Возвращайся в постель

Аль-хайтам проснулся глубокой ночью, разбитый и дезориентированный. По привычке он потянулся через матрас, нащупывая Кавеха. Вместо этого он обнаружил пустое пространство, занимающее место его партнера. Кавех ... отсутствовал. Он тут же провел рукой по лицу, приподнявшись на локте и пытаясь прогнать туман сна из головы. Не было необходимости паниковать, были все шансы, что он просто пошел на кухню перекусить или что-то в этом роде… Когда он по-настоящему проснулся, Аль-хайтам встал с кровати и поплелся к двери, затем остановился, услышав отдаленный звук льющейся воды. Через мгновение он определил источник как душ, что было не совсем необычно. Парень в шляпе - ну, Странник, часто оставался на ночь, либо занимая диван, либо комнату Нахиды, в зависимости от того, что было удобнее. Похоже, он любил принимать душ в полночь, так что это не выходило за рамки возможного. Он методично обходил дом, тихо проверяя каждую комнату на предмет каких-либо признаков присутствия Каве, но ничего не обнаружил. Даже пустынных лисиц, которые последовали за ним домой после чемпионата между Даршанами, нигде в пределах видимости не было. Часто он ловил себя на том, что спотыкается о пушистых маленьких существ, так что тот факт, что их не было поблизости, означал, что было только одно другое место, где они могли быть. Он не хотел думать о том, что бы это значило, если бы это был не его партнер в душе. Аль-Хайтам направился к двери, остановившись на секунду, прежде чем дважды постучать. — Каве, это я, - начал он, голос все еще был немного грубоватым, - Могу я войти? Когда он не получил ответа, Хайтам вздохнул и сказал: — Я вхожу. Он помедлил еще секунду или две, достаточно долго, чтобы блондин мог запротестовать, если бы захотел, затем повернул дверную ручку и вошел внутрь. Чем он был встречен, так это видом Кавеха, свернувшегося калачиком в углу рядом с душем, и лис, свернувшихся вокруг него. Выражение лица Аль-Хайтама сразу же смягчилось, и он устроился посередине пола, достаточно близко, чтобы помочь, если понадобится, но достаточно далеко, чтобы дать Кавеху пространство, в котором он так явно нуждался. Блондин наполовину уткнулся лицом в колени и руки, карминовые глаза были опущены в землю. Алхайтам осторожно спросил: — Кавех… ты в порядке? Архитектор не ответил, и на мгновение Аль-Хайтаму показалось, что они будут сидеть так весь следующий час, прежде чем он хотя бы дернулся, затем Кавех подполз к нему и забрался к нему на колени, устраиваясь поудобнее в объятиях молодого человека. Хайтам просто держал его, прижимая Каве к своей груди. — Кавех, пожалуйста, поговори со мной. Что случилось? - спросил он, проводя пальцами по светлым локонам в попытке успокоить своего партнера. Каве не ответил, но он наклонился навстречу прикосновению и, казалось, наконец немного расслабился. В течение нескольких минут Альхайтам просто держал его, почти все время нашептывая нежности и заверения. Наконец, он затронул основную проблему и спросил: — Это был кошмар, Кавех? Тот же, что обычно, или что-то другое? Он начинал немного отчаиваться в поисках ответа. Как бы сильно он ни наслаждался временем, проведенным наедине с самим собой, заполнение тишины никогда не было его сильной стороной, и молчание Кавеха вызывало беспокойство. Он привык к постоянной болтовне и какофонии звуков, которые сопровождали архитектора, куда бы тот ни пошел, и хотя он никогда бы не признался в этом вслух, ему очень не хватало искрящегося оптимизма, который, казалось, исходил от его партнера. В отчаянной попытке найти корень проблемы и успокоить любые опасения, которые, возможно, возникли у Кавеха в голове, Альхайтам пробормотал: — Каве, я бы никогда тебя не оставил, особенно вот так. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы снова тебя отпустить, ты застрял со мной, Кшахревар. — Говоря это, он поцеловал Кавех в макушку. После еще одной паузы он добавил: — Возвращайся в постель, Каве. Пол не очень удобный, и как бы сильно я тебя ни любил, я бы предпочел спать на кровати, а не на полу в ванной. Один раз - это уже слишком много. — Я не хочу, - пробормотал Кавех, прижимаясь к груди Алхайтама и утыкаясь головой в подбородок седовласого мужчины. Даже его раздражение из-за отказа двигаться было смыто ошеломляющим облегчением, которое почувствовал Хайтам, наконец получив ответ. Молодой человек издал смешок и снова запустил пальцы в светлые волосы, слегка потянув. — Очень жаль, - сказал он, подхватывая Каве на руки и вставая одним плавным движением, - Мы все равно идем. Утром я приготовлю тебе чашку чая, чтобы ты не жаловался на матрасы. Аль-Хайтам быстро выключил душ - нет смысла тратить воду теперь, когда его партнер был благополучно приобретен обратно, и поплелся в постель. Лисы обвились вокруг его ног, замедляя его движение, чтобы не споткнуться и не упасть, но на этот раз Алхайтам не так сильно возражал. Конечно, затащить Каве в постель было легче сказать, чем сделать. Блондин отказался отпускать, цепляясь за Аль-Хайтама со всей силой, которой он обладал, и делая почти невозможным для молодого человека заснуть. Не помогло и то, что лисы восприняли это как приглашение также вторгнуться в его личное пространство, прижимаясь прямо к ним обоим. Он закатил глаза, даже когда легкая улыбка осветила его губы, и потянулся к тумбочке, чтобы взять книгу. Он включил прикроватную лампу и принял сидячее положение, наполовину усадив Кавеха на себя, пока лисы отползали в сторону. Блондин, казалось, не возражал, хотя, просто вздыхая во сне и прижимаясь к его груди. Альхайтам рассеянно провел пальцами по волосам Каве, затем начал тихо читать. Несколько минут спустя лисы вернулись. Первый устроился на Кавехе, второй - рядом с Хайтамом. Третий был смелым, запрыгнул ему на плечо, пока он читал, прежде чем зевнуть и свернуться калачиком. Однако седовласый мужчина не возражал против этого, просто продолжая свою книгу. Через некоторое время Кавех слегка встрепенулся и уставшими карминовыми глазами посмотрел на Алхайтама. Парень заметил это и прервал чтение, чтобы спросить: — Удобно? — Очень, - пробормотал Кавех, прежде чем мягко добавить: — Я люблю тебя, ми амур. – Я тоже люблю тебя, мой хаяти, - ответил Альхайтам, целуя Кавеха в макушку, когда мужчина тихо вздохнул и снова погрузился в сон.