Маяк судьбы

Ночной пляж, шум волн, тишина. Прохладный ветерок, полная луна, что освещает всё вокруг; пустые белые лежаки и будка спасателей, тоже пустая. Мелкий песок под ногами и чувство полной свободы. Голос, прерывающий тишину и невесёлые мысли: — Бля, ну Кирюх, тебе что, пять? Давай, заходи по колени в воду и плыви. Ну, тут нет сомов, не укусят и не утащат. Виолетта, одетая в белый раздельный купальник, смотрит на подругу, у которой в глазах паника и явное нежелание заходить в воду. На ней боксеры и топ, Малышенко предлагала Медведевой переодеться, но та же «не девчонка». — Да бля, а кто меня спасать будет? Мы в залупе какой-то, вдруг зацеплюсь за что-то? Вилка, го я буду сидеть на песке, а? Ну будь братаном. Да и ночью купаться, когда спасателей нет… Вилка закатывает глаза и топает ногой от раздражения: — Да блять, да я же… Да ты же… Я тебя спасу! Поняла? Малышенко в воду заходит стремительно, улыбается Медведевой широко-широко, машет, а потом ныряет. Кира думает, что она дура. Думает, что дура и Вилка, а потом вдруг понимает, что та не выплывает. Сердце начинает биться быстрее, холодный пот выступает на лбу. Медведева орёт: — Вилка, сука, вылезай! Вилка! А вода-то остаётся неподвижной, совершенно. И Кира, забив на свой страх, на то, что плавать не умеет, идёт глубже в воду, дрожит и почти плачет, потому что за Виолетту боится. Думает, что, блять, зря признаться в чувствах не смогла, вдруг та утонула? Но, оказавшись в воде уже по шею, она визжит, потому что её со спины хватают за талию и прижимают к горячему телу. — Ну вот, Кирюш, а ты боялась. Зашла, стоишь в воде, умница. Горячий воздух опаляет мочку уха, и Медведева с размаху бьёт Виолетту прямо локтем в живот. Та кричит и отпускает её, Кира же оступается и падает лицом в воду. Барахтается, задыхается, пугается. Малышенко почти сразу её хватает и тащит ближе к берегу, смотрит не менее взволнованно, потому что не думала, что подруга настолько боится глубины. Уже потом она сажает Медведеву на песок, пока волны мягко бьют по заднице, и кладёт ладони на ужасно бледное лицо Киры: — Эй… Эй, Кирюх, дыши. Всё ок, никто не утонул. Бля, я не думала, что ты так боишься… Смотри на меня, ну. Гладит большими пальцами щёки, пока ей в лицо бьёт лунный свет. Медведева смотрит в зелёные глаза, губы облизывает сухие и, неожиданно даже для себя, приближается, накрывая болтливый рот своим. Слова исчезают, мысли тоже. Вилка закрывает глаза и перелезает на Киру. Устраивается сверху, а затем, отодвинувшись на секунду, стягивает с себя верх купальника. В сторону откидывает, заставляя любоваться небольшой округлой грудью с проколотыми сосками; чуть красными щеками. — Давай, потрогай меня, не стесняйся. Голос у Виолетты хриплый. Она горячую ладонь Киры кладёт себе на грудь и сжимает. Стонет от этого и гнётся в спине, бесконечно красивая, такая, что хочется брать и брать, полностью, без остатка. Брать до хрипов и криков. — Ты… охуенная, кис. Шепчет не менее хрипло, обводит твёрдые маленькие соски поочерёдно, а затем говорит уверенно: — Слезь с меня и на четвереньки. Малышенко дрожит от приказного тона и слушается. Встаёт перед Кирой в одних плавках на колени, волны бьют по груди, лицо в опасной близости с морской гладью, но им обеим плевать. Медведева стягивает до колен трусы и шлёпает. Ведёт себя так, будто они в квартире, а не на природе, будто никто точно не пройдёт мимо. Разведя ягодицы, она языком проводит между ними прямо к промежности, утыкается в неё и лижет, возбуждает, заставляет под лунным светом корчиться и хныкать. — Блять… Вкусная и мокрая. Комментирует вкус, отодвигается немного и, не думая, резко двумя пальцами толкается внутрь. Пластиковый лежак скрипит. Вилка вскрикивает и сжимается вокруг пальцев, задницу максимально высоко поднимает и позволяет вбиваться в себя быстро, без пощады и нежности. — Блять, да! Да, ещё! Просит, вскрикивает и ведёт себя максимально развязно. Насаживается на ласкающие пальцы с усердием, скулит, ёрзает. Медведева видит, как смазка стекает прямо на спальное место, слышит шум волн и хлюпающие звуки, сжимает упругие ягодицы и бьёт по ним. А затем останавливается. Выходит из жаркого тела, стягивает с себя мокрые не только от морской воды, но и от естественной телесной влаги боксеры и, развернув Виолетту лицом к себе, тянет ножку чужую вверх. Отодвигает её в сторону, устраивается между и проезжается промежностью прямо по промежности Малышенко. — Блять… Блять, Кира, ты чё… Она пытается что-то сказать, краснеет, стонет и сильно дёргается, но внятного ничего не получается. Трение выводит из равновесия и, по большей части, не от физического удовольствия. Виолетта в восторге от Киры, что сверху устроилась, от Киры, у которой соски через топ просвечивают и грудь приподнимается, от девушки, что мокрая до безумия и двигается так приятно, стонет так хрипло и жмурится… Малышенко кладёт ладонь на ягодицу Медведевой и к себе подталкивает, заставляет ускориться, второй же от соска к соску переходит, сжимает крепко, тянет на себя, пока Кира давится громкими стонами. Под светом луны это самое красивое, что видела Вилка, серьёзно. Умоляющее выражение лица, дрожащие бёдра, блестящая от смазки промежность… — Давай, Кирюш, давай со мной… Просит, вскидывает бёдра, трётся в ответ, слушает хлюпающие звуки и своим клитором постоянно касается клитора Медведевой. У той голова назад откидывается, из груди вырывается гортанный стон… В итоге Малышенко не выдерживает, понимает, что Кира устала, и буквально скидывает её обратно на песок. Устраивается сверху и сразу двумя пальцами толкается в жаркое нутро. Двигается быстро и резко, до криков и скулежа, сжимает небольшую грудь в ладони и смотрит в почти чёрные глаза. Пара минут и судорожное сжатие мышц. Медведева кончает, стонет громко и дрожит. Малышенко покрывает её поцелуями и с насмешкой спрашивает: — Устроим завтра урок плаванья? Ещё один, а то ты, кажется, не запомнила. Кира, уставшая и довольная, бьёт ладонью Вилку по бедру, отвечает хрипло: — Нам нужно ещё несколько уроков. У меня, кажется, плохая память.

***

Спустя время, когда «подруги» стали «парой», Виолетта, смотря на спящую в её кровати Киру, включает телефон. Запрыгивает на подоконник и пишет Кристине, своей лучшей подруге, с которой их дружба началась очень даже горячо… И на том же пляже, на котором начались её отношения с Медведевой. кому: Крис Спасибо за те уроки плаванья! Научила вот Киру плавать, теперь мы парочка говна, что не тонет. Ответ приходит почти сразу, заставляет улыбнуться и тихонько заржать. от кого: Крис не за что) ну и правильно, ты ей давно нравилась, Вилка. кстати, я Лизу тоже учила)))) спит вот, устала Присылает фотку спящей Андрющенко, а Малышенко фотографирует Медведеву. кому: Крис Спят. Удивительно, согласись? Ты научила меня плавать, спасла, а потом я сделала то же самое от кого: Крис судьба, Вилк, судьба. го двойное свидание? Малышенко не успевает ответить. От её смеха просыпается Медведева и бросает в Вилку подушкой. Кричит хрипло: — Я тебя, сука, утоплю! Спать мешаешь! Через час Виолетта, затраханная и с горящей от ударов задницей, печатает Кристине: кому: Крис Если она меня не утопит, бро! Их новая встреча произойдёт там же, в месте, где пахнет морем и свободой, где сходятся родственные души. И неважно, в романтическом плане это или в платоническом. Пляж «Маяк» — место судьбы.