"Спасибо"

— В твоих глазах весь мир. Все звезды, вселенные, планеты и галактики. В них - весь я, — шепчет Каэдэхара, склоняясь над чужой головой, лежащей на его коленях. — Кадзуха, я очень плохой человек. Почему ты строишь иллюзии обо мне? Я не тот, кем ты меня представляешь, — Скарамучча переворачивается на бок, не желая встречать взгляд ронина. — Твои поступки правда несли боль, разрушение и смерть... Но ты - не твои действия. Ты - это твои мысли, желания и мечты. И я люблю тебя, а не твое прошлое. У всех из нас есть свои секреты, своя правда и ложь. И только нам решать, рассказывать об этом кому-то или нет. Винить себя в этом до конца своих дней или отпустить и оставить позади. Каэдэхара нежно целует Скара в лоб, мягко улыбаясь. Его рука оглаживает скулу темноволосого, поправляя редкие выбившиеся прядки. — Я не заслуживаю любви. Я должен был умереть еще сотни лет назад. Это неправильно... — Но тебе нравится здесь, со мной. Пожалуйста, не думай ни о чем плохом. Я позабочусь о твоем благополучии, мой милый Странник. Никто не посмеет причинить тебе боль, пока я рядом. Ты говорил, что тебе нечего терять, значит ты можешь... Дать себе шанс на счастливую жизнь с кем-то, кому ты действительно дорог? — Кадзуха притянул Скарамуччу к себе, заключая в теплые объятия. Тело темноволосого мелко дрожало, но ронин не обращал на это внимания, — всё будет хорошо. Я никуда не уйду и не брошу тебя. Я правда очень люблю тебя. Скар беззвучно уткнулся лицом в плечо Каэдэхары, лишь изредка рвано вдыхая прохладный воздух ночного Сумеру. Вокруг летали светлячки, по небу медленно плыли пушистые облака, а луна красиво отражалась в водной глади озера, немного сокрытого тенью тропических джунглей. Скарамучча осторожно отстранился и взглянул на звезды, вдруг неожиданно чему-то усмехаясь. — Что такое? — вопрошал Кадзуха, следя за яркими бликами в чужих темно-лиловых глазах. — Ничего, — Скар легко пожал плечами, положил голову на плечо Каэдэхары и все же почти неслышно сказал, — луна сегодня красивая. Ронин, услышав ответ, лишь понимающе улыбнулся, неспешно переплетая свои пальцы с чужими. Чувствуя тепло родной ладони, Кадзуха мечтательно вздохнул, и в темноте ночного воздуха прозвучало тихое ответное "спасибо".