Твой голос...

      Вечер. Тихое копошение мелких пугливых зверьков за дверью успокаивало.       Девушка старалась сосредоточить свой острый слух именно на нём. Ведь это означало, что возле дома никого нет.       Отец обещал вернуться к закату, однако уже почти стемнело. Он мог вернуться в любую минуту. Поэтому, помимо выслушивания звуков, она переодически поглядывала в окно, на тропинку к дому.       Мысленно обрадовавшись, девушка наконец-то достала мешочек с золотыми монетками из-под громоздкого шкафа, который так и норовил свалиться на неё от любого неправильного прикосновения.       Аккуратно поднявшись, она потянулась, и бросила всё тот же мешочек в заранее подготовленную дорожную сумку. Этого вполне должно было хватить на первое время.       Она вновь прислушалась, выглядывая из окна. Ещё не пришёл. И хорошо. Должно быть, он достаточно далеко, раз шуршание становилось только громче и напористее.       Поэтому она как можно скорее покинула дом и направилась к заранее подготовленной лошади. Её отец тратил большую часть денег на имеющихся лошадей, а остальное оставлял на жизнь. Именно эти деньги она и забрала.       Лошадь фыркнула и подготовилась бежать по тропинке, в сторону города, как обычно это было, но девушка развернула её в обратном направлении.

«Мне было всё равно, куда направиться. Волновало только то, насколько это далеко от того места.»

      Со спокойной душой девушка сидела в лесу, жгла костёр, попутно прижимаясь спиной к спящей под покрывалом лошади, и готовила пойманную птицу. Она никогда до этого не пробовала готовить, потому знала о простейших азах только из книг и только в теории.       И из-за этого птица вышла чуть подгоревшей и пересолёной, но девушка впервые ужинала на природе, поэтому это придавало приятные ощущения.       Поужинав, она затушила огонь, немного посидела, наслаждаясь ночным прохладным воздухом, и залезла под покрывало, почесав напоследок лошадиный бок перед сном.

«Живя жизнь в одном месте, мне было тяжело понимать, что мне чувствовать в те или иные моменты.»

      И так прошла пара недель. День начинался с неторопливого продолжения пути, а девушка вставала очень рано, и заканчивался приятными вечерами в компании украденной лошади. Та, кстати, не была против такого времяпровождения, часть из которого спала, а другую тратила на поедание травы.       Где-то на горизонте виднелось высокое здание, в котором она узнала постоялый двор «Ваншу», где до этого была лишь раз в жизни, в раннем детстве, но отлично помнила его. Всему виной прекрасная память.       Лес закончился довольно скоро, поэтому перед ней предстала абсолютная равнина с редкими деревьями вдали от дороги.       Лошадь заволновалась. Девушка почувствовала, насколько животное напряглось, и прислушалась. Где-то сзади, ещё не очень близко, слышался стук дюжины копыт.       Плохо дело. В ближайшее время никто не должен был проходить этой дорогой, как минимум, во время её небольшого путешествия.       Скорее всего, отец заметил её пропажу раньше времени и отправил за ней погоню.       Лошадь захрапела, готовясь бежать максимально быстро. Она понимала, что кто-то сзади настроен недоброжелательно. Только они не успели.       Слишком внезапно её скинули с лошади, и девушка тут же встретилась с землёй.       Боль пришла сразу же, пройдя несколько кругов по всему телу за одно мгновение, и оставила себя в руке.

«В тот момент мне было скорее интересно, что с моей рукой, нежели больно от перелома.»

      Она не была такой сильной, какой девушка иногда представляла её, читая в книгах сцены, в которых кто-то получал переломы.       Лошадь испуганно сбежала, унеся с собой подальше все вещи, что хранила девушка, так что той оставалось только наблюдать вслед.       Она нахмурилась, недовольно глядя на тех, из-за кого она пострадала. Это были друзья её отца, которых она всю жизнь недолюбливала.       «Ну и почему не ускорилась, дура?» — какой-то внутренний голос словно смеялся над ней, высоко задирая нос и глядя на неё с невесёлой насмешкой.       Конечно, она не могла ошибиться, когда на несколько раз просматривала правильность написанного в письмах с запросами на предоставление лошадей, адресованных её отцу. Никто в ближайшее время не отправлял запросов, а отправляют их обычно за неделю до самой поездки.       Она слышала, как быстро и сильно ускорилось её сердце. Скорее всего, её одолевали страх и неутешная паника, что двумя скользкими холодными змеями ползли по спине вверх, обвиваясь вокруг шеи и сдавливая до такой степени, что дыхание просто не могло продолжаться, а слёзы уже капали с её лица.       Те что-то обсуждали, вероятно, вознаграждение, хотя было плевать. Не плевать было только на то, что до следующей попытки побега она либо не доживёт, либо её просто не будет.       В следующие мгновения её мозг будто отключился, она не видела и не слышала происходящего вокруг. Но очнулась она от топота копыт убегающих лошадей со своими всадниками в обратном направлении.       Вернувшаяся лошадь позволила опереться на себя и встать. Девушка осмотрелась и заметила стоящего поодаль парня, который словно наблюдал за ней, чтобы ничего более не случилось.       Она улыбнулась ему, понимая, что это именно он её спас. Прислонив кулак правой руки ко лбу, а после костяшками к подбородку, она кивнула, благодаря. Это наименьшее, что девушка могла сделать, ведь только она шагнула в его сторону, тот тут же испарился.       Вздохнув, девушка попробовала поискать в своих вещах что-нибудь, чтобы зафиксировать руку. К её счастью, было всё необходимое.       Наспех имитируя лонгетную повязку, она не без труда залезла на лошадь, и отправилась дальше.       Всю оставшуюся дорогу её мысли занимал этот незнакомец. К её сожалению, она не успела его детально рассмотреть, но девушка понимала, что увидев его в толпе, точно его узнает. И тогда уж точно не отпустит.       Остальной путь прошёл без приключений, в размеренном темпе. Изредка девушка останавливала лошадь, чтобы отпустить поводья и успокоить ноющую боль в сломанной руке.       К раннему вечеру она наконец прибыла на место. Здание оставалось почти таким же, каким она его помнила.       К ней подошёл молодой парень, спрашивая, нужна ли ей помощь. Девушка спешилась и указала на лошадь, снимая с неё сумку. Парень кивнул и вновь спросил, не нужна ли ей от него какая-либо помощь.       Будто бы только вспомнив, девушка указала на сломанную руку, которая сразу же напомнила о себе.       Даже немного испугавшись, он посмотрел на сломанную руку, позвал другого парня, объяснив ситуацию, и увёл лошадь.       Тот тоже удивился и отвёл девушку в здание, где уже оказал первую помощь. Перелом оказался закрытый, и он сказал, что, скорее всего, придётся снова ломать руку и заново сращивать кость.       Девушка на это только кивнула, поблагодарила его, встала и ушла к стойке, чтобы снять комнату. Там уже она просто писала на листочке то, что хотела сказать. Хозяйка постоялого двора приняла оплату и отдала той ключ от комнаты.       Только там она смогла нормально расслабиться и поразмыслить. Сразу зайдя в комнату, она бросила все вещи в угол комнаты и отправилась приводить себя в порядок. Наконец она могла нормально помыться, а не брызгать в лицо ледяной водой по утрам, чтобы хоть немного видеть дорогу. И белые волосы наконец-то выглядят, как белые волосы.       Уже стемнело, когда она, прекрасно расслабившись, подошла к окну, смотря на небо. Прохладный ночной воздух ворвался в комнату, стоило девушке только открыть окно. Очень хотелось опереться на обе руки, но одна из них болела неимоверно. Девушка вздохнула, и улыбнулась мыслям, в которые вновь вернулся тот самый незнакомец.       В голову пришла мысль, что он хмурился и злился на девушку за её опрометчивость. Странно, они вроде бы не были знакомы. Или были? Голова раскалывается.       Вздохнув, она помотала головой, отошла от окна, оставив его открытым, и легла на кровать. Не очень удобно, но усталость даёт о себе знать, заставляя девушку заснуть, время от времени поглядывая на окно, словно надеясь увидеть его там.       Посреди ночи она проснулась, чувствуя, будто кто-то находился в комнате. Девушка огляделась, замечая возле открытого окна силуэт.       «Это он,» — эхом пронеслось в голове. Она поднялась, подходя к нему. «Красивый.»       Лунный свет мягко ложился на его лицо, выделяя его яркие янтарные глаза, посмотревшие на неё. У него были довольно короткие темные волосы, плавно переходящие к концам в нежный светло-зелёный.       Внимание сильно привлекал фиолетовый ромб в середине его лба. Девушка резко вспомнила, что читала в детстве книжку с картинками. И один персонаж был слишком похож на этого парня. Нет, не так. Это был точно был он. Вспоминается, как сразу увидев портрет, маленькая девочка подскакивает с коленей матери и уверенно восклицает: "Я хочу за него замуж выйти!", а её мама, улыбаясь, соглашается.       И сама девушка тоже улыбается, глядя в эти прекрасные, янтарно-жёлтым светящие глаза.       С раннего детства, где-то с трёх лет, она получила почти полную немоту. Время от времени, изредка, но она может произнести пару звуков. А если постараться, то слов.       И сейчас, собрав все свои силы, она произносит то, что хотела сказать.

«Спасибо огромное.»

      Парень молча отворачивается, качает головой и произносит, что не стоит. Его тоже посетили воспоминания. То время, когда эта девушка, ещё будучи маленьким ребёнком, посещала это место с родителями. И она постоянно пыталась куда-то залезть или найти причину как-то поговорить с ним. И ей удавалось. Постоянно он вёлся на уловки маленькой девочки, с которой был знаком от силы один день.       Тогда волосы у неё были коротко обрезаны, а иначе бы длинные везде цеплялись. А глаза. Глаза у неё идеально белые, только зрачки выражались на них. Та девочка разговорчивая, её было невозможно заткнуть ни на секунду. Впрочем, он и не пытался. И разжать её объятия он тоже не пытался. От чего-то понимал, что это бесполезное занятие и в покое его никто не оставит.       В те моменты, когда он вспоминал о ней, он забывал обо всём другом. Как внезапно она появилась, так и исчезла. «Долгожданный покой» оказался не таким приятным, как казалось до этого. Он больше не слышал о ней ничего, и очень скучал. Скучал по разговорам, скучал по объятиям, по детским обещаниям выйти за него замуж. Эти слова были очень приятны. Где-то внутри он надеялся увидеть её.       И сейчас он не уходил, потому что просто хотел побыть рядом. Посмотреть на эти белоснежные волосы, прикоснуться к этой коже.       После благодарности она молчит. Парень понимает, что с ней явно что-то случилось, что от былого разговорчивого ребёнка осталась только внешность. Хотя, скорее, она и так довольно разговорчива, но он вряд-ли поймёт, что хочет сказать девушка. Пока что. Пока что он не знает языка жестов, но это ведь дело времени, правильно?       Она тянет его здоровой рукой за собой. Парень повинуется, покорно садясь рядом на кровать. Позволяет обнять себя, обнимает в ответ и аккуратно гладит по спине.       Девушка чуть приподнимается и одними губами произносит: «ску-ча-ла». Ей не очень удобно обнимать парня, но сейчас очень хочется, поэтому она терпит ноющую руку и осыпает чужое лицо мелкими поцелуями.       Он почти что мурчит, льнёт к ней телом, и сам подставляется под поцелуи. Короткое «скучала» эхом звучало в его голове, вдобавок отдаваясь какой-то приятной глухой колкостью в груди. Девушка хмурится, но тут же её взгляд смягчается, и она улыбается, утыкаясь губами ему между ключиц в силу своего положения.       Приятно было просто оставаться рядом, слушать истории от парня и перебирать его зелёные волосы, массируя его голову.       Почти что всю ночь он рассказывал, хотя раньше за все разговоры и рассказы в их маленькой компании отвечала она. Парень говорил, потому что простое молчание в обществе девушки было удушающим и неприятным. Её немота была самым жестоким наказанием для него.       Где-то под утро парень заметил, что она заснула, прижимаясь плечом к его груди.

Теперь он её не отпустит. Никогда.