《轮回之梦》- Сон сансары

Я уже не помню свое первое лицо, с которым я пришел в этот мир, но я помню сотни других после. Я помню каждую свою жизнь после чего-то такого, что моя память не хочет позволить мне вспомнить хоть на мгновение. Я понимаю, что скорее всего там нечто, что я не хочу вспоминать вновь, но жизнь за жизнью проходит, а этот призрак все со мной. Я помню что он был со мной всегда. Этот мальчик лет четырнадцати всегда улыбается мне, темно фиолетовые глаза блестят, а в уголках губ появляются эти ямочки, кажется их можно наполнить вином. Мы всегда сталкиваемся друг с другом в одном и том же месте. Во снах. Как и сейчас я закрываю глаза, с мыслью, а что будет сегодня? — Учитель! — звучит из-за спины. Я привык к его такому обращению, он всегда так меня зовет, но никогда не объясняет почему, лишь повторяет: «Однажды ты сам все вспомнишь». Но я не помню, я не могу вспомнить, и мне так жалко его. Он появляется тут каждую ночь, каждую мою жизнь, и мне кажется что он кого-то ждет. И все это предназначено было ему, от нежного «учитель» до этой прекрасной улыбки. «Пожалуйста, не улыбайся так больше. — молю я каждый раз перед сном — Я знаю, что все это не мне, что я краду у кого-то все твое существование, всю твою любовь, и ты вынужден делить со мной вечность в этом сне сансары. Прошу, не улыбайся так больше, ведь я уже давно тебя люблю, но я не смею отобрать все это у другого». Но он меня не слышит, а я не смею сказать об этом в слух, ведь это все что я могу получить сейчас и до того момента, пока он меня не покинет. — Мы тут давно так, а ты ни разу не спросишь меня почему. — спрашивает он не поднимая на меня взгляда и смотря в пенистую воду ручья. — Почему? — я не понимаю его вопроса, и поднимаю брови. — Почему я, почему ты, почему именно это место, и все из жизни в жизнь. Тебе не кажется это странным? Я молчал всего пару секунд, обдумывая каждое его слово. — Я так часто тут бываю, что мне уже все равно — отвечаю я наконец-то спустя время — Это правда. Я вижу тебя, себя, это место уже не первую жизнь. Возможно мы были как-то связаны, а может это мое проклятие. — Я склоняюсь к последнему, — продолжаю я как только он поднимает на меня взгляд — Ведь я не помню с каким лицом пришел в этот мир, в своей первой жизни. И это странно, ведь я помню все свои лица. Каждую свою жизнь после. Мальчик улыбается, но такой странной улыбкой, которой я никогда не видел на его лице. За ней он пытается скрыть боль, немного разочарования и…любовь. — Не торопи события, однажды ты вспомнишь все. Однажды ты снова будешь тем, перед именем которого я всегда говорил «мой». Я остановился. Мои догадки оказались верны. Моя первая жизнь неразрывно связана с этим парнишкой, но как я не могу сказать. Я не могу сказать, ни вспомнить какие эмоции я испытывал к нему при первой жизни, какие это были чувства, как я его звал… Будь я тем кем он так хочет меня видеть, я бы огорчился что не могу вспомнить все это, но я не он, по крайне мере сейчас, если верить его словам, и мне так безразлично все то, что я потерял. Сейчас это другой я, и я знаю что чувствую и испытываю при виде него сейчас. — А что будет, когда я приду сюда с тем лицом? — не выдержал я, и думал что он скажет про все что угодно, даже до разрушения самого мироздания, но не это же… — Я не знаю, — пожал он плечами — Но наверное освобождение. Я нахожусь тут довольно давно, и сам начинаю забывать многое. Например, ты помнишь что было в тот осенний день, в 1907 году? — В тот? в 1907 году? — мои брови взлетаю в изумлении. Насколько же у него хорошая память? — Видишь. Ты даже даты не помнишь, а мне то какого, для меня все это один сплошной день. Один большой, длинный, неразрывный кошмарный сон… Но я рад, что ты тут. Я знаю что ты не тот кого я жду, и ты лишь его отражение, но я знаю, что за этим блеском лучей в конце появится солнце, и это будешь снова ты, но ты которого я жду. Тогда я проснулся от звука будильника. С досады я слишком сильно по нему ударил, что он недовольно задребезжал. Ненавижу понедельники.

***

— Это будет наша последняя встреча в этой жизни. — он пытается немного подбодрить меня, но я и так знал, что мне осталось недолго. Злокачественная опухоль. Сейчас же он лишь сообщает, что с утра или через пару часов, врачи обнаружат мое мертвое тело. Я специально попросил эту ночь поспать без аппаратов. Они мешают мне просто закрыть глаза, а так хотел оказаться тут вновь. Я знаю, что это моя не последняя жизнь, что я снова тут окажусь уже с новым лицом и именем, но каждый раз боюсь, что все может оказаться в последний раз. Почему-то именно сейчас смотря на него, на его силуэт в алом закате, мне хочется сказать пару слов, а может и несколько, и меня не волнует ответ. Я просто хочу это сказать. — Мо Жань… — Я знаю. — он перебивает меня — Не говори этого. Скажи это когда все вспомнишь. Сейчас это ничто для меня не значит, как и для тебя. — Но я правду… — я не могу заставить сказать себя это слово. То что так рвалось из меня пару секунд назад, уже не хочет быть озвучено. Я не стал спорить. Проще просто промолчать. Я всегда знал, что само его существо не для меня, не для этого меня. И кажется я только сейчас начинаю понимать кого это чувствовать, когда весь ты, каждая частичка тебя отдана другому, и даже если он откажется от тебя, даже если это будут такие же как Мо Жань с легкой улыбкой, стойкостью во взгляде, но в то же время и холодностью, скажет тебе «нет, прости», ты все равно будешь любить таких до конца. Как и я сейчас. Я знаю, что в этом месте закаты бывают лишь тогда когда я умираю. Я осматриваюсь напоследок. Я знаю тут все, но каждый раз это делаю снова и снова, с мыслями, что это мое последнее пребывание тут и этот чудесный сон закончится навсегда. Это небольшая местность, сплошь покрытая травой, неподалеку звенит ручей, вокруг всегда был лес, и я никогда не интересовался что за ним, даже если тьма спустя пару рядов деревьев становилась все более манящей. Наверное это все, что было тут всегда. Единственное, что тут могло поменяться так это поваленное дерево хайтана, неподалеку от полу развалившейся хижины, в которую я почти не заходил. На дереве уже давно нет ни цветов, ни листьев, и оно появлялось тут из случая к случаю. Мо Жань всегда видя его осторожно проводил подушечками пальцев по шершавой коре, в его уголках губ появлялась грустная улыбка, и сразу же исчезала. Будто бы знал, что я наблюдаю за ним, он не хотел показать какую-то слабость, и какие-то воспоминания, что пока мне не дано понять и вспомнить. Это дерево тут и сейчас. Последнее что я вижу перед тем как все покрылось мраком и я умер, было цветущее дерево хайтана, то самое что лежало у моих ног пару секунд назад. В мой послдений вздох оно ожило и расцвело. А через секунду я слышу «Учитель, я буду ждать вас!». И для меня наступает тьма.

***

Первое что я вспоминаю, это мой учитель. Тот самый маленький, на вид слабый и хилый человек, но с большим сердцем полным сожалений и боли. Я вспоминаю его горькую улыбку, когда он смотрел на меня и повторял «Мой старый друг так же говорил». Я вспоминаю как делил с ним печенье лотоса, и кажется в уголках его глаз я видел слезы, что он никогда не покажет так явно. Но все быстро омрачается как только на смену свету приходит тьма в виде воспоминаний тех последних дней с ним. Я не хочу вспоминать жгучую боль в груди от острого лезвия что он кинул передо мной и потребовал вернуть то что его по праву, и я не струсил. Я уже тогда юыл благодарен ему за все что он сделал для меня, и если это моя плата за все то добро, я смело отдам долг.

«Прости, мастер, я подвел тебя…»

Второе что я вспомнил, был Пик Сышэн. Но я не могу выделить что-то одно. Я просто вспоминаю его таким каким он был. Я считал это место домом. До какого-то момента, пока не обрел новый дом и с тем кого люблю… «С тем кого люблю…». Я хочу вспомнить кто это был, но воспоминания как водоворот не хотят меня нести имено туда, а уносят все дальше и дальше от что я ищу. Третье, что я вспомнил, была семья Сюэ. Тихая женщина — госпожа Ван. Я всегда знал, что за её хрупким силуэтом и кротким нравом билось храброе сердце, что готова умереть за тех кого она любит. Громкий, вечно привлекающий к себе внимание — глава Сюэ. Я не могу назвать хоть кого-то кроме него своим другом, близком другом. Будь я тогда смелее я бы сказал ему о моей любви… но к кому? Точно не он. Нет, это был кто-то более близкий, кто-то по-настоящему смог разрушить лед в моем сердце после предательства моего учителя. Сюэ Мэн. Мой второй ученик. Как много амбиций, но как мало дисциплины. Я никогда не выделял кого-то из учеников в плане способностей. Они все были для меня равны, даже если каждый в разном. И Ши Мей… почему-то я не могу вспомнить все, что было связано с ним, не до конца. Я помню обрывки, начиная от того как взял его в ученики, и заканчивая его жертвой… но жертвой для чего? А потом я открываю глаза и вижу его… И все становится на свои места. Все те сотни вопросов, и его странные ответы, что я не мог понять. Все становится на место как разрушенный карточный домик. — Мо Жань… — по моим щекам бегут слезы. — Учитель, я вас дождался. Как я и обещал. Теперь мы вернемся домой. Он такой же каким я помню его в тот день. Я хватаюсь за его плечи, я не могу отвести взгляда. Его лицо размывается передо мной от слез в глазах, а руки все сильнее вцепляются в его крепкие плечи. Я вспоминаю все.

«Тысячи жизней без него, в обмен на одну с ним»

Это то что я попросил у повелителя демонов. Это все что я просил у того с кем должен был бороться, но в итоге заключаю сделку. Мо Жань умер в той битве, и не вернулся. Чтобы я не пробовал, ничего не выходило. Кажется я так и не сообщил Сюэ Мэну, что его брата больше нет, а он так и верил в его возвращение домой. Хоть и поставил табличку ему, но твердил снова и снова про то что он жив, а мне не хватило смелости сказать: «Прости. Я подвел вас всех. Я был ужасным учителем. Я был ужасным человеком. Я был ужасным смыслом жизни… Простите. Сюэ Мэн, прости. Сегодня твой брат и мой ученик не вернется домой. Ни сегодня, ни завтра…никогда…». Я попросил вечную сансару, даже полную страданий и лишений, чтобы я смог искупить свой грех одной жизни, но чтобы все это привело лишь к одной встрече с ним в конце. И так снова и снова. До конца времен. И он согласился. Он сказал: «Я дарую тебе вечную жизнь души. Ты будешь перерождаться снова и снова, помня все свои жизни до этого, кроме первой. Чтобы ты помнил всех тех кого потерял, кто тебя бросил, кто тебя предал. Всю ту боль. Все те восемь земных страданий, чтобы в конце концов ты пришел к своему последнему страданию: разлука с тем кого любишь» У меня есть всего лишь 2000 лет, чтобы познать все это. Чтобы в конце я прошел через это вновь, но уже с ним под рукой. Две тысячи лет одиночества, на несколько счастливых лет с ним. Я знаю, что его мне никто не вернет, они не могут этого позволить, как бы кто-то из нас этого не хотел. Мы пошли против многих устоев мира, но лишь один мы не сможем преодолеть. Я предложил игру дьяволу, и он согласился, но это была игра в ничью. «Прости меня. Мо Жань, но позволь мне теперь побыть эгоистичным в своей любви и не отпустить тебя, как ты когда не смог сделать этого, храня моя тело в пруду алых лотосов. Но я знаю что ты будешь ждать меня столько, сколько это понадобиться, столько жизней, столько чужих нам лиц и имен, чтобы вновь быть вместе». Сейчас все что окружало нас становится все бледнее, теряя былые краски. Звуки затихают. Пик Наньпин, где жизнь и смерть разлучили нас пропадают, но я знаю что вскоре снова вернусь сюда. Мы вернемся. А пока мы вернемся в мир живыых, чтобы прожить одну жизнь с ним, храня от мира все то, что происходит с нами. Я знаю что у нас с ним всего немного времени, всего лишь одна жизнь, чтобы вновь прийти к тому, что нас разделят тысячелетия и воспоминания.