Моветон

      — Ура! Я в Корее! Боже, вы просто посмотрите, кто меня встречает, — девушка переводит камеру на высокого, смущённо улыбающегося парня. — Да это же мой брат! Он так вырос за то время, пока меня не было. Давайте, напишите в комментариях, какой он красавчик.       Ну вот, подставила. Придётся здороваться с камерой.       — Всем привет.       — Сейчас мы поедем домой, — заканчивает она со съёмкой видео и, наконец, крепко обнимает своего брата. — Хисын-и, я так скучала. И я хочу есть, веди меня есть, иначе я прямо сейчас умру!       — Не преувеличивай, Юнджин-нуна, — просит её Хисын, прерывая объятие. — Завезём вещи и пойдём поедим. Давай, родители ждут снаружи.       Девушка показывает ему большой палец вверх, но снова достаёт камеру, чтобы снять несколько общих красивых планов для эстетичной картинки во влоге. Старшая сестра Хисына учится в университете в США и ведёт свой влог на youtube, рассказывая о жизни иностранной студентки. Из этих же видео Хисын знает, чем она занимается в свободное от усердной учёбы время, какие вечеринки посещает и с какими людьми общается.       — И как твои дела, братец? — спрашивает Юнджин, когда они оказываются вдвоём на заднем сидении родительской машины. — О моей жизни ты знаешь, а я о твоей практически ничего.       Хисын отвлекается от телефона и смотрит на сестру.       — Обычно. Нормально. Ничего интересного, — отвечает он уклончиво.       Юнджин хмурится.       — Тебе нет смысла запираться на все замки, — просит его сестра. — Скоро сунын. Ты готовишься?       — Готовлюсь.       — Но ты не хочешь никуда поступать.       Хисын хмыкает и отворачивается к окну. Ну да, конечно, родители уже рассказали о его нежелании поступать куда-либо. Да уж, куда ему до его крутой старшей сестры, которая и учится отлично, и в университетской жизни принимает участие регулярно, и зарабатывает неплохо на своём блоге. А тут такой никчёмный Ли Хисын, который не знает, чего хочет от жизни. Хисын ни черта не удивится, если узнает, что его сестру уломали приехать только ради уговоров образумиться и найти свою профессию мечты за неделю. Повзрослеть, в конце концов, и принять взрослое ответственное решение. Так они говорят?       Как наивно полагать, что от их нравоучений что-то изменится. Что от их нравоучений изменится Ли Хисын.       — Пойми, я ведь на твоей стороне, — говорит в полголоса Юнджин, чтобы родители не могли её услышать, — но я не понимаю, что тебя здесь держит? Ты мог бы поступить в мой универ.       Хисын жмёт плечами. Хотел бы он быть, как она. Просто суметь в один момент бросить всё, что есть, переехать в другую страну и начать всё с нового листа. Но что-то внутри него подсказывает, что ничего не изменится. Или же наоборот станет ещё хуже?       Хисын не тупой. Он говорил на эту тему с Джеем, делясь скопившимися переживаниями относительно собственного будущего, но Джей, этот чёртов мудрец в обличии восемнадцатилетнего парня, сказал ему очень простой факт: если тебе херово здесь, хён, в окружении своих друзей и семьи, то представь, как тебе будет херово там, где этого нет. Через неделю ты полезешь на стену от своей новой жизни. Тебе разбираться с собой и своими проблемами надо здесь и сейчас, а не пытаться от них сбежать за океан, как бы заманчиво это не звучало. И он был пиздецки прав.       — Что меня бы держало на твоём месте? — рассуждает Юнджин, задумавшись. — Может, любовь. Ты влюблён в кого-то?       — Нет, — качает головой Ли, потому что сколько можно копаться в этой теме?       Почему так сложно просто принять его позицию? Даже если она неправильная, это его позиция. Даже если это ошибка, это будет его личная ошибка. Зачем втягивать в его решение кого-то ещё?       — Но я не хочу расставаться с друзьями, — говорит ей Хисын, смотря на экран айфона, где на заставке их общее фото.       — Наверное, они хорошие ребята.       Сложно быть самым старшим в компании, когда ты должен показывать пример того, как надо жить. Этот груз ответственности тянет Хисына куда-то вниз, словно на его плечах с каждым днём прибавляется всё больше бетонных плит. Он самый старший. Он сдаст сунын на следующей неделе и выпустится из школы в феврале, пока остальные останутся в её стенах. Пока остальные тоже начнут готовиться к выпускным экзаменам, а количество свободного времени для встреч и общих посиделок начнёт уменьшаться, Хисын останется наедине с собой. В страшной неизвестности, которую называют "будущим".       Его переживания складываются словно кирпичики в тетрис, строят башню, которую невозможно разрушить, если не пытался играть правильно с самого начала.       — Мне кажется, тебе стоит обратиться к психологу. На Западе это популярно.       И зачем?       Что Хисын ему скажет? Что не хочет разговаривать? Что не хочет думать о своём будущем, и почему вообще такие важные решения нужно принимать в девятнадцать? Хисын справится со всем самостоятельно, просто ему нужно чуть больше времени для построения планов. Разве есть что-то плохое в том, что он не определился с профессией ещё в средней школе? Разве есть что-то плохое в том, что он никуда не хочет поступать в этом году? Может, он дождётся выпуска Джея и Сонхуна, чтобы присоединиться к ним и больше не чувствовать себя одиноким?       Но он говорит просто:       — Посмотрим.       И этого шаткого и неоднозначного согласия хватает для того, чтобы Юнджин закрыла тему.       — Я правда могу познакомиться с ними? — уточняет нуна.       — Да, они будут рады познакомиться с тобой, — уверяет её Хисын.       Та благодарно улыбается и больше не лезет копаться в его душе. А он и рад.       Родители довозят их до дома и удаляются обратно в офис, перед уходом тихонько общаясь о чём-то с Юнджин. Хисын только видит, как она бесконечно кивает и соглашается, наверное, опять промывают ей мозги необходимостью душевных и долгих разговоров с младшим братом по поводу его будущего. Ха. Как же им не надоест? Ему всё равно, куда поступать. Ему нет разницы, потому что он не знает, что ему нравится, а что нет. Как можно делать такой сложный выбор, ничего не попробовав толком? Как можно определиться с профессией якобы на всю жизнь, когда твой круг интересов пока состоит из рок-музыки и видео-игр?       Хисын стоит в дверях, скрестив руки на груди, пока сестра разбирает вещи в своей старой комнате, выбирая, что наденет на обед.       И ему почему-то становится смешно от мысли, что старшеклассники выбирают своё будущее так же, как его сестра копается в чемодане с одеждой. Здесь есть разная одежда: и топы, и джинсы, и мини-юбки, и платье на вечер, и даже домашняя пижама. Но ты всё копаешься и копаешься, пытаешься выбрать самое лучшее сочетание, которое подойдёт и ко времени, и к ситуации, тратишь на это уйму времени, одеваешься, а потом выходишь на улицу и понимаешь, что идёт грёбаный дождь.       И ты со своим выбором полный лох, стоишь по колено в луже.       А твой выбор ещё и раскритикуют все, кто посмотрел прогноз погоды заранее, мол, ну ты и дебил, раз не продумал запасные варианты.       — О чём задумался? — интересуется Юнджин, останавливаясь в выборе на светлых джинсах и обычной белой футболке.       — О том, что может пойти дождь, — отвечает ей брат.       — Странно, — недоумевает девушка, поднимаясь с пола, — по прогнозу сегодня солнечно и сухо.       Какая разница, если внутри сыро и мерзко?       Его смартфон вибрирует в заднем кармане джинс, оповещая о новом уведомлении. Хисын достаёт телефон и видит сообщение от Ники. Точнее... множество сообщений от Ники. nikiriki, 13:48 ХИСЫН-ХЁН твоя сестра... ЭТО ЮНДЖИН-НУНА? серьёзно??!!??! та самая.......?

leehees, 13:48 а, да она моя сестра

nikiriki, 13:48 И ТЫ МОЛЧАЛ ОНА ЖЕ ОФИГЕННАЯ такая крутая, о боже я правда увижу её в живую???? охренеть

leehees, 13:49 ха-ха поэтому я и не рассказывал)

      Одним фанатом его талантливой и успешной сестры больше. Всего-то.       Вместе с выпускными экзаменами приближается и день рождения Шим Джейка, и вечеринка, которую организовывает для своего друга Ким Сону. Надеясь устроить всё в лучшем виде, он носится как угорелый, сомневается сто раз даже над цветом праздничных ленточек и шариков для украшения, но Нишимура, который вызывается ему помогать и умудряется поумерить его пыл. Так вечеринка в честь Джейка потихоньку оказывается готовой к назначенной дате.       — Что-то я волнуюсь.       Через динамик слышится обречённый вздох. Сону озадаченно переводит взгляд на смартфон, что лежит на поверхности его рабочего стола с включенной громкой связью, читает всё те же буквы, сложенные в имя Нишимуры Рики, и не понимает, а почему тот, собственно, волнуется.       — Это же даже не твой день рождения, — сообщает ему Ким. — Есть поводы волноваться?       Второй обречённый вздох.       Да что не так?       — Просто на дне рождении будет человек, который мне нравится, — откровенно говорит Ники. — Как я могу не волноваться?       А о. Постойте. Нет. Стоп.       Что он только что сказал?       Сону шокировано прикрывает рукой рот, потому что... это что? Как это расценивать? Да это же чуть ли не признание в чувствах! Только вот признание это звучит как-то... не слишком воодушевляюще. Как будто оно предназначается не для Ким Сону. Но, постойте, что за глупость? Ведь только Сону за ним бегает! Только с Сону Нишимура ведёт себя так свободно! Только Сону знает о нём всё: начиная его увлечениями и заканчивая страхами, что из нового шкафа-купе, который у него дома стоит в гостиной, в любой момент может вылезти маньяк как в фильмах ужасов. Значит, Ники переживает из-за того, что на этой самой вечеринке будет Ким Сону, и он не хочет ударить в грязь лицом? Боже. Какой же он... милый!       — Думаю, у тебя нет причин для волнения, Рики, — успокаивает его Ким.       — Правда?       — Правда. Ты замечательный. Талантливый, красивый, высокий, старательный, внимательный и заботливый. Ты просто не можешь не нравиться, ясно тебе? Без шансов!       — Правда так думаешь?       — Дурак что ли...       — Кстати, а почему среди моих достоинств нет "умный"?       — Потому что ты тупой. Чего нет — того нет, уж простите.       — Эй, Ким Сону!!!       Парень смеётся, подхватывая телефон рукой и выключая громкую связь прежде, чем поднести его вплотную к уху.       — Ты потрясающий, — тихо делает вывод Сону, когда японец на другом конце перестаёт сыпать ругательствами. — Не смей в себе сомневаться, Рики-кун.       Конец. И как тут с ним спорить, да? Поэтому Нишимура благодарно соглашается и желает доброй ночи прежде, чем закончить звонок. Знал бы этот долговязый парень, какую ментальную бурю он устроил Сону перед сном, сводя его попытки уснуть к нулю.       Наконец, дата на календаре сменяется на пятнадцатое ноября, а Сону, проснувшись, первым делом отправляет своему другу сообщение с поздравлениями. К нему же чуть погодя присоединяется Чонвон.       — Вы должны благодарить мою маму! — дёргает ногой Сону, сидя на скамейке. — С её стороны очень любезно было предложить нам для празднования квартиру. Мол, мы уже взрослые, и хотим сами повеселиться без них. Она такая понимающая... аж страшно. Мурашки по телу!       — Твоя мама всегда хорошая, — парирует Ян. — Почему ты вообще её боишься?       — Да? Всегда хорошая? Она неделю выносила мне мозг после теста по истории!       — Так ты три месяца ходил к репетитору по истории Кореи, но умудрился за тест получить низший балл... Клянусь, любой бы жалел потраченных денег, — закатывает глаза Чонвон.       Джейк смеётся, услышав колкое замечание от младшего в сторону неудачных попыток учиться со стороны Сону. Да уж, это было и правда феерично. Сону на каждом шагу заявлял, что справится с тестом лучше всех, ведь его репетитор такой крутой и умный мужичок, теперь вся история Кореи у него как на ладони! А потом получает свои тридцать пять баллов из ста.       — Вот выпущусь из школы, заработаю и верну ей всё до последней воны.       — Ты сначала выпустись... Экзамены не за горами.       — Но не так близко, как вечеринка в честь нашего любимого хёна! — хлопает в ладоши Ким.       — О нет, он вспомнил о моём существовании, — охает Джейк, — мне срочно нужно испариться, пока мои уши ещё целы.       — Что? Я ничего не слышу, — закрывает свои уши руками Сону. — Говоришь, что хочешь ежегодный обряд оттягивания ушей по количеству стукнувших лет? Иди сюда, хён, я тебе организую!       Чонвон смеётся, глядя на этих двоих, что гоняются друг за другом по двору школы, и думает, что он обязан выглядеть весёлым сегодня, даже если ему не весело. Обязан улыбаться и шутить, делать вид, что он в порядке, и что внутри него не поселилась бездна. Он обязан быть сильным ради Ким Сону.       Он не смирился. Ему не весело. Но он улыбается. Надломлено, с хрустом, будто под ногами первый снег, но улыбается.       — Добро пожаловать, Рики-кун! — приветствует младшего Сону, пропуская его в квартиру, из которой уже играет музыка.       Нишимура сегодня выглядит потрясающе в этой классической белой рубашке и чёрных брюках, которые визуально делают его ноги просто бесконечными. Он даже уложил волосы, оставив пробор посередине и подзавив кончики. Выглядит как самый настоящий принц. Сону даже неловко на мгновение. Неужели Ники так вырядился сегодня ради него? Неужели та фраза, которую он обронил во время их телефонного разговора, абсолютная правда?       Сону даже некомфортно, что он стоит перед ним в обычной белой футболке, тёмных брюках и сером мягком кардигане, и, о нет, как же он мог забыть! На его ногах дурацкие домашние тапочки! С головами акул, мать вашу, которые делают вид, что откусывают его ноги. Какой позор!       — Милые тапки, — бросает Ники, проходя внутрь и разуваясь.       От него за километр пахнет каким-то дорогущим парфюмом, и Сону не помнит, чтобы до этого Нишимура им когда-либо пользовался. С другой стороны... Зачем он в школе, правда?       — Спасибо, — улыбается Ким. — Проходи.       Рики кивает и проходит дальше, в гостиную, видимо, в которой и будет происходить вечеринка. Комната залита оранжевым закатным светом, на стене висят праздничные шары, образующие надпись "с днём рождения" на английском, на столе — множество самых разнообразных закусок и напитков. Даже стаканчики пластиковые оранжевого цвета!       На диване, закинув одну ногу на вторую и скрестив руки в неприветливом жесте, сидел недовольный Пак Сонхун, одетый во всё чёрное. Он, как и всегда, очевидно собирался на вечеринку готов, но автобус свернул не по тому маршруту.       — Почему блин оранжевый? Я ненавижу оранжевый, — заявляет Сонхун, косясь на улыбающегося Джейка, носящегося с тарелками туда-сюда, — люди, которые любят оранжевый, просто других цветов не видели что ли?       — Отличный цвет вообще-то! — спорит с ним Сону, который сам и организовывал эту "мандариновую" долину.       — Что ж, плохой вкус — тоже вкус, — закатывает глаза Сонхун.       — У тебя-то он хороший, раз ты запал на нашего хёна, — парирует Ким, подмигивая.       Джейк чуть ли не роняет тарелки из рук, поэтому злобно косится на Сону, решившего вдруг подстебнуть Сонхуна.       — Ни на кого я не запал!       — Да? Тогда мы можем найти нашему хёну хорошего бойфренда, — жмёт плечами Сону, — им как раз интересовался кто-то из одноклассников Ли Хисына.       — Кто это мной интересовался? — мямлит Джейк озадаченно, замирая посреди комнаты с несчастными тарелками.       Забавно, что брошенная Сону будто бы случайно реплика, отлично заводит ревность Сонхуна. Он строго смотрит на Шима, сведя брови, того гляди, из ушей пар повалит от злости.       — А тебе это так интересно? — огрызается он. — Я думал, у тебя со мной любовь-морковь. А теперь всё? Завяли помидоры?       — С твоим характером не то, что помидоры, — смеётся Нишимура, наблюдая за разворачивающейся на его глазах дорамой, — но и в принципе вся живность в округе помрёт.       — Эй! Лучше иди дверь открой!       И правда, за входной дверью оказываются уже заскучавшие и заждавшиеся Чонвон и Джей.       — Хисын написал, что опоздает, — предупреждает остальных Пак, сгрузив пакеты на журнальный столик, — его сестра медленно собирается.       — О, а я и забыл, что сестра Ли Хисына придёт, — делится Ким Сону, помогая разбирать покупки.       И как же он мог забыть? Он ведь все факты всегда держит в голове! А тут... такое досадное недоразумение. Нужно принести ещё один бокал и комплект посуды. Пока Сону исправляет ошибки собственных подсчётов, все остальные рассаживаются на диване. Чонвон садится рядом с Джеем, оставляя место возле себя для хозяина дома. Джейк возвращается поближе к Сонхуну, от чего тот то ли радуется, то ли злится, чёрт разберёт его эмоции. Ники же вообще достаётся персональный стул, что стоит на противоположной стороне, так, чтобы сидеть напротив Сону, когда тот вернётся.       Наконец, раздаётся дверной звонок, оповещая о приходе последних гостей. Брат и сестра Ли выглядят вместе как модельный дуэт, никак иначе. Все замирают, когда Юнджин, наконец, показывается на пороге гостиной вместе с братом. Длинноволосая брюнетка в короткой чёрной юбке и рубашке выглядит слишком привлекательно. Когда она улыбается, у одного из парней, кажется, отпадает челюсть, брякается прямо об тарелку и остаётся там лежать.       — Всем привет, я Ли Юнджин, старшая сестра этого дуралея, — мило представляется она, помахав рукой, — Хисын много о вас рассказывал. Рада наконец-то познакомиться с вами!       Чонвон косится на девушку как-то подозрительно, остальные просто кивают или представляются в ответ, и только Нишимура сидит и молчит, только рот иногда открывает, чтобы глотнуть воздуха. Совсем становится похожим на рыбу: молчаливую и глупую.       Старшая сестра Хисына оказывается той ещё оторвой, поэтому на правах взрослой приносит на вечеринку с собой алкоголь. Хисын ничего не говорит на то, что сестра пытается споить его друзей, в конце концов, его количества слишком мало для того, чтобы сделать что-то плохое и имеющее последствия, так что он просто мирится с этим фактом, не выступая против. Нишимура продолжает разглядывать Юнджин, словно зачарованный. Сону, замечая этот пристальный взгляд, вдруг хмурится.       Когда две бутылки соджу оказываются распитыми, а уши Джейка красными от оттягиваний, Юнджин предлагает сыграть в игру.       — Игра называется "правда или действие", — продолжает девушка, разливая соджу по рюмкам. — Всё на самом деле очень просто. Если не хочешь отвечать правду, выбирай действие, вот и все условия.       — Разве здесь есть что-то такое, чего мы не знаем друг о друге? — хмурится Чонвон, рассматривая прозрачную жидкость в рюмках. — Уверен, это будет скучно.       — А вот и нет! — спорит с ним Юнджин. — Я здесь новый человек, поэтому мне будет очень интересно. Да и вы ведь ребята из двух разных компаний, мне Хисын всё рассказал.       — Отличная идея, — соглашается с ней Ники, кивая, — если будет скучно, можно будет остановиться.       Чонвон же переводит свой хмурый взгляд с рюмок на Ники. С хрена ли он вообще такой довольный и послушный сегодня? Обычно палец в рот не клади, а тут самый верный и добрый в мире пёсик.       — Итак, — начинает Юнджин, — Ким Сону, правда или действие?       — Правда.       — Кого в этой комнате ты считаешь самым красивым? — задаёт вопрос девушка. — Себя называть нельзя!       — Рики-кун.       Нишимура поднимает на него удивлённый взгляд, без слов спрашивая, мол, что тебе надо?       — Рики-кун самый красивый, — глядя ему глаза в глаза, уверенно сообщает Сону.       Собравшиеся одобрительно улюлюкают, пока Ники смущённо отводит свой взгляд куда-то в сторону.       — Окей, поехали дальше, — продолжает Юнджин. — Ян Чонвон, что ты выберешь? Правда или действие?       — Я выберу действие, — строго говорит парень.       Юнджин загадочно улыбается, придвигая поближе к Чонвону три рюмки, наполненные до краёв соджу. Что ж, лучше не выбирать действие... Если хочешь запомнить этот вечер, разумеется.       Чонвон опрокидывает в себя три рюмки соджу одну за одной, не замечая строгий взгляд Джея, что сидит от него по левую руку. Его желудок и горло чувствуют разливающееся от алкоголя тепло, но больше ничего не происходит. Опьянение никогда не приходит моментально, поэтому Джей сидит на стрёме.       — Пак Джей, верно? — улыбается сестра Ли, указывая на коротко стриженого парня рукой. — Правда или действие?       — Пусть будет правда.       — Тебе кто-нибудь нравится, Джей? — интересуется Юнджин, наполняя опустевшие рюмки заново. — Потому что ты выглядишь чертовски горячо. Ты бы нравился многим девчонкам в Штатах, поверь мне на слово. Я разбираюсь.       Джей ухмыляется, переводя взгляд на слегка захмелевшего Чонвона, и жмёт плечами, мол, да какая разница, хоть тебе и виднее. Ему всё равно, если честно, на тех, кому он может гипотетически понравиться. Потому что все они — не он. И эта вещь — самая жестокая вещь, случившаяся с ним за последнее время.       Он знает, что Чонвон не догадывается. Он знает, что младший и не интересовался о романтических чувствах Пака, поэтому когда он утвердительно кивает в ответ на заданный вопрос, Ян удивлённо на него таращится в немом шоке. Кажется, ему хочется задать очень много вопросов, но Джей жестом показывает, что сейчас не время и не место. Впрочем, никогда и не будет.       — Оуу, — тянет Ли. — Удачи тебе, парень. Но подумай о моих словах! Я всегда могу тебя с кем-нибудь познакомить. А следующая наша жертва... ага, Пак Сонхун! Пак Сонхун, давай, выбирай, правда или действие?       — Правда, — коротко отвечает Сонхун.       — Как считаешь, наш дорогой именинник сексуальный?       — Это что за вопрос? Я не собираюсь отвечать.       — Это так не работает, — спорит с ним Сону, — раз ты выбрал правду, давай отвечай!       — Не хочу я отвечать! — противится Сонхун.       — Говори уже, — закатывает глаза Чонвон, — хватит тянуть кота за яйца.       — Тем более когда хотел бы тянуть не кота... — вставляет свои пять копеек Хисын, смеясь.       — Я меняю на действие!       — Меняешь? А так можно, Юнджин-нуна?       Девушка на некоторое время крепко задумывается, хмуря брови, но, наконец, хлопает в ладоши и радостно сообщает:       — Можно! В качестве исключения. Но действие должно быть жестоким, просто соджу не отделаться...       — Пусть целует Джейка, — подсказывает Джей, ехидно улыбаясь. — Давай-давай, Сонхун-а, скоро полночь, а твой принц всё ещё не получил не единого волшебного поцелуя.       Сонхун сначала долго противится, взвешивает все "за" и "против" в своей красивой голове, а затем опрокидывает в себя рюмку с соджу и с громким "да и хуй с вами" притягивает за ворот чужой рубашки Джейка к себе поближе прежде, чем поцеловать. Нормально так, по-пацански, как он говорил. Не как восьмиклассница. Поцелуй заканчивается звонким чмоком и под звуки аплодисментов.       — Наконец, Нишимура Рики, — улыбается Юнджин, разглядывая засмущавшегося японца, — что ты выберешь? Правду или действие?       — Если честно, я бы выбрал тебя, — вдруг заявляет Ники. — Юнджин-нуна такая крутая, самая классная, вот бы мне такую девушку, как Юнджин-нуна.       Пам-пам.       Вот и приехали.