Борьба

Архив был самым непримечательным местом для сна на всём Экспрессе. Дань Хэн специально выбрал это место, движимый разными мыслями о чувстве вины и неправильности происходящего, ощущении того, что он лишний, ну и… Не важно, обо всех этих загонах можно прочитать в другом месте. Сейчас стоял другой очень важный вопрос. На его Архив нацелился ранее невиданный (почти) им объект. — Я буду спать здесь. Дань Хэн скептично сложил руки на груди и своим фирменным взглядом «а ещё что» сверлил катастрофу с цветом глаз Нанука. — Нет. «****** ответ», — пронеслось в голове Келуса. Несправедливое это изречение или нет, Келус узнает чуть позже на личном опыте. В любом случае, его новый знакомый вряд ли оценит. Его лицо выглядит слишком аристократично и вредно, поэтому он сомневается, что эта фраза будет ему по нраву. — Пом-Пом сказала, что, пока моя комната не готова, я могу спать где хочу. — Диван в холле всегда к твоим услугам. — Он твёрдый. Дань Хэн медленно обернулся на своё великолепное ложе, что состояло из подушки, простыни и небрежно валяющегося одеяла. — Это шутка такая? — он головой кивнул в сторону лежанки, которая была куда менее уютной. — Сам попробуй, твёрдый ведь реально. — А у меня не твёрдо? — Я не говорил, что это решающий фактор в выборе твоей комнаты как места моего сегодняшнего ночлега. Просто решил описать эту красную софу. Дань Хэн смотрел на его бесстрастное лицо и пытался понять, как переубедить существо перед ним. Обычно, все сами сбегали во время какой-то перепалки с Дань Хэном, а тут такой смелый персонаж. Да ещё и в первый день на Экспрессе. Возможно, его смелость стоит похвалы. Ну, что он ещё мог ожидать от сосуда для Стелларона без прошлого. Возможно от одного его придурковатого в-бывшем-друга-в-нынешнем-убийцы-маньяка-что-преследует-его-как-сталкер бесстрашие перенял. В любом случае Дань Хэн свой архив отдавать никому не собирался. — А мне где спать предлагаешь? — он решил продолжить этот странный и откровенно тупой диалог. Дань Хэн давно так много не говорил из-за разной чепухи. — Как где? В архиве. — А ты где? — В архиве. Тут он немного не понял. Ладно, начиная от такого резкого покушения на свою территорию и заканчивая этой секундой, он немного не понимал многого. — Для тебя нормально спать с незнакомцем? — Тебя ведь зовут Дань Хэн? — …Да. — Ну, значит мы знакомы и я не запамятовал. Дань Хэн был в лёгком шоке от такого напора, что даже думать и соображать не успевал. — Иди спи к Март 7. — Не могу. — А ко мне можешь? — Ну, знаешь, я мальчик, а Март девочка, это будет как-то странно… — Келус старательно строил из себя невинного мальчика, хотя это надо было делать минутой ранее. Он даже сделал вид побитой собаки, чтобы правдоподобнее было. — То есть ты из тех, кто придерживается подобных старых взглядов? — как-то обиженно спросил Дань Хэн, за что очень умело зацепился Келус и оставил на заметку в своём сознании. — Нет, я думал, что ты их придерживаешься. Дань Хэн выдыхает. Так значит о нём ещё и такого плохого мнения. — Для нас двоих места не хватит. — О, это мило, что ты начал употреблять «нас». Он начал сомневаться в том, что Келус ничего не помнил кроме собственного имени. Иначе Дань Хэну не ясно откуда такой талант к идиотскому флирту. Пока Келус уже думал переходить на какие-то манипуляции, Дань Хэн решил впустить бездомного, иначе (он не сомневается в этом) Келус простоит здесь до утра, либо уснёт около двери. Юноша (забавно такое употреблять ко многовековому дракону) правда не понимает откуда такая одержимость его архивом. Он знает Келуса меньше дня, да и ему как-то всё равно на него, учитывая то, что их знакомыми даже сложно назвать. Но всё же так просто будущего товарища выгнать не может. Да, кто-то вроде него не знает милосердия, но уж точно не к союзникам. — Ладно, входи, — выдыхает он и отступает назад, распуская свои руки из закрытого положения. Келус не медлит, без всяких церемоний сваливается в место, где обычно спит Дань Хэн, а тому остаётся пребывать в немом шоке. Парень похож на гордого кота, что без всякого зазрения совести забирает себе то, что считает нужным. Он подходит к кровати и смотрит на Келуса, что довольно близко придвинулся к краю и уже накрылся собственным одеялом. Действительно поразительная наглость. Действительно поразительно то, что он не выгнал его. Так, ладно, Дань Хэн, ты уже как лет сто не высокомерный Пожиратель Луны, а простой путешественник. Доброта — не так уж и плохо, верно? Но когда Дань Хэн кладёт голову на подушку, накрывается одеялом и гасит свет голосовой командой, он наконец начинает обрабатывать ситуацию. Какого чёрта Келус всё же решил спать с ним? — Ты уснул? — Уснул. — Почему ты всё-таки пришёл ко мне? — Я же сказал, что уснул. — Отвечай. — Не приказывай, иначе я удушу тебя здесь твоей же подушкой. — Извини, просто правда интересно, — смягчился Дань Хэн, осознав, что действительно грубо сказал. — Захотелось поспать с красивым парнем. — Неправдоподно. — Считаешь себя некрасивым? У тебя очень заниженная самооценка, чувак. Дань Хэн хочет приложить руку ко лбу. Он на одно его слово выдаёт тираду из десяти, откуда такая фантазия и богатый словарный запас? Он смотрел в тёмный потолок и слушал тишину. Келус будто и не дышал, в отличии от Дань Хэна, чьё дыхание ощущалось довольно сильно. Сейчас он задумался о том, что Келус похож на него. Тоже не любит, когда в его душу кто-то лезет. В конце концов, Дань Хэн для него такой же незнакомец, как и сам Келус для него. — Доброй ночи, — в итоге решает закрыть тему Дань Хэн. Келус выглядел таким беззаботным, что он немного потерял здравомыслие и собственные мысли. Впервые с ним такое. Этот безэмоциональный ураган действительно сумел застать его врасплох. Шум сервиса и собственное дыхание некоторое время разбавляют тишину. — Не хотел спать один в первую ночь, ты мне показался самым подходящим вариантом, — внезапно произносит Келус и сразу же замолкает, не добавляя и слова. Кажется они похожи больше чем Дань Хэн думает.

***

Дань Хэн не заметил как влюбился. Он сначала даже не понял, что это влюблённость. Пока далеко не юный дракон бродил в смущении и постоянно наблюдал за Келусом, тот не обращал на него лишнего внимания, да и вёл себя… Обычно. Как со всеми. Угораздило же его, блин. Та ночь была единственным сокровенным в их отношениях. И Дань Хэн много раз (очень много раз) вспоминал эту сцену, приглушённый голос уже близкого сердцу напарника и запах звёзд. Вряд ли звёзды вообще пахнут, но чувствуя Келуса рядом было понятно только одно — он пахнет звёздами, галактиками и вселенной. Позже он увидел то же самое в глазах, действиях и мыслях, что порой мудрее его самого. И он казался одиноким. Прямо как Дань Хэн. Только ещё более утерянным и отягощённым какими-то думами. Ладно, раз откровенности от Келуса можно услышать только по координатам «архив: моя кровать», Дань Хэн его туда затащит, пересилив своё смущение. Не то что бы он растерял всю свою сдержанность, просто впервые за долгие века испытывал подобные эмоции и чувства, поэтому и урегулировать их не мог. — Келус… — начал Дань Хэн, стоя на пороге его комнаты. Был уже вечер, а сцена напоминала ту, что была пару месяцев назад, но уже на пороге архива. — Давай переночуем сегодня вместе? Тот самый Келус к которому сейчас обращались, оторвал взгляд от экрана телефона, куда секундой назад усиленно нажимал обоими большими пальцами. — Зачем? — вполне справедливо спрашивает Келус. Ладно, Дань Хэн и не ждал мгновенного ответа, учитывая то, что его чувства, вероятно, не взаимны. Он честно не мог прочесть в глазах Келуса ответные чувства. Возможно причина была в том, что его глаза были замутнены собственной любовью, поэтому и чувства других разучился распознавать. — Захотелось. — А почему? — невинно спрашивает Келус, будто насильно выпытывая из него признание. Будто знает всё. Ну да, это же он. Знающий сюжет тысячи книг и фильмов, сто процентов на опыте чтения основывается в чтении его эмоций. Ох уж эта молодёжь, старикам вроде Дань Хэна уже не угнаться за этим. — Помнишь первую ночь на Экспрессе? Я ведь тебе тогда не отказал. Теперь твоя очередь, — Дань Хэн доволен своей поразительной сдержанностью в этот момент. Келус спрыгивает с кровати, кладёт телефон в карман брюк и подходит к Дань Хэну. — Уговорил. Погнали в страну грёз, — хлопает его по плечу Келус. Всё же Дань Хэн перенял многие его привычки. И дело не только в таких остроумных ответах, которые он уже выдумывал на ходу, а разные фразочки, движения… И самое главное заметил это не Дань Хэн, а Келус, что улыбнулся сам себе, выходя за спину Дань Хэна. Он достаточно быстро согласился, что немного ввело в ступор Дань Хэна. Неужели это было так просто? Келус по-хозяйски раскрывает дверь купе, заходит туда и без церемоний, прямо как в самую первую ночь, залезает в кровать. Но уже куда смелее, чем в прошлый раз. А вот Дань Хэн наоборот менее смело и более смущённо. Он где-то минуту стоит, пытаясь найти место себе в комнате, делая вид, что занят какими-то делами. Всё же фактор наличия Келуса в кровати теперь жутко смущает и заставляет губы сжиматься от переполняющих эмоций. Садясь на колени, Дань Хэн проговаривает с закрытыми глазами: «хоть бы я не сделал что-то странное, хоть бы я не сделал что-то странное, хоть бы я не сделал что-то странное». Он не делает. А вот Келус с радостью. Это же Келус в конце концов. Он лёгким рывком хватает Дань Хэна за шиворот и валит на себя. Тот пытается уловить какую-то опору руками и открыть рот в возмущении, но вместо этого глупо расширяются лишь глаза. Келус каким-то магическим образом мешает ему найти опору в руках и укладывает на бок прямо рядом с собой. Дань Хэн тяжело дышит, смотря в глаза Келуса, что наконец проявили хоть какую-то эмоцию кроме усталости и безразличия. Ему хочется зарыться в руках от смущения, но он стойко держится, смотря в золото напротив себя. — Не хочешь что-нибудь сказать? Он издевается? Кажется, будто он знал всё с самого начала. Дань Хэну даже не обидно. Всё сложилось как нельзя лучше. — Что? Чёрт, он забирает свои слова обратно. Сказать эти три слова слишком сложно, особенно когда сердце так бешено стучит, а голова кружится от переизбытка эмоций и любимого клоуна в собственной кровати. Слова уже почти вылетели с приоткрытых губ, но он сжал их, чтобы не ляпнуть это. Ну не может он. Не может. — Вопрос исчерпан, — спокойно говорит Келус перед тем, как поддаться губами вперёд и поцеловать умирающего от передоза Дань Хэна. Он сразу напрягается от неожиданности и ощущения влажных губ на своих, ему приходится приоткрыть губы и тогда Дань Хэн чувствует жутко приятный жар, а ещё вкус мятной зубной пасты. Резкий порыв сменяется на плавный и размеренный поцелуй, от чего Дань Хэн расслабляется. Вот же прикольная штука, это ведь его первый поцелуй. В отличии от Келуса видимо, что целовал с таким умением и усердием, что Дань Хэну, честно говоря, плевать было, он об этом вообще не думал. Пытался лишь уловить каждое ощущение и запомнить этот момент. — До сих пор ничего не скажешь? — Келус отстраняется всего на пару миллиметров, шепча это прямо в губы. Воздух на влажных губах отдаётся дрожью в теле и мутные глаза Дань Хэна смотрят прямо на него. — Я… — Ты-ы-ы-ы? — Я… Я… — Ты-ты? — Да умолкни ты! — жмурит губы Дань Хэн и отворачивает голову от Келуса под его тихий смех. Как же это смущает, даже учитывая то, что Келус уже всё знает. — Я, — он специально не делает паузу, — люблю тебя. С этими словами он прячет голову в груди Келуса. — Почему не смотришь на меня? Разлюбил уже? — поддевает его парень, определённо словив настроение. — Я просто очень смущён, — бурчит Дань Хэн. — Мм, чем же? — Агх! Чёрт, Келус, не провоцируй меня! — он поднимает взгляд на Келуса и понимает, что это было главной ошибкой в его жизни. Смущённый юноша с растрёпанными волосами и такими яркими глазами, чьё лицо было украшено такой мягкой и искренней улыбкой. Дань Хэн никогда не видел столько нежности в глазах и обычном изгибе губ. — Я тоже люблю тебя, Дань Хэн, — как-то просто и одновременно по особенному звучат слова. Он опять утыкается в подушку. — Спи, — изрекает дракон в грудь, сжав ладонь в кулак. — Люблю-люблю. Очень сильно. — Я понял. — Люблю твои глаза, люблю твои волосы, люблю твой взгляд… Я всегда вижу в них тысячу мыслей и эмоций, люблю твою сдержанность, люблю твою силу, люблю твой ум, люблю твой голос, люблю твоё поведение, люблю каждую твою мысль, обожаю смотреть на то, как ты сражаешься, люблю твой стиль боя, люблю твой подход к решениям проблем, люблю запах кофе от тебя, люблю… — Хватит! Спи! — Дань Хэн умрёт сейчас. Он вроде переночевать собирался, а в итоге они пришли к этому. У него сейчас сердце выпрыгнет из груди, его впервые переполняет столько эмоций. Келус тихо смеётся, обнимая рукой сегодняшнего сожителя. — А встречаться будешь со мной? — Давай утром разберёмся. — Под разберёмся ты имеешь ввиду: будем пока просто встречаться или сразу в брак вступим? — Да усни ты уже! Он ещё сильнее рассмеялся. — Ладно-ладно, доброй ночи. — Доброй ночи. Такого эмоционального Дань Хэна он запомнит до конца жизни. А спать они вместе теперь будут каждую ночь.

***

Прошло немного времени с того момента, как они начали встречаться. Но произошло многое. И описать можно в двух словах: Лофу Сяньчжоу. Им понадобилось некоторое время для того, чтобы разобраться в произошедщем, в том числе и затронуть тему их чувств, на что Келус сказал: «ты серьёзно думаешь, что я тебя из-за рогов и хвоста разлюбил»? Конечно, это было шуточное выражение, которое скрывало в себе более глубокий смысл. И Дань Хэн был искренне счастлив тому, что Келус действительно принимает его с рогов до пят. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля правды. — Я больше не буду спать вместе с тобой. До Дань Хэна не сразу дошло. — Что? — Говорю: спать с тобой больше не буду в одной кровати. В его голове пролетела тысяча воспоминаний и мыслей прежде чем он начал себя накручивать в состоянии аффекта. — Почему?.. — сорвавшимся голосом произносит Дань Хэн, видно, как в его глазах застывает страх. — Извини, но впятером мы не поместимся в твоём, точнее уже как два месяца нашем, великолепном ложе. — Впятером? — Один рог, второй рог, ты, я и этот ебучий хвост длинной в три километра, — он разводит руками, демонстрируя всю катастрофу ситуации с самым серьёзным выражением лица. Дань Хэн бьёт себя по лбу ладонью. — Ты дурак, — с этими словами исчезает хвост и фантомные рога, возвращая прежний вид Дань Хэну. После этого они всегда спали вместе.