Один?

      Он, привычно, шёл по пустеющим улицам, как всегда, один. Шел куда глаза глядят, а в голове проносилось прошлое — его день рождения, четыре года назад. В тот, последний, его день рождения они ещё были счастливой семьёй. Отец принес, после работы, огромный букет бордовых роз, которые мама так любила, и билеты в Париж. Ему тогда исполнилось всего лишь одиннадцать лет, но об этом городе он грезил чуть ли не с пелёнок. А всё из-за родителей, которые, случайно, там встретились и влюбились друг в друга. А потом вернулись на родину — в Сеул.       Чимин шёл и счастливо улыбался, вспоминая всё это. Время подходило к восьми вечера. Вдруг, его взгляд остановился на магазине цветов. Он, не думая, направился к нему. Зайдя в магазин, Чимин, удивлённо, уставился на продавца. За кассой стоял мальчик, почти такого возраста, как и он. — Ты продавец? — удивлённо спросил Чимин. — О, нет, — ответил тот. — Я заместитель, продавец сейчас подойдёт.       И, в этот момент, в магазин зашла женщина. — Сынок, давай закрываться. — Но, мама, у нас же покупатель, — мальчик указал в сторону Чимина.       Женщина оглядела весь, небольшой, магазин и, устало, произнесла: — Но, здесь же, кроме нас, никого нет. Закрывай дверь, сейчас приберемся и пойдём домой.       Чимин же с удивлением уставился на мальчика. Уже четыре года его никто не замечал, и никто с ним не разговаривал. — Ты меня видишь? — изумлённо спросил Чимин. — Вижу. — мальчишка продолжает наблюдать за матерью, что старательно собирается. — Мама, неужели ты не видишь покупателя? — Чонгук, у мамы был тяжелый день, давай закрываться, нас отец ждёт.       Чонгук растерянно смотрит на парня перед собой. Как же так, мама никогда не пренебрегала покупателями, как бы сильно не устала. — Ты меня видишь? — снова повторяет Чимин. — Вижу, только не понимаю, почему мама не видит. — Гук округляет глаза. — Ты что, призрак? — Наверное, я в таком состоянии последние четыре года. Ты первый кто меня увидел. Гук наклоняет голову. — Мне нужно идти, может ты пойдёшь со мной? — Зачем? — Хочу понять, кто ты. — Не стоит. Прости, что побеспокоил.       Чимин уходит. Зачем давать себе надежду. Он уже привык к скитанию. Чонгук срывается с места и выбегает на улицу, но парнишки, что стоял перед ним уже не было видно. — Чонгук ты куда? — Мам, я правда видел парня. — Чон Чонгук, прекрати сейчас же. Пошли домой.       Гук не стал спорить с матерью, но всё время озирался по сторонам, в тихой надежде, что парень пойдёт за ними и они смогут поговорить. Чимин смотрел из-за угла на удаляющихся. Желание пойти следом за единственным человеком, что увидел его было столько велико, но и страх, что ничего хорошего из этого не выйдет. Он опустил голову и пошёл в противоположную сторону.       Чонгук быстро ужинает и скрывается в своей комнате, под предлогом домашнего задания. В комнате Чонгук достаёт телефон и пытается найти информацию о таких случаях. Но всё сводится к болтовне о не завершённых делах и шизофрении у людей которым кажется, что они видят мёртвых людей. Гук фыркает, он кто угодно, но ни шизофреник. Однако вопрос по-прежнему открыт. Кто этот парень и почему его видит только он.       Гук всё же садится за уроки, ведь мать по голове не погладит если он опять двойку получит.       Чимин всё же возвращается к цветочному магазину. Юноша садится на тротуар и тихо плачет. Почему он не пошёл за единственным человеком, что увидел его. Он одинок, он не помнит, что случилось и что привело к такому существованию.       После школы Гук снова мчится в магазин. Помочь маме и увидеть духа. Подходя к магазину, он уже видит его. Парень сидит с видом, что уже ничего не хочет. — Привет. — говорит Гук и садится рядом. — Привет, — обречённо говорит Чимин. — Слушай, я вчера попробовал найти информацию, но та чушь, которой заполнен интернет… — Вряд ли тебе удастся что-нибудь найти. Люди чаще всего скептики и в такое верят редко.       Чонгук смотрит внимательно. Парень, что сидит рядом красив. Эту пухлые губы, аккуратный нос, а глаза цвета карамели… Чонгук никогда не встречал таких у девушек. — Я… — Чимин первый нарушает тишину. — Один. Мне не куда идти. Я не помню кто я и как попал в эту ситуацию. Сколько времени прошло с того дня. Но…       Чимин поднимает полный скорби взгляд и у Чонгука щемит сердце. — Но? — Ты единственный кто видит меня, с кем могу поговорить. Я устал бродить в одиночестве. Даже если ты не сможешь узнать кто я, то просто дай возможность снова ощутить себя живым.       У Чонгука слезятся глаза, он хочет обнять, но одергивает себя. — Я пришёл сюда, чтобы найти тебя. Пошли домой.       Они медленно бредут вдоль домов. Болтают о погоде об успехах Чонгука в школе. Младший признается, что занимается боксом и танцами и даже взял первый приз школы. Им так легко, что оба не замечают окружающих людей, что подозрительно косятся на парня, что болтает сам с собой.       Потом Чимин всё же делится с Гуком, что помнит часть своей жизни. Он помнит торт с красивой цифрой одиннадцать, как родители подарили поездку в Париж, как садились в самолёт и даже как смотрел на Эйфелеву башню, восторгаясь красотой. Вечер, что дарил счастье и резко обрывался криком его мамы. Единственное, в чем Чимин уверен, что с этого события минуло четыре года и сейчас ему пятнадцать. — Мне четырнадцать, значит ты для меня хëн. — Почему-то этот факт радует Чонгука. — Значит дело за малым. — В каком смысле? — Чимин не понимает радости младшего. — Ну, как же хён, смотри, мы знаем возраст. Можно для начала посмотреть списки пропавших без вести. Можно посмотреть в интернете, что случилось в Париже четыре года назад. Глядишь и выясним хотя бы твоё имя, а там дело за малым. Обойду все больницы и… — Кладбища. — тихо говорит старший. — Ты жив и не смей думать иначе хëн.       Вопреки ожиданиям Чонгука отыскать информацию оказывается не просто. Для начала в силу возраста ему не дают информацию о пропавших, а происшествий в Париже, где были пострадавшие из Кореи, было не то, чтобы много, но не один не подошёл под историю, что рассказал старший. Обход кладбищ, хоть Гук и настаивал, что хëн жив, был бесполезен. Ведь как понять твоя могила или нет, если ты имени не помнишь.       Через две недели Чонгук стоял по среди комнаты опустив голову и слушал причитания матери и нравоучения отца по поводу запущенной учёбы.       Чтобы подтянуть хвосты Чонгук усиленно занимается. Чимин помогает ему и сам заинтересованно впитывает информацию.       Чимин как тень всюду следовал за младшим. И уже не таким жалким казалось собственное существование, когда они могли часами болтать, делать уроки или просто лежать на кровати младшего.

Три года спустя

      Привыкнув к своей рутине, они не заметили, как прошло ещё три года. И Чимин, и Чонгук из подростков превратились в прекрасных юношей. Многое случилось за это время. Чимин пережил и подростковый бунт младшего, который перестал слушать не только его, но и родителей. Однажды в пылу ссоры Гук сказал: — Исчезни, видеть тебя не хочу.       Эти слова болью отозвались в сердце старшего, и он ушёл. Чонгук сразу пожалел о сказанном и целых три дня искал Чимина, на четвёртый он нашёл старшего в зале для танцев и долго извинялся стоя на коленях.       С того дня между молодыми людьми образовалась прочная связь. Чимин уже не пытался вспомнить, а Чонгук продолжал в тайне искать, а всё, потому что в свои семнадцать окончательно понял, что влюбился в хёна. Ему хотелось прикасаться, целовать, обнимать и делать с ним вещи, которые бы никогда не оценили его родители.       Всё решил случай. Однажды Чонгук пошёл на плановый осмотр в больницу. Ему не хотелось, но приближающиеся соревнования по боксу этого требовали. Двигаясь вдоль палат, его глаз вдруг зацепился за мужчину, что был очень похож на Чимина.       Чонгук остановился и стал прислушиваться к разговору мужчины и врача. — Показатели вашего сына не меняются господин Пак, боюсь не имеет смысла тянуть дольше. — Моя жена этого не переживёт доктор О, поймите, я практически потерял сына, я не могу потерять ещё и жену. У нас растёт маленькая дочь, ей нужна мама. — Вы мучаете себя, свою жену и сына. Я понимаю всю вашу боль, но как врач… — Я… Могу подумать? — Конечно господин Пак.       Доктор уходит, а мужчина заходит в палату. Чонгук ведомый шестым чувством идёт за ним. Придерживает дверь и замирает.       На больничной койке лежит его любимый хëн, бледный, очень худой, но его хëн. Чонгук еле сдержал рвущийся из груди крик: НАШЁЛ!!! Пока мужчина открыл окно и принялся мыть тело. — Ты снова улыбаешься сынок. — ласково говорит мужчина. — Мама сегодня не смогла прийти. У твоей сестры температура. Как же мы хотим, чтобы ты с ней познакомился. Уверен, вы бы поладили. Что же нам делать Чимини, я всё ещё не готов тебя отпустить, но как понять, что ты сможешь пройти через это и вернёшься к нам. Не мучаем ли мы тебя продолжая поддерживать жизнь…       Мужчина замечает Чонгука, тот вздрагивает от пристального взгляда и низко кланяется. — Простите господин, — Чонгук старается не выдать волнение. — я ошибся дверью и случайно услышал о чём вы говорили.       Старший Пак снисходительно улыбнулся. — Не переживайте молодой человек. Я просто с сыном разговаривал. — Это не моё дело, но что случилось с вашим сыном господин?       Видимо мужчина очень долго хранил эту историю в себе. Он расплакался и рассказал Чонгуку всё. Как они поехали всей семьёй в Париж, город, где когда-то он познакомился со своей женой. Как перед самым отъездом они узнали, что ждут второго ребёнка. Как счастье оборвалось в один миг, когда, вернувшись на родину их сын упал с эскалатора и угодил под ноги какому-то мужчине получил чемоданами по голове, что привело к длительной коме. И вот теперь врач говорит, что пора отпустить, а он не может ведь чувствует, искренне чувствует, что его сын тут.       Чонгуку стоило не малых усилий чтобы не крикнуть, что отец Чимина прав и его сын всё ещё тут, но сдержался и не только потому, что испугался, что его примут за психа, но и потому что хотел привести сюда хёна и закончить наконец-то пытку, что длится для старшего семь долгих лет.       Чонгук со скоростью молнии прошёл обследование и с такой же скоростью отправился домой. Отказавшись от обеда, он направился в свою комнату, где его ждал старший. — Хён я нашёл тебя!!!       Чимин удивлённо смотрит на младшего. — А чего меня искать, я тут. — Я не об этом хëн. Я твоё тело нашёл, я знаю кто ты! — Сынок, ты с кем разговариваешь? — спрашивает отец, открывая дверь.       Гук дёрнулся и достал телефон. — С Юнги хëном. Он с парнем встречаться начал. — Передавай голубку привет.       Отец беззлобно усмехается и покидает комнату сына. Чонгук возвращает внимание старшему, что шокировано смотрит на него. — Где? — шепчет старший. — В больнице.       Чонгук рассказывает о том, что произошло в больнице, о разговоре с отцом Пака. Единственное о чём Гук умалчивает это о разговоре врача. Чимин порывался отправиться в больницу немедленно, но Гук убедил, в то в такое время его не пустят и нужно подождать до утра.       Утром первым делом они едут в больницу. Чимин всё это время места себе не находил. Господи, столько лет, он не помнил о себе ничего. Столько лет жил рядом с Гуком под одной крышей только потому что младший был единственным, кто его видел. Последние три года хранил тайну, что влюбился в младшего, но не мог себе позволить думать о такой роскоши, как взаимность. Он дух, застрявший меж мирами, что он мог предложить младшему? Правильно ничего.       Поднимаясь в след за Чонгуком по лестнице Чимин, замирает. — Ты чего хён? — Мне страшно Чонгук. — Я рядом хён, был и буду.       Чимин поднимает на него взгляд и младший видит в глазах напротив туже любовь, что и у него. Но не спешит радоваться, самое главное сейчас не только, чтобы Чимин смог вернуться в своё тело, а вот тогда Гук подарит старшему все свои не растраченные чувства.       Они поднимаются на второй этаж и движутся к палате. Чимин вдруг замирает при виде женщины, что плачет на груди мужчины. — Мама. — шепчет Чимин. — Папа. — Вы поступаете правильно госпожа Пак. — говорит врач. — Сейчас мы отключим вашего сына. Вы точно не хотите попрощаться? — Что?! — одновременно говорят Чонгук и Чимин.       Родители Чимина оглядываются. — О Чонгук. — господин Пак смотрит на младшего. — Какими… — Прошу господин, — Чонгук падает на колени перед Паками. — Прошу не делайте этого. То, что я скажу может показаться безумством, но ваш сын всё ещё жив. Прошу не отключайте его.       Пак берёт младшего за плечи. — Ты просто впечатлился моим рассказом. Мой сын мучается, нам и так не легко далось это решение. Прости. Мы пойдём попрощаться.       Вот тут в Чонгука накрывает, нет он не допустит. Он вскакивает и успевает забежать в палату до того, как туда зайдут родители и врач. Младший блокирует двери, не слушая криков за ней. Он оглядывается и видит, как Чимин подходит к себе. — Может родители правы? — как-то печально говорит Чимин. — Слишком долго я здесь. Даже если я не мучаюсь, то уж точно мешаю им жить дальше. Да и не только им. — Не говори глупостей хён. — Гук подходит к нему. — Ты им нужен… Ты мне нужен. — Тебе? — Чимин рассеяно смотрит на младшего. — Мне. Я люблю тебя хён, и я не смогу без тебя. — Гук… — Нет Чимин. — младший впервые называет его по имени. — Я не отпущу тебя. У меня было достаточно времени, чтобы осознать свои чувства. Они не временная блажь и не чувства из жалости. Я каждую ночь вижу тебя во снах. Там я могу коснуться тебя, целовать и любить до сорванного голоса.       Чимин не успевает ответить дверь в палату выбивают и несколько охранников скручивают Чонгука. — Нет, я не уйду… Чимин скорее… Прошу… я не смогу без тебя…       Чимин смотрит со слезами на глазах. Он быстро подходит к своему телу и пытается вернуться, но не получается.       Врач нажимает на кнопку за его спиной и приборы замолкают. Чонгук видит, как глаза любимого наполняются слезами. Лёгкая улыбка трогает пухлые губы. — Прощай Гука. — Нет!!!       Гук вырывается, подбегает к телу и целует пухлые губы. Охрана реагирует, оттягивает младшего, и он с ужасом наблюдает, как Чимин становится более прозрачным. — Я люблю тебя Чонгук.       И исчезает. Мир рухнул для Чонгука в тот миг. Он не сможет без него, без своего хёна. Только благодаря ему он стал более ответственностью относиться к школе, благодаря этому смог поступить в лучший университет в городе, хотя раньше не мог туда поступить даже теоретически. Для Чонгука жизнь закончилась здесь. Чонгук оседает на пол рядом с кроватью. Он не слышит, как рядом плачут родители Чимина, он не слышит слов доктора и просьб охраны. Сколько бы продолжалась эта сцена если бы… — Гука.       Чонгук слышит родной голос, такой тихи и слабый. — Я не смогу без тебя хён. — Гука.       До Чонгука начинает доходить, что голос звучит ближе, чем ему кажется. Он поднимает голову и встречается с нежным взглядом, что сморит на него. — Чимина! — Гук подбегает к лежащему. — Радость моя, ты не бросил меня. — Брошу и ты учёбу запустишь. — Сыночек! — госпожа Пак бросается к сыну. — Я знала, верила, что вернёшься. Не хотела отпускать.       Ещё долго в палате стоял общий гомон. Врач вызвал коллег, чтобы показать, что чудеса ещё могут случаться и даже человек, что долгие годы пролежал в коме может прийти в себя.       Только спустя несколько часов Чимин и Чонгук остались одни. Гук сидел на крае постели, держа любимого за руку. — Я буду навещать тебя ежедневно после занятий. Обещай, что дождёшься меня. — Куда я денусь. — Чимин улыбается. — Ты не забывай, что моё тело долго лежало и теперь мне практически нужно научиться жить заново. Это мне нужно опасаться, что тебе это надоест. — Никогда. — Гук придвигается ближе. — Слышишь, никогда такого не случиться. Тебе теперь не отделаться от меня. Ни в этой жизни, ни в следующей. Я люблю тебя Чимина, так сильно люблю.       Гук целует нежно, едва касаясь, всё же Чимин ещё слишком слаб и не готов к полноценному поцелую.       В течении трёх месяцев Гук регулярно приходит навестить Чимина, а если у него не получается, то обязательно сообщает об этом, чтобы старшему в голову не полезли не правильные мысли. Когда Чимин начинал учиться заново ходить, то Гук был, рядом подбадривая и помогая.       Ещё два месяца спустя Чимина выписали из больнице, и он вернулся домой, но и тут его Гук не бросил. Он приходил к нему заниматься, чтобы старший мог экстерном сдать все экзамены и поступить в университет (конечно в тот же, где учится Гук).       У Чимина получается всё. Учителя были в шоке от того, что парень, который больше пяти лет пролежал в коме смог за такой короткий срок освоить такой большой материал. Экзамены в университет он сдавал уже с большими сложностями. Ведь профессор не верил в него, так как это делал Гук и родители, но с поддержкой Пак всё-таки смог. Правда поступил он на первый курс, а Гук перешёл на второй.       Всё это время они не углублялись в обсуждения своих чувств, но вот теперь, когда все сложности пройдены и в жизнь плавно перетекла в мирное русло, то Гук всё же решился на разговор. — Хён. — Да.       Они сидели на пригорке недалеко от университета. — У нас не было времени, как следует обсудить одну вещь. — Какую Гуки?       Чимин поворачивает голову. — Мы… мы же… встречаемся?       Чимин улыбается, видя такого неуверенного и растерянного младшего. — А ты хочешь? — Да.       Чонгук поворачивает голову. Старший оказывается слишком близко. Чимин не задумываясь сокращает минимальное расстояние между ними. Поцелуй выходит трепетным, но быстро переходит в страстный и требовательный. Они оба слишком долго об этом грезили чтобы теперь отказаться. Сегодня они не пойдут дальше, не только потому что Гуку нет девятнадцати, а потому что им не куда спешить. — Мы встречаемся. — шепчет Чимин. — Люблю тебя Чимин, так сильно люблю. — И я люблю тебя Гук.       Гук знакомит Чимина с Юнги и его парнем Хосоком, и они начинают общаться. Постепенно их компания расширяется до шести человек, когда Юнги знакомит друзей с Намджуном и Джином. А потом к их компании прибивается и Тэхён, что учился вместе с Чимином.       Так проходит ещё полгода и вот уже Гуку скоро исполниться девятнадцать, и он безумно хочет своего парня. Потом что за это время Чимин пришёл в форму и не восхищается его данными только ленивый. — Дыши Гука. — как-то говорит ему Хосок, когда они сидят в клубе. — Чимин у нас видный парень. — Он мой парень Хосок. Такой горячий и такой правильный, чёрт возьми. Я уже устал дрочить, понимаешь? Хочу войти в него… — Воу, остановись мелкий. — Хосок вскидывает руки. — Это ты можешь рассказывать Юнги или Джину. Я не очень хочу слушать о сексуальной жизни друзей. — Да нет у меня сексуальной жизни! — Гук повышает голос. — Разве можно назвать петтинг и взаимную дрочку сексуальной жизнью. А Чимин сказал, что ждёт моих девятнадцати. — И он прав Гук. — говорит Тэхён, что принёс коктейли. — В тюрьму не все хотят. — Юнги и Хосок? — тут же вспоминает Гук. — Они со мной одного возраста, но… — Мне есть девятнадцать Гук. — Юнги садится рядом со своим парнем. — Я напоминаю, что поступил со второй попытки. А Хоби потерял год путешествуя с родителями.       Гук залпом выпивает свою порцию и идёт на танцпол к Чимину, Намджуну и Джину. Чимин чувствует руки на своей талии и поворачивается, но видит не своего Гука, а чужого. — Привет куколка, я Тэмин. Не хочешь уединиться? — Нет, я тут не один. — Чимин делает попытку скинуть нахальные руки. — Да ладно тебе не ломайся. — Он тебе сказал отвали. — Джин толкает парня в плечо. — Я не с тобой разговариваю принцесса. — А ну рот закрыл. — Намджун скидывает руки паршивца с Чимина и задвигает обоих парней себе за спину. — Если сейчас не свалишь, то костей не соберёшь. — Ты что ли меня остановишь? — Я!       Грозный голос Чонгука раздаётся за спиной незнакомца. Чимин тут же перемещается ближе, зная взрывной характер своего малыша. — Гука всё нормально, не стоит портить вечер из-за какого-то индюка, который не понимает отказа. — Кроме меня никто тебя не имеет права трогать.       И Чонгук одним мощным ударом отправляет противника в нокаут. Естественно, ни о каком продолжении вечера речи не идёт. — Я же сказал не нужно Гука. — старший обрабатывал ссадины на руке Гука. — Какой же ты ребёнок. — Поэтому ты меня не хочешь. — шепчет Гук, но со слухом у Чимина всё хорошо. — Глупый. — Чимин берёт Гука за подбородок. — Ты даже не представляешь, насколько я тебя хочу. Твой день рождение через две недели, и я обещаю, ты получишь самый лучший подарок. — Почему не сейчас хён? — Гука, наши отношения и так осуждаются обществом, а я не хочу, чтобы однажды всплыло и то, что я совратил парня не достигшего возраста согласия. — Чёртовы правила.       Гук терпит. Две недели тянутся ужасно долго. — Завтра ты именинник. — говорит мама. — Какой подарок ты хочешь? — Своего парня. — не подумавши говорит Гук.       Отец давится рисом. — Сынок, то, что мы с мамой не осуждаем твой выбор, не значит, что мы хотим слушать за ваше… горизонтальное общение. — Если б оно было пап.       Госпожа Чон выдыхает. — Чимин разумный молодой человек. — Мг.       Гук уходит. Ему жутко не хочется праздновать.       Чимин посмотрел сотню видео, прочитал множество статей и книг. Практиковался на бананах в минетных делах. Даже взял пару советов у Хоби. Так что к нужному дню он был отличным теоретиком, но ведь практика — это совсем другое.       Шумная толпа из гостей собралась в доме семьи Чон к шести вечера. Чимин опаздывал, и Гук начинал нервничать. Однако его любовь задержалась по причине, что основной подарок немного опоздал и растягивать себя пришлось позже, чем планировал. — Я думал, что ты не придёшь. — шепчет Гук. — Как я мог Гуки. Просто подарок опоздал.       Гук растерянно смотрит на парня перед собой. — Я думал, что… а ладно, проходи хён.       Гук хорошо помнит обещание, а значит Чимин всё же не хочет его настолько. Вечер идёт своим чередом. Гук получает подарки, самый главный, конечно, ещё ждёт своего часа. Чимин протягивает коробочку своему нетерпеливому Гуку. — Это тебе.       Гук срывает обёртку и открывает маленькую коробочку. Вздох восхищения разносится по комнате. — Это… хён? — Гук поднимает взгляд на своего парня. — Парные кольца Гуки. Пришлось хорошенько потрудиться, чтобы заработать на них. — Люблю тебя.       Гук расцеловывает любимое лицо. Чимин обнимает крепко и шепчет на ухо. — Посмотри внимательно открытку.       Гук отстраняется и смотрит в поздравительную открытку. Там только несколько слов «Поедим рамёна» и ключ карта от номера. Чонгук готов сейчас задохнуться. — Простите, нам пора.       Бросает Гук и под тихие смешки близких и друзей они с Чимином покидают дом. Они мчатся по вечернему городу, младший изнывает от нетерпения и когда они скрываются за дверью номера, что забронировал Чимин, то тонкая ниточка терпения лопается. Чонгук целует так страстно и жадно, будто до этого не имел возможности прикоснуться к желанному телу. — Иди в душ, — шепчет Чимин между поцелуями. — Жду тебя в спальне мой нетерпеливый кролик.       Гук рычит, но просьбу старшего выполняет. Пока из ванной слышится шум воды, Чимин снимает с себя всю одежду и в портупеях на голое тело укладывается на широкую кровать и ждёт своего Гука.       Как только вода в ванной стихает Чимин начинает нервничать. Всё же это первый раз, когда они всё же переступят грань.       Чонгук выходит из ванной и идёт в спальню. Картина, что он застаёт заставляет член под полотенцем дернуться. Портупеи на голое тело и пробка, что так и манит прикоснуться. — С днём рождения Гук. — севшим голосом говорит Чимин. — Хён… ты такой красивый сейчас. — Не хочешь получить свой подарок малыш.       У младшего в туже секунду темнеет взгляд. Он сбрасывает полотенце и движется к любимому, что гладит себя, наблюдая за ним. Гук снова целует, на этот раз позволяя себе более настойчивые ласки. Чимин под ним стонет, уж слишком приятны такие требовательные ласки.       Пока одна рука оглаживала стройное тело, вторая добралась до заветной пробки и на пробу толкнула её. — Гуки! Да… мой… мх… — Да хён, сегодня я выпью тебя без остатка.       Гук достаёт пробку и наблюдает, как из растянутого ануса вытекает смазка. Это срывает последнюю цепь терпения. Гук приставляет головку изнывающего члена ко входу и начинает медленно погружаться, считывая все эмоции на любимом лице. А там их целый спектр. Сначала брови заламываются, потом постепенно расслабляются, а глаза закатываются в удовольствии. Чонгук на пробу толкается и получает самый желанный стон удовольствия. Он погружается медленно, не желая причинить даже малейший дискомфорт своему любимому. Когда он со стоном замирает, погрузившись полностью, давая время привыкнуть, то видит слёзы счастья в любимых глазах. — Двигайся малыш. — шепчет Чимин.       Гук делает первый толчок. С каждым движение входить становится всё легче, а когда Чимин выгибается со стоном, то Гук понимает, он нашёл простату. С этого момента уже ничего не может его сдержать. Он втрахивает в матрац хрупкое тело, ловя поцелуями его не сдержанные стоны. Номер быстро наполняется звуками шлепков кожи о кожу стонами и мокрыми поцелуями. — Да… Гуки… быстрее… быстрее… ох… я… почти…       Чимин со стоном кончает себе на живот, Гук финиширует следом. Уж слишком идеально его сжало внутри хёна. Какое-то время они лежат молча, восстанавливая дыхание и отходя от мощного оргазма. — Это самый лучший день рождение в моей жизни. — шепчет Гук, притягивая своего любимого ближе. — Значит моему кролику понравился подарок. — кладя подбородок на широкую грудь, интересуется Чимин. — Я готов принимать такие подарки ежедневно Чимина. — Даже так. — Именно так. — Тогда пошли в душ. — чертята пляшут в любимых глазах. — Помоешь своего хёна… везде. — С большим удовольствием.       Рычит младший и уносит драгоценную ношу в душ. Они будут тонуть до рассвета без желания выбраться на поверхность. С первыми лучами солнца они наконец-то уснут, а Чимин теперь точно уверен… Он не один.