от любви не убежать. стоит сделать лишь шаг.

Нашел тебя в лесу. Ты вся тряслась от страха, что в принципе не удивительно. Кто не испугался бы, если в темноте вас поймал скелет с проломленным черепом и окровавленным топором в руке? Что-то внутри не давало мне тебя убить. Это ощущение было странным, но и оставить тебя так я не могу. Тебя просто сожрут. Ты кстати похожа на нее. На ту, которая обещала нас освободить. Спасти. А по итогу просто свалила с тем идиотским цветком. А я ведь ей тогда доверился. Наивный придурок. Чтобы ты не орала пригрозил топором и кое как дотащил тебя до дома, без лишних свидетелей, заперев в своей комнате. В конце ты вообще сопротивлятся перестала, видать от страха. Только вся дрожишь. Даже смешно. Я и не имею никаких взглядов ни помогать тебе, ни убивать. К нам люди в последнее время падают чаще, так что пока что ты будешь жить. Я все равно нечего не получу от твоей смерти. Если только некое садистское удовольствие. — не бойся, мышонок, я пока что не собираюсь нечего с тобой делать. — я и сам еще не знаю зачем тебя сюда привел, но Папирусу лучше о тебе не знать. На всякий случай. Сразу решил предупредить. Выйдешь из комнаты - лишишься жизни. Тебя или съедят, или я тебя убью в наказание. Хотя я пару раз уже задумывался о том, что хочу отомстить, пока мы шли до дома. Ты ведь и вправду по внешности похожа на нее. Хоть и душа у тебя другая. Голубая. Душа терпения. Хах, будешь теперь терпеть меня, мышка. В первый день я закрыл тебя в комнате на ключ, а вернулся поздно, лишь к ночи. Даже уже успел забыть о тебе, а когда открыл дверь, ты лежала на кровати. Смотрела в потолок, а увидев меня подскочила, забившись в угол в изголовье кровати. Интересно. Я же тебе нечего не сделал. Пока что. — ляг нормально. — низко прохрипел, а ты немного нахмурившись аккуратно прилегла, прижавшись к стене. Поняла, что сопротивление не приведёт ни к чему хорошему, это мне нравится. Хотя твое сердцебиение я слышал даже стоя у двери. Уморительный человек. Я громко усмехнулся, от чего ты вздрогнула. Закрыл дверь на ключ. Мало ли уйдешь, пока я буду спать. Хоть и навряд ли с моими идеями ты сможешь уйти. Жёсткий матрас заскрипел под тяжестью моих костей, когда я улегся рядом с тобой. Ты смотрела как то изучающе, словно ища выход из ловушки. Нет. Так не пойдет. — перевернись. — сипло выдыхаю почти тебе в лицо. Кровать не большая, но мне одному хватает места, с учетом того, что ты сейчас лежишь вжимаясь в стену спиной, совершенно мне не мешая, лишь бегая растерянными глазами, в попытке уцепиться за что-то взглядом. Но под прожигающим взглядом моего единственного глаза сдаешься, горько вздохнув, переворачиваешься лицом к стене. Я повернулся к твоей спине, руками обхватив талию, притягивая к себе как маленькую плюшевую игрушку, которую буквально отодрал от стены. Ты тихо пискнула, рукой ухватившись за мою кисть на своем животе, а после испуганно отдернула ее. — успокойся и спи. — ты больше и не сопротивлялась. Просто терпела. Немного поёрзала в моих "объятиях", но испуганно замерла, стоило мне тяжело выдохнуть тебе в затылок. Интересно, как быстро такой трусливый человек сможет начать мне доверять? Самое больное, заставить довериться, а потом разрушить все это одним ударом. Со мной это делали много раз. Девчонка, обещавшая нас спасти смогла добиться моего доверия, но предала. Я уверен, все люди такие же. Я никогда бы так не поступил. Раньше. Как иронично, не думаете? Я хочу отомстить, а ты, так удачно сложилась, похожа на нее. Не душой, не характером, чисто внешне. Мне будет легче морально. Но сначало я добьюсь твоего доверия, мышоночек. На утро я ушел рано. На удивление ты спала. Хотя может и притворялась, но проверять мне не хотелось. Зачем? Спишь и спишь. Я ушел на свой пост. На удивление к нам снова упал человек. Но он был не к чему. Этим вечером вернулся я раньше, чем вчера, но видимо напугал большим количеством крови на одежде. Думать о чем-то не очень то и хотелось, поэтому захлопнув дверь, я молча лег, вновь подмяв тебя к боку. Ты на это отреагировала даже спокойней чем вчера. Это хорошо. На мое удивление, сегодня я даже уснул раньше. Обычно я мог не спать ночью вообще, из-за разных навязчивых мыслей, но пока ты лежала рядом, не одной подобной мысли у меня не возникло. А на третий день я совершил ошибку. Или же ты? Я забыл закрыть дверь, чем ты и воспользовалась. Не знаю как ты ушла. Когда. Куда. Но вернувшись к вечеру в комнату, я сразу понял что тебя нет. Даже проверять не нужно было. Выйдя обратно на крыльцо дома, я до хруста в фалангах сжал несчастный топор, ища подсказки. Хех, ты оставила следы. Какая подлость со стороны погоды. Они почти их замели. Ключевое слово почти. Ну что же. Поиграем в прятки? Я иду искать. Нашел тебя быстро. В лесу. Ты сидела под деревом, в слезах, дрожа от холода. Меня не замечала. Почему-то злость притихла и так сильно убивать тебя я не хотел. Может припугнуть тебя получше? Хотя куда больше то. — нашел. — хрипло усмехнулся, привлекая к себе внимание растерянных глаз. Уже не так сильно напуганна. Смирилась. — зачем ушла? Значешь же, что- — знаю. — нервно смеешься. — они меня не поймали. — значит какие-то монстры уже о тебе знают? Плохо. Но с этим я позже разберусь. Зато это новое достижение, ты научилась разговаривать. — зачем ушла? — замялась, оглядев меня с ног до головы, останавливаясь взглядом на кровавом огоньке в глазнице. — подумала, что смогу найти что-нибудь съедобное. — тихо усмехаешься, понимая какая это была глупая идея. А я ведь и забыл, что тебе нужно питание для жизни. Я это по своему исправлю. Добравшись обратно до дома, я вновь закрылся с тобой в комнате. Ты спокойно присела на край кровати. Накормил тебя магией. В прямом смысле. Сделал подобие хот-дога. Твой желудок нечего не получит, все впитает душа, которая будет поддерживать жизнь. Я сам этим живу. Стоял рядом, с высока осматривая как ты ела, затем взглядом указал на кровать. Еле заметно кивнула, укладываясь к стене, пока я ставил топор у кровати. Прижался к твоей теплой спине. Утыкаясь носовой впадиной в твой затылок. У тебя такой вкусный запах. — спасибо, Хоррор. — тихо шепчешь на выдохе, а я замер, широко раскрывая глазницы, все еще зарываясь в твоих волосах, анализируя всю ситуацию. — за что? — сипло выдохнул в твой затылок, немного отстраняясь. Ты пожала плечами. — понимай как хочешь. Хотя бы за то, что немного продлил мою жизнь. — немного? — о чём ты? — рано или поздно, ты меня убьёшь, а если и нет, то кто-нибудь другой это сделает.. Какая разница, на поверхность я уже не наверное не вернусь... — откуда ты это знаешь? Надежда же может быть. — к чему я это? — да даже если и так, я не очень то и хочу туда возвращаться. Люди хуже монстров. — заключаешь ты, не говоря больше ни слова. Следующие две недели ты почти со мной не разговаривала. Каждый день одно и тоже. Я приходил, кормил тебя, пока ты оглядывала меня на наличие свежих пятен крови, а после я засыпал, прижимая тебя к себе как игрушку. В один день вернулся пораньше. На мое удивление ты спала, прижимаясь спиной к стене. Обычно ты не засыпала, пока я не вернусь. На второй план отошла комната. Ты прибралась. Я впервые увидел свою комнату такой чистой. Закрыв дверь, я присел на край кровати. Хех, интересно, а ты... — как дела? — спрашиваешь шепотом. У меня ни кто подобного не спрашивал. А как у меня дела? Хорошо - это ложь. Плохо - правда, но объяснять почему плохо не хочется. Слишком сложно. — отвратительно... а у тебя? — усмехнулся, повернувшись к тебе, смотря в расстеленные глаза. Не ожидала? Я тоже. — не хорошо и не плохо. — задумчиво хмуришься. Даже смешно. Прилег рядом, про себя отметив, что остаточный страх ты имеешь, ведь в стену ты вжалась сильнее. — это как? — сам перехожу на хриплый шепот. — ну... смотри, у меня есть крыша над головой... ты меня кормишь, греешь, чего-то взамен пока не требуешь. Для жизни все есть... Но делать мне абсолютно нечего. С утра до вечера. Только я и стены. Я просто пленница, заложница... Знаешь, жить с пониманием того, что ты чья-то плюшевая игрушка - трудно. — как то истерически улыбаешься, пристально смотря в мои глазницы. А ведь.. ты права. Я хотел заслужить твое доверие и теперь не понимаю что по итогу сделал. Я ошибся. Ты не такая как все. Черт. — и как теперь мне тебя убить? — произношу фразу из мыслей, замечая как ты слегка вздрогнула, опуская глаза. Расстроилась? — а с этим есть проблемы? — голос охрип, а ты смотришь даже как-то обиженно. Я в ответ отрицательно помотал черепом. Хотя это и ложь. Проблемы есть. Я не хочу тебя убивать и не знаю как на это реагировать. — ладно. Ты отвернулась, а я этой ночью так и не решился тебя обнять. Как и уснуть в целом. Что ты творишь, мышонок? К утру я все же тебя приобнял, предельно внимательно втягивая воздух. Ты даже не шевельнулась, лишь громко шмыгнула носом. Не спишь все таки. — утро, мышоночек. — промурчал в твое ушко, еле сдерживая себя, чтобы не укусить тебя. Думаю такой мой порыв ты вряд ли оценишь положительно. Хотя попробовать тебя я был бы не против. — и что? — недовольно фыркнула. Лучше бы ты была поаккуратнее, пока я добрый. — я сегодня ни куда не пойду. — прижимаю тебя ближе, под твой тихий писк, предупреждая и намекая на то, что этот день ты проведёшь не одна. — почему? — выходной. — хоть у меня их и нет. Нечего же страшного, если я посплю не на посту, а дома? Ни кто не посмеет мне что-то сказать. — а ты можешь отпустить меня? — вопросительно хмыкнул, на что ты громко выдохнула воздух. — не держать. — хех, не-а, не могу. Я тебя никуда не отпущу, мышонок. — нет. — ты теперь моя. Больше ты нечего не говорила. Может быть и обиделась. Притворяешься что спишь, как и я, все еще обнимая тебя, но уже не так сильно. Я уверен мы оба знаем, что никто не спит. Хотя меня и так все устраивает. Все было идеально до того момента, пока ты тихо не всхлипнула. Приглушенно, но все звуки в мертвой тишине комнаты хорошо различимы. Ненавижу когда кто-то плачет. — чего случилось то? — сдавленно рычу, пытаясь не напугать. Ты затихла. Одним движением переворачиваю тебя на спину, слегка нависая сверху, чтобы разглядеть получше, несдержанно сжимая твою запястья почти до хруста. Поджимаешь губы, слегка жмурясь. Боишься? Или что? Переводишь взгляд с единственного глаза на мою травму. Не люблю когда туда смотрят. Черт. — о т в е ч а й. — не держи... больно. — всхлипываешь. Снова. Как же это сводит с ума. — мышонок... — я чуть ослабляю хватку. Согласен. Переборщил. Ты бегло осмотрела меня, неожиданно дернувшись так, что я упал сверху, выбивая из тебя воздух весом костей, вдавливая в кровать. Хотела ускользнуть? К чему все эти сопротивления, мышка? — пуст-ти, идиот. — пищишь, на что я скалюсь, недовольно рыча. Еще и обзываешься? Я положил кисть на твою шею, как бы невзначай, слегка сжимая горло. Ты нервно сглотнула, после чего повисла гнетущая тишина. — повтори кто я? — тяну, смотря в упор и контролируя сдавливание шеи, внимательно следя за твоей реакцией. — ты.. ты.. пустоголовый, страшный и не внимательный придурок. — жмуришься, довольно ухмыляясь, когда я придушиваю тебя сильнее, провожая взглядом маленькую дорожку слез, которые впитываются в подушку под тобой. Интересно в каком смысле страшный? Ты уже побледнела вся, мышка. Затруднено дышишь, хватаясь за мою руку, которая взяла в кольцо твою шейку, в жалкой попытке ослабить хватку. — а еще... ты.. мне нравишься. Сдавленно шепчешь, заставляя меня так и замереть в удушающем для тебя положении. Опомнившись, я немного отдернул руку, но полностью не убрал, смотря как ты жадно глотаешь воздух, пытаясь отдышаться. Не понял. Что вообще сейчас было? — что ты там последнее говорила? Кто тебе нравится? — ты замялась, растерянно бегая глазами, в попытке за что-то уцепиться взглядом. Я настойчиво повернул твое личико за подбородок, заставляя смотреть на меня, а после так и замер, ожидая ответ. — мм.. ты. — толкаешься, пытаясь меня отодвинуть подальше, напополам со страхом, видимо боясь того, что я могу сделать больно. Хах. — успокойся. — развожу твои ладошки в стороны, буквально ложась на тебя сверху, только теперь контролируя все так, чтобы не придавить, чутка бодая твой весок, кладя череп на плечо, после чего прикусываю твое ушко, что так давно хотел попробовать. Ты сильно жмуришься, а я ощущаю как сильно бьется твое сердце. Сильнее, чем обычно. Хех, неужели боишься что откушу? Уморительный человек. Игриво очертил его языком, выпуская из плена, прикусив и оттянув мочку на последок. — что же т-ты творишь, Хоррор? — смешно дрожишь. Боишься все таки. — а что сейчас было за представление? — недовольно жмурюсь, разглядывая тебя в близи. — прости. — нервно выдыхаешь, отводя взгляд в сторону. А может ты врешь? Спасла свою шкуру ложью? А я так легко поверил. Ложусь рядом, не отводя взгляда. Подозрительно это все. Сам же зарекался о том, что не буду доверять людям. Может ты просто подлизываешься, чтобы найти выход? Подожду. Посмотрю как ты будешь себя вести. Через неделю, на свой страх и риск, показал тебя Папсу. Я ему все объяснил и надеюсь повторять не придется. Да и ты сама не очень охотно и из комнаты вышла то. Боялась, но уже смирилась. Теперь ты можешь свободно ходить по дому. Осталось одно единственное правило. Не выходить на улицу. Да и думаю ты не настолько глупа, чтобы его нарушить. — ты куда? — хрипло выдыхаю, смотря в твою спину, сидя на диване. Ты остановилась, повернув голову в мою сторону. — в комнату. — задумчиво хмуришься. — зачем? — любопытно склоняю голову на бок, замечая твою мимолетную улыбку. — ... хочу потому что. — пожимаешь плечами. Не то чтобы меня устроил такой ответ, но я и не против. — ладно. — просто пойду с тобой. Потому что хочу так. Встал, подтолкнув тебя вперед, к лестнице. Ты тяжело вздохнула и пошла вперед. Расстроилась? Нечего страшного. Зашла в комнату, я следом, попутно закрывая за собой дверь. Бегло осмотрела меня, усаживаясь на кровать. Я улыбнулся шире. — чего такой довольный? — мне нравится тот факт, что ты только моя, такой ответ устроит? Или недостаточно? Мой человек. И ничей больше. На вопрос не отвечаю, делая шаг в твою сторону. Хмуришься, отводя взгляд куда-то в район моей травмы. Знаешь же, что мне и это не нравится. — странный ты... — шепчешь, задумчиво прищурившись. Я делаю еще один плавный шаг, уставившись на тебя светом кровавого глаза. — пугающий... — страшный? Хищно скалюсь, сокращая и так не большое расстояние. — но милый. — заключаешь, полностью путая мои мысли. Милый? Несдержанно рычу, пугая тебя поведением, но ты нечего не предпринимаешь. Понимаешь, что тебе я нечего не сделаю. Хотя прекрасно знаешь, что я убивал людей. И убиваю. И буду убивать. Сколько раз я приходил весь в крови, как в ничем не бывало, и ложился рядом с тобой, а ты была и не против. Или... возможно терпела? А что бы ты могла сделать? Попытаться что-то сказать? А послушал бы я? — ты в порядке, Хор? — шепчешь, сокращая мое имя, а в голосе проскакивают нотки страха. Знаешь, ты пожалуй единственная, кто за последние годы задал мне подобный вопрос. В порядке ли я? — Нет. — однозначно нет. Из-за дыры в черепе я нечего не помню из своего прошлого. Только отрывками. Оборванными кусками. Из-за частичной амнезии. Я практически не спал уже очень долго, пытаясь ночами вспомнить хоть что-то. А потом это вошло в привычку и я окончательно перестал спать ночью. Началась бессонница и я не мог с ней нечего сделать. По иронии, когда появилась ты, я начал засыпать и хоть как-то высыпаться. Ты меня успокаиваешь. Во многих смыслах. Жутко хочу есть. Нормальную еду. Да и уверен в том, что моя магия тебе тоже не очень то и нравится. Думал о том, что ты ведь тоже можешь пройти через барьер. Ведь та девчонка как-то пронесла с собой тот тупой цветок. Может и ты сможешь протащить меня? Я не в порядке. Как можно было полюбить... человека? Да, с какими-то я раньше дружил и.. доверял им. Но это другое. Отсела чуть дальше, испуганно играя со мной в гляделки. — боишься. — усмехаюсь, растягивая безумную улыбку. Ты отрицательно мотаешь головой. — нет. Тут можно бояться лишь твоей непредсказуемости, мой дорогой. — нервно улыбнулась, смешно прищурившись. Неожиданно. Стокгольмский синдром? Взаимно. Присел рядом на кровать, шумно втянув воздух. Ты покосилась на меня, после чего аккуратно забралась подальше на кровать и легла спиной к стене. Ты так делаешь, когда не хочешь, чтобы я тебя трогал. Я это сразу понял и мне это не нравится. Прилег рядом, почти вплотную. Специально. Ты недовольно пожурилась, перевернувшись. Усмехнувшись, я прижался к твоей спине, пропихнув одну руку под твоим боком так, чтобы собственнически обхватить живот. Нервно вздохнула, немного поежившись. Не нравится? Терпишь. — расслабься, мышонок. — ты слишком напряженна. — у тебя все так просто. — раздраженно пробубнила себе под нос, попытавшись подтянуться к стене, но отдалиться от меня у тебя не получилось. — не вертись. — о, я прям вижу твое недовольное личико. — тогда не держи так крепко, ты же меня раздавишь. — хех, ты убежишь, а я этого не хочу. — в ответ ты снова молчишь. Не знаешь что сказать? Или снова обижаешься? Приподнялся, развернув тебя лицом к себе, нависая сверху и разглядывая твое лицо почти в упор. Пихаешься в ребра, пытаясь оттолкнуть. Будто это тебя спасет. Наивная. Одной рукой, согнутой в локте, опираюсь на кровать, а вторую запускаю в спутанные волосы, ты напряженно жмуришься. Очерчиваю фалангами дорожку от виска, до нижней челюсти, надавливая на нее. Смотришь как-то напуганно и растерянно. Чего-то боишься, мышонок? — открой. —нетерпеливо выдыхаю, надавливая на челюсть сильнее и ты послушно приоткрываешь рот. Двумя пальцами ловко ухватываюсь за твой маленький язычок, играясь с ним. Сопротивляться перестала. Но только из-за того, что ты боишься. Я это чувствую. Знаю. Так дело не пойдет. Испуганно пищишь, когда я неожиданно заменяю пальцы на язык, поддевая им твой, дразня. Я в этом плане не самый опытный, но смогу сделать так, чтобы тебе понравилось. Ты пыталась вытолкнуть мой язык, что у тебя не получалось из-за моего напора, а потом и вовсе смирилась, окончательно сдавшись. Мычишь сквозь поцелуй, когда свободной рукой я обхватываю твою шею. Не переживай, не придушу. Разорвав такой необычный контакт, внимательно наблюдаю за твоей реакцией голодным огнём, суженного до предела, зрачка. Ты покраснела, тяжело дыша, и пытаешься отвернуться. — ты, главное, не сопротивляйся. — сипло шепчу тебе на ухо, но несмотря на просьбу, ты испуганно толкаешься. — ну попросил же. — Хор, может не н-надо? — твой голос дрогнул. Я несдержанно навалился на тебя, вдавливая в кровать намного сильнее. — надо, мышоночек, надо. — я нечего не сделаю, если ты будешь лежать напуганным зверьком. Мне нужно чтобы ты тоже захотела. Оттягиваю ворот твоей футболки, хотя вообще-то она моя, оголяя плечо, наклоняюсь ниже, аккуратно впиваясь в горячую кожу зубами. Ты вздрогнула, попутно вскрикнув от боли. Пройдет. Ты терпеливая. И вкусная. — расслабься. — игриво бодаю тебя в висок. — все будет хорошо. — мм, многообещающее. — наигранно ухмыляешься, вжимаясь головой в подушку. — я не сделаю тебе больно. — в любом случае, я не такой терпеливый как ты и ждать так долго не могу. Хотя думаю ты чувствуешь как я хочу тебя. Специально тазом прижимаюсь к твоему бедру, чтобы ощутила лучше. — я верю. — тихо шепчешь в ответ. Это знак одобрения? Тихо рычу, покусывая твою шею. Ты мычишь. — все будет хорошо. — забывчиво повторяюсь, увлекая в долгий поцелуй, одной рукой сразу нагло заныривая под футболку, ведя по горячему телу, усмехаясь в поцелуй, ведь сопротивления никакого нет, попутно стягивую с тебя футболку. Пытаешься прикрыться. Зачем же, мышка? Убрал твои ручонки, прижав их к подушке. Глаза отводишь. Стесняешься? Я наклоняюсь и целую тебя снова, наглея, кусаю твои нежные губы, провожу по ним языком, отчего из твоего горла вырывается жалобный стон. Опускаю руки на талию, сминая бока. Сводишь колени вместе, после того как я стянул лишнюю одежду обоих. Смешно. А ты кажешься меньше без одежды. Она всегда так забавно болталась на тебе. Начал медленно входить, разгоряченной красной магией, ты скривилась от боли, но терпишь. Твоя душа тебе в этом поможет, мышонок. Такая горячая. Начал двигаться в аккуратном, но резком темпе, не давая тебе передышки. — черт, Хор... — сдержанно стонешь, сильно сожмурившись. Я прижимаюсь к тебе сильнее, чувствую каждый тяжелый вдох и не менее тяжелый выдох. Все быстрее и быстрее. Ты кряхтишь, а я рычу от удовольствия. Дрожишь. Неужели ты уже не можешь терпеть? Мы же только начали. Сжимаешь мои ребра в кулочках, а я покрываю твою шею укусами. До сладкой крови, которую сразу же слизываю. Еще чуть-чуть. Довольно скалюсь, доводя обоих до пика. В последний момент зажимая твой ротик. Ты слишком громкая. Навалился всем весом сверху, победоносно мурча всякий бред. — наигрался? — смотришь задумчивым взглядом, чуть сощурившись, следя за моей реакцией. Считаешь, что я тобой пользуюсь? — не говори так. — ложусь рядом с тобой на спину, полностью вытягиваясь. — а то что? Убьёшь? — приподнимаешься, чтобы взглянуть мне в глазницы. Поднимаешь брови, наигранно ухмыляясь. Знаешь, что не смогу и издеваешься еще. — накажу. — хрипло выдыхаю, пялясь в потолок. — и как же? — усмехаешься, ложась рядом, поглядывая на меня с каким-то детским любопытством. Оу, ты меня недооцениваешь. — любя. — поворачиваюсь к тебе, собственнически приобнимая под спиной, закинув колено поверх твоих бедер. Ты улыбнулась. Не наигранно. Искренне.