Да это не больно

Маска Вика слетела, как только он вышел из студии. Кимхан движется к своей машине и злится. Он должен это сделать. Обязан. Это ведь его работа. Но кому можно доверить такое серьёзное дело? К незнакомым людям обращаться совсем не хочется, даже если и к профессионалам. Остаётся лишь один вариант. Ему Ким безоговорочно доверяет… Порче. Да, точно. Он возвращается в свою квартиру, в которой его парень сидит чаще, чем у себя дома. Ким подбирается к любимому, который сидит прямо на полу, со спины и смотрит, чем тот занят. В ушах наушники, в руках телефон на экране которого какая-то игра. Музыкант осматривает своего парня будто в первый раз. Растрёпанные волосы, мятая футболка, что принадлежит самому Кимхану и красные боксёры, которых почти не видно из-за длины футболки. Он вглядывается так, будто пытается просканировать подростка. Ну да, как он и думал. Че точно сможет помочь. Младший дёргается, когда на весь экран выскакивает табличка, «Поражение». — Идиоты… Бубнит он себе под нос, а новоприбывший наконец даёт знать о своём присутствии поцелуем в щёку. — Пи! Ты сегодня рано. Радостно говорит Че и обнимает. — Порче… Надо поговорить. Ким видит, как тот напрягается. А ведь и правда, старший же называет его полным именем редко. Парни устраиваются на кухне. Младший всё ещё выглядит очень напряжённым. Сидит и выжидающе смотрит. А второй человек так и не знает, как начать… — В общем… Мне нужна твоя помощь. Как же сложно говорить эти слова. Обычно он справляется со многими проблемами в одиночку, но это совсем другой случай. — Ты всегда такой… Гладкий… О, прекрасно. Теперь на него смотрят как на придурка. Надо было начинать по другому. Ну может ему простительно? У Кима совсем нет опыта в таком деле. — Как ты… Убираешь волосы с тела? Это ведь не станком, если эффект такой долгий, а мне надо для съёмок рекламы и я никогда не… Удалял волосы. Киттисиват хлопает глазами и пытается подобрать слова, а его щёки наливаются кровью. — Это то, о чём надо было поговорить? — Мгм. Младший начинает смеяться и кажется пытается, что-то сказать. Вообще-то это серьёзный вопрос! — Пи… Я ахах… Я сам себе делаю эпиляцию. Это слово звучит нестрашно, но всё равно вызывает какие-то неприятные чувства. — Сделай и мне. Нужны гладкие ноги. Да почему над ним сейчас так в наглую ржут?! Видимо на лице Теерапаньякула было слишком выражено негодование, — Прости… Просто ты с таким грозным лицом спрашивал, что я надумал всякого. Его всё ещё немного дёргает от смеха, — И странно это, что ты столько раз был моделью и не разбираешься в таком. Старший скрестил руки на груди и сидит, ждёт пока его начнут воспринимать всерьёз. — Я сделаю тебе эту прекрасную процедуру, но при одном условии. На его лице появилась хитрая улыбка, а глазки не по-доброму блеснули. Мафиози сидит на кресле в одних трусах, его ноги закинуты на стульчик. Сам же трясётся как осиновый лист и наблюдает, как милый парень с маниакальной улыбкой набирает на палочку какую-то вязкую жижу. Рука в перчатке растирает по его ноге что-то вроде пудры, а владелец самой руки смотрит на напуганного парня и продолжает улыбаться, — Да это не больно. Двумя пальцами он снимает комочек с палочки и приближает к ноге Кима, который затаил дыхание. — Больно! Рука Че дергается и липкая субстанция прилипает к коже. — Пи’Ким, я ещё даже ничего не сделал! — А синяков не останется? Порче сдувает чёлку с лица, — Не останется, если делать правильно. Он растягивает этот комок пасты снизу вверх, против роста волос. Старший жмурится. Рука резко дёргает и совсем маленький участок кожи остаётся без волос. Кимхан шипит, а после начинает выть. — Блять, Ким. Напомни, сколько раз тебя подстрелили в том месяце? — Два, Не задумываясь отвечает он, впиваясь пальцами в подлокотник. — На это тебе было насрать. На следующий же день ты… Мы… Кхм. В общем сейчас можешь и потерпеть. Ким дёргается, когда Че продолжает работать с пастой. — А может её можно как-то смыть? Я что-нибудь другое придумаю. — Нельзя. Сиди и не дёргайся. Пытка подходит к концу, но только на первой ноге. Та-ак. Терпеть. Он Кимхан Теерапаньякул. Опасный сын мафии! Он не боится какую-то сахарную пасту! Лицо Киттисивата очень сосредоточенно, когда он этим занимается. Носик так мило подёргивается. Ким загляделся на своего любимого и сидел со влюблённой улыбкой, пока не… — Да твою ж, как же больно! — Я почти закончил, Пи. Пасты на ногах не осталось, но Че всё равно тянет свои смазанные в чём-то ручонки. Музыкант отдёргивает ногу, учащённо дыша. — Успокойся, закончили мы. Это просто для снятия липкого слоя. Хозяин конечности с опаской возвращает её на стульчик. Младший растирает ноги и улыбается. Так невинно. В конце смотрит прямо в глаза и оставляет поцелуй на коленке. В груди прям сдавило от этой картины. — На этом пока всё. Ким довольно разглядывает гладкие ноги, что поблёскивают на свету. Порче убирает эту адскую херню. …Что значит «Пока всё»? Осознание накрывает волной и всё тело цепенеет, — Че! Я не переживу это ещё раз! Тем более там. Его взгляд переполнен мольбой, возможно он прям сейчас заплачет. Но младший непоколебимо отвечает, — Ты сам согласился на это условие. — Садист. Фыркает Кимхан и притягивает к себе для поцелуя.