Одиночество

      Внутри все переворачивается от осознания, когда горькая правда льется из уст Лу.       — Политическая причина ускользала от тебя потому, что ее заслоняла другая. Личная… тайна, — говорит Лу и отчего-то Иво хочется заставить ее замолчать. Он не хочет слушать дальше. Потому что это будет та реальность, от которой он старался убежать.              Нет, она не ускользала от него. Он просто не хотел верить в нее. Не хотел думать об этом, хотя определенные мысли посещали его голову. Верить в сладкую ложь о том, что ты нужен Викарию было проще. У Приора же могут быть собственные чувства и эмоции? Ради своей работы он отказался от многого, а сейчас ему так просто говорят о том, что он расходный материал, который использовали в своей политической игре. Лу продолжает говорить, а Иво все еще не хочет верить.              «Это же просто догадка? Теория?» — спрашивает он себя и прекрасно знает ответ. Он больше не может прятаться от этого. Знает, что пора смириться и принять суровую реальность.              Но просто знать об этом недостаточно. Нужно сделать, а это намного сложнее. Мысленно он все еще цепляется за то, что он нужен Викарию. Нужен, как ценный сотрудник для блага общества, хоть это благо весьма посредственное, о чем Иво не раз задумывался. Но он был всецело предан Церкви и Викарию, хоть и не разделял всех его взглядов. Нужен ли он сам хоть кому-то, кроме себя? Иво отчаянно старается снова поверить в то, что он не одинок и у него есть его работа, но слова Лу не дают ему этого сделать. Девушка заканчивает монолог и сейчас он не в силах ответить ничего разумного на ее доводы. Сначала нужно самому смириться и принять это.              Его лицо остается невозмутимым даже сейчас, когда внутри буквально бушует ураган эмоций. Глубокий вдох и… Иво отключает свои эмоции. Предупредить Лу и Кея о том, что об этом не следует болтать направо и налево. Отпустить их и вызвать Марка, чтобы отдать распоряжения. А дальше закончить с работой. Все действия, как на автомате.              Эмоции и мысли возвращаются только тогда, когда он осознает, что уже глубокая ночь. На балконе было тихо и спокойно, по сравнению с тем, что творилось у него в душе. Иво уже, который час сидел здесь, стараясь утопить свои душевные терзания в алкоголе… музыке… в наблюдении за звездами, такими же одинокими, как и он сам.              Раньше его одиночество не гложило его так сильно. Он всегда думал, что нужен Инквизиции, нужен Церкви и Викарию, но это была лишь сладкая ложь. Осознание того, что он лишь расходный материал пришло слишком резко, и он был не готов к этому. Ради своей работы он отказался от всего. Навечно запер себя в этих черных одеждах Приора. Стал палачом, который без малейших сомнений мог подписать смертный приговор. Иво самонадеянно верил в то, что Викарий действительно признает его заслуги. Отчаянно? Да. Глупо? Возможно. Но Иво точно такой же человек, как и все остальные, хотя многие могли бы сказать о том, что он похож на безвольного и безэмоционального робота. Но даже Приор имеет право на надежду в то, что он важен. И раньше ему действительно казалось, что он был. У него было признание Викария. Так он думал раньше. Но было ли это признание на самом деле? Был ли он хоть кому-то нужен, кроме самого себя? Как ему продолжать держаться на плаву в этой непроглядной тьме, в которую он сам себя заковал?              Раздается тихий писк, а следом голос Лу, вырывающий его из размышлений.              «Зачем она пришла?» — возникает в голове вопрос и он несколько мечется между тем, чтобы пустить ее в свой душевный хаос и тем, чтобы отправить ее домой подальше от такого себя. Такого разбитого? Сломленного? Отчаявшегося?              Иво думает еще несколько секунд, а затем понимает, что не хочет быть один, а Лу это единственный луч света в непроглядном царстве, которому он надеется, что может доверять. Рядом с Лу он никогда ощущал свое одиночество в полной мере, поэтому решается пустить ее. Пускай она увидит и эту его сторону, а он эгоистично будет просить Единого, чтобы Лу не уходила и была рядом. Иво хочет быть с ней.              — Пройди, — все же говорит он, а затем, глубоко вздохнув, начинает играть, через мелодию стараясь показать, что у него на душе.              Мартен не сможет сказать ей о том, что у него в голове и на душе в данный момент. Он просто не умеет открываться кому-либо. Пускай ответом на ее так и незаданный вопрос о его состоянии будет музыка.              Он слышал, как она вошла на балкон, но не отвлекся от мелодии, продолжая смотреть вдаль. Думать лишь о том, почему Лу все-таки пришла? Ей что-то было нужно? Даже если и так он поможет ей. Или она пришла к нему?              Иво отложил инструмент и оглядел девушку, стараясь найти ответ на свой вопрос.              — Почему ты пришла? — все же спрашивает он.              — Потому что захотела, — слышит он и улыбается первый раз за день.              — Я рад тебе.              Лу снова задет вопросы о тех тайных свиданиях, которые он для нее устроил, и это заставляет его снова почувствовать себя важным.              Она просит его сыграть еще, и он играет. Уже не чувствуя, что он один.