Where are they now?

– Беги... Кто-то шептал над ухом это слово очень долго. – Куда? – Беги... Томно, протяжно шептал этот кто-то данное слово. – Беги... Это сбивало с работы. Невозможно отвечать посетителям с улыбкой на лице, когда что-то неизвестно что шепчет это слово на протяжении уже как второго дня. Даже во сне ему шептали "беги... ", и больше ничего. – Беги... - снова прошептал кто-то, пока он гулял со своим другом. Приходилось останавливаться, осматриваться по сторонам и создавать спокойный вид, хотя на душе с каждым призывом бежать становилось всё страшнее и страшнее. Этот голос начинал тебя окутывать, оглушать, что сам начинал уже подталкивать себя к бегству. На каждой встрече, стоило только услышать эту фразу, как сразу приходилось как-то отнекиваться и убегать домой, только чтобы на душе спокойнее стало. Друзья замечали и задавали вопросы, но он не рассказывал до последнего момента. Когда это обострилось, начало чаще появляться и говорить "беги... ", то Минхо рассказывал. По-немногу, по-тихоньку он рассказывал. И так шли недели. Друзья знали правду и часто оставались у Ли. Но потом у него появился парень, Хан Джисон, и у друзей отпала эта необходимость, оставаться часто там, ведь теперь этот пепельноволосый паренёк жил с брюнетом. Но Ли не поведал ему об этом феномене. Не стал. Он считал, что Хану не нужно о нём волноваться. Только счастливая, наивная влюблённость и сердечки в глазах - это всё, что должно быть в их отношениях. Никаких тревог, никаких страхов. По такому принципу они сблизились максимально сильно. Настолько, что, казалось, будто они были созданы друг для друга. Будто их души пережили несколько жизней, веков вместе. Когда это произошло, то и голос начал пропадать, пока насовсем не исчез, до того случая.

***

– Сегодня к нам должен прийти Хенджин, верно? – Да, Хани, верно... – Эй, тебя что-то волнует? – Ничего, просто устал.. – Иди сюда. Минхо подошёл к любимому человеку, а тот его нежно обнял за талию, поскольку только до неё и дотягивался. – Хани, нам надо ещё убраться.. – Хван - человек понимающий, ничего страшного не будет, если он придёт в небольшой беспорядок. – И именно потому, что он небольшой, мы можем быстро закончить уборку. Джисон поднял голову и взглянул снизу вверх на брюнета. – Ну Минхо-о.. - протяжно и сладко произнёс это пепельноволосый, уперевшись подбородком о живот Ли. – Вставай давай, у нас и правда не так много времени осталось. Отстранившись, парень встал и направился в спальню, чтобы навести там порядок. Минхо же убирался в зале и на кухне. Таким образом, они быстро закончили и стали ждать друга, который должен был объявится с минуты на минуту. И только стоило сесть им на диван, как в дверь постучали. Оба подошли к двери, и Хан открыл её. – Привет! Я тут принёс нам немного снеков разных, разбирайте. - он зашёл в квартиру и отдал пакет Джисону. Пока тот разбирал его, Хенджин тихо спросил у Ли: – Ты как? Больше не тревожит? – Почти нет. Раз в пару дней возникает, но очень тихо и не так навязчиво, как раньше. - брюнет уставился на пол. – Это хорошо, главное - чтобы и дальше так было. Тебе повезло, что это начало проходить само, и не понадобилась помощь специалиста. - Хван утешительно положил ладонь на плечо друга. – Ага.. Но я всё ещё переживаю. Оно есть, и неизвестно как и откуда появилось... Хотя, сейчас это уже не важно. Мне просто хочется, чтобы оно навсегда затихло. Повесив ветровку на вешалку, Хенджин немного поразмыслил над ответом и сказал: – Мне тоже.. Твоё разбитое выражение лица, когда возникает этот голос, и правда пугает. Не знаю, как Хан ещё не заметил это, но для нас, тех, кто с тобой давно рядом, это видно невооружённым глазом. - он улыбнулся, показывая свою поддержку. – Я думаю, что он заметил... Как никак, а мы живём вместе уже несколько месяцев. Скорее всего, он просто не спрашивает. Да и я особо не хочу рассказывать... – Рассказывать что? - перебил третий голос с кухни. В квартире появилось напряжённое молчание. Минхо и Хван раскрыли глаза от шока, а первого вкупе с этим охватил некий страх. Его сердце бешено заколотилось, а сформировать внятный ответ не получалось. Второй, заметив перебой на лице первого, ответил за него: – Секрет. – Какой секрет? - с подозрением спросил Хан. – Не расскажу. Если узнаешь, то он перестанет быть секретом, тем более, когда твой парень так над ним старается. – Именно, что старается. Если вы думаете, что я не слышал ваш разговор, то вы ошибаетесь. - пепельный давно начал подозревать что-то неладное, и сейчас его мысли будто подтверждались. – О чëм вы говорили? – О данном секрете, естественно. – Тогда задам вопрос точнее. Что тревожит Минхо? – Этот секрет.. Хан, сдайся. Тебе пока рано знать ответ, и я всё равно ничего не расскажу, если твой парень того не пожелает. Если я сделаю, то это будет ударом ниже пояса. - Хван видел, что Минхо сейчас в состоянии страха. Он вряд ли сможет сказать что-то связно, потому нужно увести Джисона подальше от этой темы. – Мне не хочется, чтобы между нашими отношениями встревали посторонние и эти секреты, но раз ты говоришь, что сам Минхо не желает мне об этом рассказывать, то больше допрашивать не буду. Проходи, мой руки и садись, сейчас будем смотреть что-нибудь. - вздохнул пепельный и развернулся, чтобы достать тарелки и разложить еду. Хенджин утешительно взглянул на Ли и кивнул, как бы говоря, что всё хорошо. Тот улыбнулся и сказал: – И правда, иди мой руки. Нечего стоять в проходе. - только после этого друг пошёл в ванную. Стоило ему только зайти туда, как Джисон снова зашёл на эту тему. – Я надеюсь, что твой секрет никак нам не навредит. Как и сказал Хенджин, твоё разбитое лицо пугает. Если что, ты всегда можешь рассказать мне о нём... Но могу ли я задать один вопрос? – Да.. Можешь.. - с сомнением ответил брюнет. – Как давно это что-то начало тебя тревожить? – За несколько месяцев до нашего знакомства. В общей сложности около года я так тревожусь. Джисон ничего не ответил. Сейчас он понимал, что лучше молчания ничего быть не может, и им стоит дождаться своего друга, чтобы атмосфера разбавилась. Когда тот пришёл, трое парней начали смотреть какой-то ужастик, но после забросили это дело и лежали какое-то время в тишине, пока не завели разговор. Они говорили обо всём, пока Минхо не выпалил: – На самом деле, около года я уже слышу этот голос. Хенджин сразу понял о чëм заговорил Ли, потому удивлённо на него взглянул, мол, "ты правда готов это рассказать?". Ему в ответ кивнули, и он посмотрел на Хана, который ничего не понял. – Какой голос? – Я не знаю. Просто шёпот, что говорит мне одну и ту же фразу - "беги...". Раньше это было часто, но после нескольких месяцев проживания с тобой этот голос практически исчез. Как ты знаешь, он объявляется раз в пару дней. - пока брюнет об этом рассказывал, внутри пульс отдавался по всей груди, и кулаки сжались сильнее, аж до посинения. На ладонях выступил пот, сигнализирующий о сильном волнении и страхе. – Ты о чëм, Минхо? - Джисон не понимал вообще ничего. Он посмотрел на Хвана, но прочитать реакцию на его лице было невозможно: она была несколько сложнее для понимания. – Это тот самый секрет, который я скрывал. – Мы сами не верили по-началу, но реакция Минхо на этот голос в те времена... Нам было страшно. Конечно не так, как ему, но всё же страшно. Вдруг он сошёл с ума? Вдруг его заберут в психушку? Вдруг этот голос доведёт его до невменяемого состояния? Видел бы ты его лицо с бесконечными складками, где вырисовывалась эмоция страха. Как он закрывал уши, а когда мы были дома, то орал, чтобы этот голос заткнулся. А ведь был период, когда он его оглушал настолько сильно, что мы думали, что Минхо нам не ответит. - начал Хван, понимая, что всё это звучит как бред. – А я и правда ничего не слышал. Этот голос был таким громким и томным... - продолжил Ли и остановился, услышав, что Хенджин хочет продолжить. – У него случались панические атаки, и мы часто ночевали у него, чтобы помочь в любой момент. Он много плакал, цеплялся за наши тела, только чтобы кто-то был рядом и мог ему помочь убежать от этого. Но потом появился ты, Джисон. – И новые эмоции начали вытеснять страх. Голос потихоньку пропадал, пока не стал настолько тихим и редким. Мне стало спокойнее в разы, но неожиданное появление и триггер, возникший за то время, заставляют меня рефлекторно закрывать уши руками. Потому ты иногда мог замечать, как я это делал. Сейчас эта фраза возникает единожды, но раньше она могла до нескольких минут повторятся.. Вот так. - брюнет прикрыл глаза рукой. Все молчали. Хенджин просто поник, а Хан был в шоке. Множество мыслей метались в голове. Стадия неверия прошла, сейчас он пытается принять услышанное. Он никогда раньше не сталкивался с подобным, да, наверное, вообще никто с таким не сталкивался никогда. Что ему делать? Он не знает. Единственное верное решение - это утешение. И себя, и своего парня. Больнее всего было то, что такое происходит с его самым близким человеком до сих пор. Что-то, что так долго мучает тебя, и ты не знаешь, что это.. Отчасти пепельный понимает, почему они не хотят обращаться к специалисту сейчас, но: – Почему вы раньше, когда вся эта ситуация обострилась, не пошли к врачу? – Ты думаешь, что это помогло бы? – Ну да... – Нет, Хани, не помогло бы. Мне это не помогло бы. Мне легче было рядом с близкими людьми, а там, в незнакомом месте я бы больше страдал. - в конце последнего предложения брюнет закусил нижнюю губу, чтобы не сорваться. В голове возникали образы из прошлого, которые он так пытался похоронить. – Извини, я сейчас приду. - Хан встал с дивана и пошёл в прихожую. – Ты куда? – Пойду до магазина сбегаю, я быстро. - и он не вернулся. Вся ночь прошла в переживаниях и поисках парня, а на утро они увидели новости про Хана. – Ночью, 12 мая, на улице убили молодого парня под именем Хан Джисон. Данный молодой человек, по словам очевидцев, заходил в магазин за продуктами. - больше они ничего не слышали. Женщина в телевизоре рассказывала про эту ситуацию, но и Хван и Ли сейчас были не в этой вселенной, не в своих телах. – "Убили... " - доносилось эхом в голове. Осознать полный смысл этих слов невозможно, если не сталкивался с подобным, и сейчас оба парня не соображали. Первым в себя пришёл Хенджин, который повёл Минхо к месту преступления. Там тела уже не было, но пятна крови остались. Территория опечатана, ближе, чем на пять метров не подойдëшь, но даже так были видны и тёмные пятна среди светлого асфальта. Дышать было сложно, а в голове Минхо снова возник этот голос: – Беги... - громко, быстро, долго он тараторил это слово, заставляя бедного парня закрыть уши и закричать посреди улицы со слезами на глазах. – Заткнись! Заткнись, пожалуйста.. ЗАТКНИСЬ УЖЕ НАКОНЕЦ-ТО!! Хенджин испугался такого Ли, но всё равно обнял того по-крепче, зная, что это поможет ему. Но шли минуты, тот трясся и бубнел себе под нос "заткнись", периодически вставляя волшебное слово. Люди на улице начали толпиться и подходить к ним, спрашивая, что случилось и всë-ли в порядке? Хенджин отвечал им кратко, так, как позволяло его состояние, но этого хватало, чтобы люди понимали всё. Когда Ли немного успокоился, Хван набрал номер Феликса. Тот уже знал всю ситуацию и быстро подъехал к ним. Завидев сидящего на асфальте Минхо, который весь сжался и закрыл уши руками, он понял, что надо помочь отвезти того домой. И так прошли первые девять дней. Три человека, что стояли у могилки близкого человека, который лучезарно улыбался, молчали. Сложно, тяжело, грустно, больно, страшно, беспокойно, отчаяние и многое другое были спутниками троих человек. Особенно Минхо. Голос больше не объявлялся, но на душе было очень тяжко. Потерял того, кто был его спасательным крюком, того, кто подарил новые эмоции и ощущения, того, кто.. Последним узнал его секрет. И первым, кто умер после него. Чувство вины росло периодически, но друзья рядом подавляли его. И вот наступило лето. Казалось, радостное время, но по телевизору вновь показывали новости. – Ночью, 1 июня, убили молодого парня под именем Ли Феликс. По данным очевидцев, его видели рядом с местом преступления прошло убийства, молодого парня Хан Джисона. - снова. Снова эта новость, и снова с близким другом. Второй, кто знал его секрет, и второй, кто узнал его после Хвана. Голос снова заревел, от чего Ли начал всхлипывать. – ДА КУДА МНЕ БЕЖАТЬ, ЧЁРТОВ ГОЛОС!? - сложно держаться в такой ситуации. Вновь место преступления, вновь попытки успокоится, и вновь девять дней со дня смерти Феликса. Могила с фотографией ангела во парня была рядом с могилой Джисона. Дождь начал капать с неба, как бы тоже оплакивая эту смерть. А Минхо будто начал сходить с ума. Его начало передёргивать от всего, что связано с этими двумя, он больше не хотел выходить во внешний мир. Будто никто не умрёт, если не будет знать о нём, не видеть его. Но это не так. Ведь снова наступило ненавистное утро. И снова та женщина, что приносит ужасные вести. – Ночью, 20 июня, убили молодого парня Хван Хенджина. Полиция склоняется к тому, что это умышленная серия убийств, ведь этого человека убили в том же месте, где убили Ли Феликса и Хан Джисона. Так же, их возраст одинаков, потому это ещё одна причина того, что убивают только молодых парней в возрасте 23-х лет. - слушать это уже не так тяжело. Легче, да, но всё же... Последний. Последний из самых, близких людей умер. Умер тот, кто первым узнал о секрете Ли. Снова это место, снова этот голос, что донимает бедного парня, но Ли уже научился реагировать спокойнее, и снова девять дней. Третья могилка с невероятно красивым парнем, будто он сын Афродиты, находилась рядом с двумя другими. Покуривая сигарету, Ли смотрел на это всё уставшим лицом, будто он стал призраком. Теперь голос говорит ему: – Где они сейчас?... – В могилках лежат, спят. – Где они сейчас?... – На небесах. – Где они сейчас?... – Где-то очень далеко. – А я говорил тебе бежать, мальчик... – Что?! – А я говорил тебе бежать, мальчик... – Куда ты мне говорил бежать, идиот!? – А я говорил тебе бежать, мальчик... – ДА ХВАТИТ ПОВТОРЯТЬ ОДНО И ТО ЖЕ, СКАЖИ ЖЕ, ЧТО ТЫ И ЧТО ХОЧЕШЬ ОТ МЕНЯ!? – Твой спаситель и твой конец... Скоро мы увидимся вновь... – Чего?! - но ему уже не ответили. Не ответили, не возникли. Ни разу. Ли пережил этот опыт, как страшный сон. Голос пропал так, будто его и не было. Навсегда и без остатка.