кафе на том побережье

***

      Антон проспал весь оставшийся день. Уже почти вечер, 15.00, а друг до сих пор не написал даже «Шаст, мог бы для приличия хотя бы свечи задуть». Антон особо никогда не парился и не задумывался над своими поступками, но сейчас у него, вроде как, даже заиграла совесть. Не то что бы это была именно совесть, но стыдно Антоше было очень даже. Пока за окном раздавалась громкая музыка из прибрежной кафешки с мороженым, Антон сидел в наушниках и слушал очередную песню про море. — В мире где ты и я, есть лишь море. — мальчик сидел на краю кровати, поставив ноги на домашние, которые уже стали уличными, резиновые тапочки. — Надеюсь, никто никогда не услышит как я пою, — поморщившись пробормотал себе под нос парень и пошел собираться на работу, сегодня ему, к сожалению, не выделили выходной, а еще он в ночную смену, как же он ненавидит работать в ночь, несмотря на то, что людей будет меньше, чем обычно. Вообще, в ночь–это с 15.30 до 23.00, до закрытия, у них нет особого графика смен, поэтому иногда кто-то работает целый день, а кто-то пол дня. Всех устраивает такое расположение, потому что и зарплата у кого-то больше, а у кого-то меньше.       Впереди еще целая неделя.

***

      Обычно Антон заходил в заведение под приветливые взгляды и улыбки персонала и его коллег-друзей, он был любимчиком многих, но сегодня ему помохали отчасти человека 4, когда персонала в кафе было намного больше. Похоже я и вправду всех обидел, вот и зачем они все это время возились со мной, говорил же не поздравлять.       Мысли пронеслись в голове у мальчишки, но он сразу забыл это, пройдя в комнату для персонала что бы найти Диму. Если перед другими ему стыдно, но извиняться он не хотел, то перед Димой он обвязан раскаяться, он поймет и простит. — Надеюсь, что поймет, а не пошлет, — слова были произнесены давольно громко, но никто, вроде, не обратил внимания, так что пора было собраться и зайти в комнату, ведь коленки у Шастуна дрожали, наверное, посильнее чем перед ОГЭ.       Позов открывает рот от испуга, когда перед ним, точнее, врезавшись в него, стоит Антон. Они одновременно открыли дверь и оба были готовы выйти, ну, или войти, но так получилось, что оба не заметили друг друга и врезались прямо в проходе двери. — А, Шаст, привет, вещи уже готовы, ты опоздал, но ничего, переодевайся и бегом работать, — после недолгого рукопожатия спокойным голосом произнес Поз. У него не было той обиды в глазах, но и не было злости, как и радости. Он не был слишком спокоен, но и не психовал. Он был просто Позовым, обычным Димкой Позовым, который каждое утро или вечер поджимает руку Антону, говорит «доброе утро» или обычное «привет», а потом уходит работать.       Антон поначалу растерялся. Он не понимал, друг показывает так обиду или, наоборот, делает вид, что ничего не было, что бы Антону не было совестно. Больше Шаст склонялся к первому варианту, но Димка не такой, он бы не стал так глупо обижаться на лучшего друга. Но он бы не стал просто забивать на это все, в конце-то концов.       Антон поморщился, как будто только что съел дольку лимона и остановил приятеля за плечо, сказав что-то вроде «давай поговорим», и завел его к комнату для персонала.

***

      — Он уже пол часа, с лишним, сидит и делает вид, что пьет кофе, который уже, скорее всего, остыл, — шепотом сказала белокурая девушка бармену на ухо. Она наблюдала за Арсением и, вроде, хотела подойти и заговорить с ним, убеждая бармена Никиту, в том, что актер сидит тут ради нее и это все судьба, на что Никита делал смешную рожицу и заставлял девушку признавать поражение. — Может он кого ждет, ну, коллег по работе, там. — будто без интереса произнес Никита, потирая новые стаканы, которые привезли только сегодня утром. Он опирался на барную стойку и смотрел девушке прямо в глаза, а она все время отворачивалась, что бы случайно посмотреть на Попова. — Или девушку, — Алиса, так звали девчонку, которая фанатела от Арсения и тогда убежала с поздравления, грустно произнесла эти слова и, подперевши голову рукой, печально смотрела на свою «судьбу». — Или с женой, — «поддержал» парень Алису и, оставив ее в еще большем расстройстве, удалился. Его наконец-то заменил какой-то новичок, с которым девочка, к сожалению, не сможет обсудить гостя, поэтому она встает и идет обслуживать столики у окна, не понимая, почему не хватает официантов.

***

      Антон резко закатывает глаза, и вздыхает, когда видит, что их постоянный клиент снова сидит и пьет свой кофе, кто вообще вечером пьет кофе? Дима непонимающе смотрит на юношу и в его взгляде читается вопрос « что он тебе сделал, что ты его, можно сказать, ненавидишь?». Димка сразу понял, почему его товарищ изменился в лице, ведь пару секунд назад он шел и смеялся с какой-то очередной глупости, поэтому не стал даже спрашивать, кто уже успел испортить настроение Антоше. Они все-таки нормально поговорили и Антон был прав, Поз, конечно же понял и простил друга, но велел Шастуну после смены извинится перед всеми и угостить тортом, который купил по дороге на работу, он тоже извинялся, ведь Антон и правда просил его не поздравлять, и пообещал, что будет осторожен, что б такого больше не вышло. — Ребят, обслужите те столики, — к ребятам подошла блондинка и показала на столик какой-то девушки с ребенком у окна и на стол в середине зала, где сидел Арсений. Она хотела его обслужить сама, но побоялась подходить, а оставлять сидеть посетителя нельзя, тем более мальчики вряд ли будут интересоваться актером из Питера.       Она проворчала свое фирменное: «почему я одна должна все делать?!» и, закатив глаза, ушла, вытирая руки полотенцем.       Дима сразу выбрал место у окна, он очень любил детей, в то время, как Антон был к ним равнодушен. Шастун сразу согласился, но когда понял, чей столик ему достался, стал умолять Поза поменяться, но было поздно, девушка с ребенком уже нуждалась в заказе, так что Дима с многозначительной улыбкой удалился, сказав последнее «удачи».       Мужчина уже начал было собраться, за заказ он заплатил сразу, но услышал знакомый голос и сразу захотелось выпить кофе и съесть десерт, а потом и поужинать можно. — Уже уходите? — в надежде на положительный ответ, произнес Антон. Он, в отличие от Арсения, не был рад такой компании, Попов его очень раздражал, очень. Антон никогда не любил смотреть сериалы, ладно еще фильмы, боевики, там, но сериалы, а особенно те, которые мама смотрела, пока готовила, он ненавидел. Всех этих «идеальных» «случайных» прохожих играли люди, которые в жизни вообще не соответствуют тому, что показывают на экране или, наоборот, слишком смазливые и через чур идеальные, в общем и целом, актеры, а особенно питерские — противные и те, которые не нравятся Антону. — Нет, вы что, Антон-официант, я только пришел, — только и произнес гость, даже не сказав, будет он делать заказ или нет. Он просто сидел и смотрел то в меню, то на Антона.       Самого Антона это начало раздражать, хоть он и сам должен был спросить, будет ли что-нибудь заказывать гость или подойти позже, но было же очевидно, что раз выпил кофе, то заказывай еду или счет и до свидания. — Вы будете что-нибудь заказывать или я просто пришел постоять? — чуть раздражительно ответил Антон. После расставания с другом Шасту, который уже уходил со своего столика, дописывая заказ девушки, стало грустно что ли, но он думал отделаться обычным заказом десерта, а ему сейчас прийдется терпеть эти шутки и выходки Арсения, когда мальчику вообще-то еще извинения придумать надо, это не так просто, как кажется. — Слушай, ты обычно как-то повеселее что ли, со всеми здороваешься общаешься, а сейчас грустный стоишь, это из-за вчерашнего? Могу дать совет, если хочешь извиниться перед ребятами. И да, можно любой десерт на твой вкус, пожалуйста, это мой заказ.       Последние слова Антон уже не слышал, его настолько достало слово «извинится», вообще-то это они виноваты, Антон много раз говорил не поздравлять его, но нет, надо же все испортить и сделать свое сраное поздравление и потратить, может быть, последние деньги на сраный торт, который Антон даже не попробовал, да он, черт возьми, даже свечку не задул. — Зачем мне ваши советы, вы сраный психолог что ли, не знал, что актеришек такому учат, что вы там сказали? Десерт на мой вкус? Можно было сразу сделать, нормальный заказ, спасибо за не прошенные советы, больше так никогда на делайте! — давольно эмоционально возразил Антон и, специально поклонившись, оставил Арсения в ступоре.       Кажется, Антон снова кого-то обидел, но это его не волновало, он был готов разбить все тарелки на кухне вдребезги.

***

      Почти весь народ покинул кафе, осталось пару пьяных мужиков, которые уже собрались вываливаться из кафе и идти оправдываться перед женами. На улице уже стемнело и стало холодно, кажется, начинался дождь, а ведь утром была жара. Алиса опять о чем-то секретничала с Никитой, а остальные пробирались в здании, готовя его к закрытию. Дима что-то делал за дверью помещения, разговаривал по телефону, вроде. Шаст видел его из окна комнаты для персонала, но ему было все равно. Все мысли заняла речь с извинениями, которую он придумывал у себя в голове целый день. А еще он думал, что обидел Арсения и почему-то ему его стало жаль, хотя, нет, Антон, ты должен его недолюбливать.       Капли начали стучать по стеклу и послышалось недовольное мычание оставшихся людей в зале и вздохи персонала, такого подарка от природы не ожидал никто. Стало еще грустнее. Небо уже было темное темное, даже можно было увидеть звезды, но сделать это было сложно из-за горящих фонарей. Грома и молнии не было, чему Антон был рад, так как с детства боится грозы. Дождик шел небольшой, но промокнуть можно было запросто, хорошо, что Антон взял зонт, он то смотрел прогноз погоды, в отличии от всех. — Антош, давай выходи, я уже всех собрал, сейчас подойдут за стол, — в дверь говорил Дима. Он предупредил Антона о том, что сейчас ему придется страдать и краснеть, конечно, он такого не говорил, но Антон понимал, что так и будет.       Антон вышел из комнаты на дрожащих ногах. Столы были сдвинуты в один большой, а стулья расставлены по кругу. Шаст увидел Арсения и вспомнил, что у него тоже нужно попросить прощение за свою дерзость, он, наверное, испортил гостю аппетит, так как безе с кремом осталось не тронутым, но оплаченным. Он не обратил внимание на то, что людей уже не осталось, то есть Попов был последним и он, скорее всего, уже уходит, но Антона это не остановило и он направился прямо к нему. — Ой, извините, я, наверное, пойду, — Арсений вылез из телефона, оглядевшись, он понял, что кафе закрывается, а он сидит тут, ну, как-то некрасиво. Извинившись перед Димой еще раз, он направился к двери.       Как раз к столу подошли все, как и Никита, так и Алиса, которые весь день смотрели на Антона так, будто он лишил их единственной работы. — Стойте, подождите, давайте с нами пить чай, вы же так хотели десерт попробовать, а я вам аппетит испортил, — Антон схватил Арсения за руку и виновато произнес эти слова.       Мужчина сначала удивился, но потом согласился, надо же поддержать мальчишку, ему еще извинятся, как он понял, перед всем коллективом, ну и чаепитие в кругу людей, причем любых, Арсений любил. Он вообще любил всех и все, за исключением сладкого.