уже не выдерживая этой неловкости за столом. Сигма поднимает на него удивлённый взгляд. — В смысле, можешь не давиться этой стряпнёй, можем заказать пиццу или ещё что-то. Я совсем не умею готовить. — Просто в следующий раз попроси помощи, — улыбается ему Сигма и всё же откладывает вилку и отодвигает тарелку от себя. — И может быть я правда не против пиццы. В следующие выходные они готовят вместе. Ту же жаренную картошку, но теперь под чётким присмотром Сигмы. В этот раз выходит гораздо лучше и им не приходится тратить деньги на доставку. Коля улыбается, довольный собой, а затем берёт с Сигмы обещание научить его готовить ещё что-нибудь. Он явно вдохновлённый этим ужином и Сигма не может сказать нет. В одну из суббот Сигма приходит на кухню и находит на тарелке картошку, вырезанную в виде сердечка, а рядом милое оригами журавля из обычной салфетки. Коля сидит уже за столом и с нервной улыбкой ожидает реакции. Это самое странное признание в любви в жизни Сигмы, но тем не менее, это то признание, на которое он отвечает взаимностью. В эту субботу они открывают бутылку дешёвого вина и впервые целуются. Теперь, находясь в отношениях, всё как-то становится проще. Теперь Коля не единственный человек в три часа ночи в ванной комнате красит волосы, теперь ему помогают и на утро он ходит с широкой улыбкой, красуясь своими прядями цветами радуги Сигме, будто это не он наносил краску. А Сигма не проводит выходные в одиночестве в своей комнате — он вообще забывает, что такое одиночество, потому что Коля немного напоминает ему пиявку. Не зловредную, просто очень уж он прилипчивый, пускай Сигма и считает это довольно милой чертой. Коля — человек, который обнимается двадцать четыре на семь. Он прилипает к Сигме и отказывается его отпускать, поэтому они оба продолжают лежать вот так приклеенные друг к другу до тех пор, пока не придёт веская причина подняться с кровати. Ещё его объятия снижают стресс: Коля во сне раскидывает руки, сильно. Сигма привыкает к этому за то время, что они встречаются, и всё же иногда эта привычка сильно мешает. Часто доходит до того, что его чуть не спихивают с кровати, а потом ещё и ногу забрасывают на него. Сигма хмурится, собираясь уже ворчать, но затем Коля тянет руками к нему и обнимает, устраивая голову на его груди. И Сигма теряет абсолютно весь настрой ворчать, вместо этого обнимая в ответ и целуя Колю в макушку. Сигма не проводит больше так много времени в университетской библиотеке, а Коля рассказывает, куда уходил обычно по выходным, хотя уже больше не ходит. Теперь выходные дни это уроки кулинарии, которые иногда обходятся дорого, ибо да, он всё ещё может испортить ужин полностью. Коля не может испортить лишь пирожки, потому что это основа основ, это нечто на генетическом уровне, пускай после этого за ним остаётся бардак ещё хуже. Ещё выходные теперь это долгие объятия в кровати, под тихое ворчание Сигмы, что он никуда не исчезнет, если отпустить его хоть на пару минут. И обязательно чаепития с вафлями, всегда с этими чёртовыми вафлями. Сигме кажется, что он никогда не поймёт любовь Коли к этим вафлям, тем не менее, это не мешает ему их покупать для него каждый раз.